Родные убиты горем. Мать теперь боится потерять ещё одного сына. Меня для них давно уже потеряли. С военным ведомством и семейным бизнесом я завязал давно.

Но несколько часов спустя пришлось ехать на предприятие вместо приёмного отца. Он сейчас был нужен матери. На нервной почве ей могло взбрести в голову что угодно, особенно после известия о прилёте брата.

Встречали Дана всей семьёй. Не считая Марьялы. Отец, как всегда, взял первое слово. Я встретился взглядом с братом. Не позавидуешь тебе.

За все совместно прожитые годы у нас впервые появилось нечто общее. Правда, радости это понимание не принесло ни ему, ни мне.

Следовало признать: Дан держался куда лучше меня. Связь ещё не окрепла, биополя не объединились через потомство. Возможно, его искра ещё не угасает. Если мы не найдём Сию, шанс у него всё ещё есть.

Единственная надежда — если он сам захочет двигаться дальше. В утешении он не нуждался. В моей поддержке не сомневался.

Поэтому вся моя помощь сейчас сводилась к практическим действиям: обновить пароли, направить шаттл в штаб, передать добытые данные в военное министерство.

Кто бы сомневался, что после обнаружения планеты с совместимым с нами видом правительство решит собрать целый консилиум.

От предприимчивого адмирала я едва вырвался. Если бы не образованная связь и возможная потеря астниеры как баланса, Амадану не избежать бы трибунала.

Но если стабилизаторы перестанут действовать, а на Итириде появятся два нестабильных тара, города будут разрушены.

Нас проще будет сразу уничтожить. Если бы не угроза сокращения популяции аситинов, так бы и сделали много лет назад, когда я потерял свою астниеру. Как делали до эры космических путешествий.

Телепортом воспользоваться не удалось. Промедление было недопустимо: пока наладят сбои, потеряется драгоценное время. За четыре часа Дан наверняка уже нашёл хоть какую-то зацепку. Не зря он считался лучшим аналитиком, способным обойти по скорости самую совершенную программу.

Пришлось прибегнуть к помощи старого должника. Транспорт для личных нужд мне выделять не собирались. Садясь за руль списанного шаттла, я мог уповать только на благословение звёзд.

Пока добирался до дома родителей, четырежды едва не потерял управление. Сбоило и коробило всё, что только могло. Лишь благодаря штурмовой подготовке кураторов удалось добраться относительно целым и даже мягко посадить этот металлолом.

По пути в дом мне встретился Шинфар. Очевидно, он с кем-то беседовал из коллег, раз удосужился оторваться от сестры и новорождённого сына. Значит, дело важное.

На его собеседника я внимания не обратил. В голове прокручивалось всё, что удалось узнать. Многое я не пропустил.

В тот момент, когда вошёл, мать как раз поднималась по лестнице с всхлипывающей Маррьялой. В кабинете брат уже сидел в кресле.

Собранный. Бледный. Опасно спокойный.

— Что именно произошло? — спросил он.

Я не стал тянуть.

— Перидию удалось покинуть Виртум при очень загадочных обстоятельствах. Есть версия, что ему помогли извне. Пропал один из надсмотрщиков. Его до сих пор не нашли. Чип деактивирован.

— Последнее местоположение? — спросил Дан.

— Здесь. На Итириде.

Я выложил как на духу:

— Скорее всего, он причастен к покушению.

Приёмный отец, он же дядя, тяжело посмотрел на нас. Он чувствовал вину. И передо мной. И перед Даном.

— Я всё никак не могу понять, чем он мог кого-то подкупить, находясь более сорока лет на копях. Всё имущество Перидия было распределено между пострадавшими сторонами и правительством. Если бы мы знали, кто ему помог, могли бы приблизиться к их местоположению.

— Программист, — сказал Дан.

Мы все посмотрели на него.

— Нужно найти список программистов, числившихся на обучении в академиях. Даже тех, кто отучился хотя бы год. Их вполне могли отчислить за несоответствие параметрам, но аматоры всегда были и будут.

— Сделано, — ответил я.

Меня самого давно терзало недоумение, почему чип, находящийся в кровеносной системе Сии, не работал. Как и чип кровника брата.

— Сейчас информация придёт на коммуникатор.

Когда список вывели на экран, мы молча принялись за сортировку. Отметали тех, у кого не было большого потенциала. Тех, кто находился в других галактиках. Тех, кто состоял на службе. Тех, кто умер. Через некоторое время Дан глухо произнёс:

— Шин.

Шинфар, недавно присоединившийся к нам, оторвал голову от экрана.

— Да?

— Ты никогда не говорил, что твоя сестра подавала заявку на обучение. И была отчислена, не проучившись двух лет.

Шинфар замер.

— Ты думаешь?..

— Не знаю. Но надо проверить. У неё точно были нужные контакты. А она, ты сам знаешь, умеет давить на слабые точки.

— Но как? И зачем ей это? Ты же сам её отправил… на Виртум…

Последнее слово он произнёс почти шёпотом. Вот и причина нашлась. Шинфар перекатился на стуле к другой консоли и начал рыться в системе.

— Лиодас была в секторе Ц-46. Восточное полушарие. Там случился обвал. Она числится среди погибших.

— Подожди, — вмешался Доусет. — В каком секторе находился Перидий? И проверь, не пересекались ли заключённые этих секторов на выработке.

Шинфар снова метнулся к экрану. Несколько мгновений — и его лицо помрачнело.

— Прости. Для меня доступ закрыт.

— Минуту.

Отец, до этого молчавший и лишь следивший за нами, отодвинул Шина. Наклонился над консолью и начал вводить коды доступа.

Главам бростов предоставлялся расширенный информационный поток. Их полномочия касались экономики и установления наказаний для нарушивших закон.

Через несколько секунд на экране появились новые данные.

— Именно заключённые из сектора, где находился Перидий, разгребали завал на станции лёгкого производства.

Значит, подозрения в отношении тор Бреза не оправдались. Но вопрос, куда он исчез, оставался. Дан резко выпрямился. Нужная нить была найдена.

— Шинфар.

— Да?

— Перечисли всю собственность, которая была у твоей сестры. Они могут быть где-то у неё.

Шинфар помрачнел.

— Сейчас свяжусь с семьёй. Ты знаешь, я не особо поддерживал с ними контакт последние годы.

— Хорошо.

Дан провёл пятернёй по волосам.

— Передай: заартачатся — я сам с ними поговорю.

— Не посмеют, — с кривой усмешкой ответил муж сестры и семейный врач по совместительству.

Пока отец с Шинфаром налаживали связь, я отошёл в сторону, чтобы промочить горло. И краем уха услышал разговор между братом и связистом.

— Ты скажешь им?

Я обернулся. Что этот низаров ицтек снова задумал? Он никогда не знал, когда следует остановиться и не накалять обстановку. По его взгляду было видно: ничего хорошего этот вопрос не принесёт.

— Не время, — устало прохрипел Амадан, потирая переносицу.

— А когда, трасбахт его, время? — разгневанно прошипел Доусет. — Когда будет слишком поздно? Или когда будут сжигать твоё тело?

Странно. Никогда не замечал за ним такой бурной реакции.

— Сет! — предупреждающе зарычал брат и с силой ударил ладонью по столешнице.

— Что Сет? — Связист с трудом заставил себя стоять на месте, но всё равно продолжил увещевать капитана. — Ты же знаешь, что ещё не поздно. Всё ещё можно вернуть вспять.

— Это мой выбор. Я сказал — нет.

Неизвестно, чем бы закончился этот разговор. Но в самый пик спора дверь с грохотом раскрылась, и в кабинет ворвался исчезнувший пилот.

— Нашёл…

Дан в мгновение преодолел разделявшее их расстояние и подхватил падающее тело Джарима. Мне, безусловно, было интересно, где был кровник брата и как сумел найти пропажу. Но сначала стоило уточнить кое-что другое.

Недоговорки мне не нравились. Я перехватил Доусета за предплечье, когда тот двинулся к пилоту.

— Что пытается утаить Дан?

Ицтек сглотнул.

— Сия.

— Что с ней?

Он не выдержал моего взгляда. Отвечать за спиной капитана явно не хотел. Но всё же ответил: