На Земле ходила поговорка: «Любви без гордости не бывает».

И каждый раз, когда в голову залетало сожаление о несказанном, Анастасия тар Драст специально вспоминала её.

— Маша, — тяжело вздохнула женщина, вновь возвращая внимание золотистым коху.

Больше она ничего не добавила.

— Она сама так решила. И я не скажу, что недоволен, — неспешно подойдя к своей драгоценной астниере, проговорил Амадан.

Он присел рядом и пересадил её к себе на колени. С наслаждением зарылся носом в тёмно-русую макушку, вдыхая столь необходимый запах.

— Ты невыносим! — упрекающе стукнула его по плечу молодая женщина.

— Что тебя удивляет? Она последовала за своим тьером. Я бы не вынес её частые приходы в наш дом.

— Амада-а-ан.

— Вот видишь? Одно её имя, а ты уже со мной споришь!

И он быстро накрыл её губы своими, чтобы отвлечь от горестных мыслей.

Наигранное ворчание со стороны аситина было оправдано. В тандеме Сия/Мария двигателем всегда была рыжеволосая бестия.

Именно с её подачи пятнадцать лет назад две землянки поступили в Межгалактическую академию на медицинский факультет, чем доставили немало неприятных минут братьям тар Драст.

Сперва Амадан пытался уговорить брата воздействовать на свою астниеру, но тот не разделял его опасений. Сауэр желал, чтобы его половина поборола свой страх «стать племенной кобылой», как она частенько говорила.

Слава звёздам, их обучение закончилось в прошлом году, и Амадан наконец перевёл дыхание.

Правда, кровница его Сии до сих пор не угомонилась.

Порой ему было даже жалко брата.

Сейчас же он решил отвлечь симаи к удовольствию их обоих. Тонкую натуру своей астниеры он знал хорошо.

Вот уже тридцать лет подряд каждый год с её родины привозили самочек. Всего по десять душ, но и этого было достаточно.

К сожалению, последнюю партию не уберегли.

По пути назад на крейсер напали.

Мария тар Драст умудрялась лично курировать новоприбывших самочек, и для неё это стало ударом. Не выдержав душевных метаний своей половины, Сауэр вызвался вернуть их во что бы то ни стало.

Его астниера полетела вместе с ним.

«Хоть передохну», — была последняя мысль аситина перед тем, как он унёс свою драгоценную ношу в их спальню.

— The End —

увидеть вновь полюбившихся персонажей можно здесь