Многие сказали бы: повзрослела.

Но я-то её хорошо знаю.

Она не стала жёстче. Не начала скептически относиться к окружению или поступкам некоторых людей.

Нет.

Она словно постоянно была где-то далеко. Не со мной. Не с нами. Хотя активно принимала участие в разговорах.

«Она ждёт», — услышала я мысленный посыл, когда сидела с Анюткой в кафе, и вздрогнула.

Это была даже не чужая мысль в голове, а именно присланное моим аситином ощущение объяснения. Сложно передать словами.

Но одно определённо точно: наша связь крепчает.

— Что будешь делать в эти выходные? — спросила подруга, возвращая меня с небес на бренную землю.

— Ну…

— Ясно-ясно. Опять со своим благоверным, — усмехнулась она. — Кстати, когда ты меня с ним познакомишь? Раньше за тобой такой скрытности не наблюдалось. Неужели всё серьёзно и от этой истории попахивает хеппи-эндом?

— Сто процентов.

Не смогла сдержать улыбку до ушей.

Особенно если учесть, что меня сия чаша не миновала. Что не могло не радовать. А порой и вовсе не верилось, что такое бывает. Книжки в счёт не идут.

Двадцать четыре часа в сутки мы с Саем проводили вдвоём.

Ицтек за эти полгода раза четыре на глаза попадался, предпочитая странствовать по планете в поисках приключений или той самой земной любви.

Вместе с моим воином я познавала нашу планету заново.

Оказалось, прожив на планете Земля, я многого о ней не знала. И мне было любопытно узнавать нечто новое вместе со своей половинкой души. Искры.

«Амадан на подходе», — прошелестело в правом ухе.

— Настюх, мне пора, — резко сорвалась я с места.

— Но ты же помнишь: твой завтрашний праздник мы отмечаем вдвоём.

— Всенепременно.

Завтра мой день рождения.

Свой самый лучший подарок я получила задолго до этого знаменательного дня.

А вот ей определённо будет сюрприз.

Честно сказать, в своё время я очень сильно побаивалась именно своего Ареса и не брала в расчёт, какую жуть может наводить на окружение аситин, помимо воли разлучённый со своей половинкой души.

Межзвёздный транспорт, на котором прилетел благоверный Анютки, был помельче. Походу одноместный.

Нетерпеливый аситин сразу хотел идти к своей тьере. Пришлось потрудиться, чтобы отложить сие знаменательное событие.

Договорились лишь до того, что он готов подождать до завтра.

Мол, она не готова.

В большей степени она действительно была не готова.

Я так боялась её реакции на его приход. Точнее того, что она его не вспомнит. А этот неандерталец, имею в виду хватательные замашки, просто возьмёт, закинет её на плечо и унесёт в далёкие звёзды.

Сай в этот момент послал мне ощущение, которое я интерпретировала под земную поговорку: «В любви как на войне — все средства хороши».

Конечно, я нисколечко не сомневаюсь, что она с ним будет счастлива. Сколько тоски светилось у неё в глазах там, на корабле, когда она говорила об Амадане.

Только пока он её вновь завоюет, учитывая её упрямство, она всё время будет грешить на меня.

Мол, была рядом и не помогла. Подруга называется.

И долго-долго со мной разговаривать не захочет. А всё это время мы будем на чужбине.

Не спорю, моего воина мне хватит с горкой. Только всё же хотелось бы, чтобы близкий человек не отталкивал и был рядом.

В общем, с подругой отношения портить не хочется.

А чего вы хотели?

О том, что я эгоистка, я сразу предупреждала.

Роль свахи мне навязали обстоятельства, и о своём душевном комфорте я обязана думать в первую очередь.

«Не оправдывайся».

«Когда я свою совесть уговариваю меня не грызть, не лезь», — мысленно рыкнула я на влезшего в мои размышления Сая.

«Симаи, твоя совесть — это я. Кусать буду позже, когда окажемся наедине. И не то, чего опасаешься».

По телу поползли мурашки предвкушения.

Никогда не думала, что стану извращенкой, но его укусы в предплечье и не только меня жуть как заводили.

Вот так и живём, ага.

Аттера

Год спустя

— А-а-а-а!!!!

— Уф… Р-р-р… Скотина-а-а-а!!! Ар-р-р!!!

Синхронные вопли из-за двери заставляли двух сильных мужчин вздрагивать и бледнеть на глазах.

Один сполз вдоль стенки, потому что ноги его уже не держали. Второй нахаживал круги рядом, мельтеша перед глазами. Впрочем, первому это не мешало: он до крови закусывал губу и безумным взглядом сверлил стену напротив.

Чуть в стороне стояли двое и с интересом наблюдали за аситинами.

— Как думаешь, через сколько минут они не выдержат и ворвутся в палату? — не скрывая злорадства, спросил ицтек у тор Бреза.

— Не ворвутся, — ответил Джарим, скрывая лёгкое беспокойство за свою подругу. — Старший тар Драст, перед тем как войти, приказал этим двум сидеть на месте.

— Жаль. Я бы на это посмотрел.

За что получил осуждающий взгляд.

Ицтек уже хотел ответить, но тут из-за двери послышался очередной крик:

— А-а!.. Р-р-р… Да чтоб я-а-а… да… чтоб ещё… ра-а-аз…

Астниера Сауэра завопила так, что тот вздрогнул и ударился головой о стену, впиваясь когтями в напольное покрытие.

К словам он не прислушивался.

Он пытался сконцентрироваться и послать волну поддержки своей ненаглядной.

— Не помогает! Р-р-р… Скотина-а-а-а!

Амадан замер, прислушиваясь к звукам. Услышав полный боли стон своей Сии, он с новым отчаянием начал кружить возле двери, схватив себя за волосы и потерянным взглядом обводя пространство.

Кто ещё не понял: в этот знаменательный день в семье тар Драстов ожидалось пополнение.

Сразу на четырёх самочек.

К такому крутому виражу судьбы никто не был готов. Две беременности одновременно стали истинным подарком Вселенной. На третьем УЗИ, когда узнали пол младенцев, в себя не мог прийти даже Шинфар, который вёл обе беременности.

Как бы семья ни пыталась скрыть сей факт, он стал известен на весь сектор Межгалактического Союза.

Для самих землянок новость тоже оказалась хорошей.

В связи с перенастройкой организма во время беременности пластичный человеческий ген мутировал. Маша с Настей вздохнули с облегчением, когда шибарийцы обрадовали их чудесным известием об увеличении продолжительности жизни.

Все новостные каналы гудели словно рой пчёл.

И если до этого дня семья тар Драстов могла удерживать слишком ретивых желающих приобрести землянок в свои семьи, то теперь всё изменилось.

Участь планеты Земля была предрешена.

Тридцать лет спустя

Недалеко от дома тар Драстов, в саду у фонтана, под сиреневыми ивами сидела молодая человеческая женщина и задумчиво играла с золотистыми коху.

Рыбки наши, ей-богу.

Те любопытно подплывали к замершей в воде ладони, унизанной жемчужными нитями, и пытались беззубыми ртами куснуть то один палец, то другой. Но стоило пальцам пошевелиться, как коху мигом разбегались в разные стороны.

«О чём задумалась?»

Мысленное послание заставило женщину обернуться в сторону дома.

У неё перехватило дыхание.

Так было всегда, стоило только коснуться взглядом своего тьера.

Кому-то его облик мог показаться жутким. В некотором роде схожим с земными демонами. Но для неё этот мужчина был самым лучшим, самым ласковым и терпеливым.

Она уважала и ценила его мнение.

Кто-то скажет: «Но о любви речи и слова не сказано».

Да, с аситинами в этом плане сложно.

Слово «люблю» за тридцать лет ни разу не произнёс ни один из братьев тар Драст. Несмотря на это маленькое упущение, ни одна из землянок не сомневалась в чувствах своего мужчины.

Хотя каждая женщина любит ушами.

Как по-другому можно было расценивать эмоции, быстро сменяющие друг друга? Безграничное желание. Нежность. Тревогу. Гордость.

И всё это они ощущали как собственные чувства, только умноженные в десятки раз.

Самым ценным была именно гордость.

Гордость за маленьких и целеустремлённых земляночек, которые, несмотря на новизну окружающего мира, стремились узнать новое, познакомиться с культурным наследием Аттеры и понять менталитет нелюдей из своего окружения.