Тишина стала вязкой. Идея многим понравилась. Слишком.

Руку поднял только один.

— А что будет с теми, кто попадётся?

— Вы единственный, кто внимательно слушал. — похвалил гоблин. — А теперь для всех: тот, кто попадётся… автоматически исключается из академии и попадает ко мне в личное услужение. Срок — до пяти лет.

— Это незаконно! — возмутился Варло.

— Незаконно пытаться заполучить чужое, молодой змайс! — назидательно поднял палец гоблин.

— Но вы сами это предложили…

— Предложил. — спокойно согласился он. — Вам многие будут делать заманчивые предложения. Но это не значит, что вы должны идти на поводу у кого бы то ни было.

Он обвёл аудиторию взглядом.

— Вы — будущее Элтаэ. Его опора. И каждый из вас должен тысячу раз подумать, взвесить полученную информацию — и только потом действовать. У каждого должна быть своя голова на плечах.

Пауза.

— Вы здесь для того, чтобы научиться думать. И использовать ту информацию, которой делятся с вами наставники.

Вика

— Но ваше предложение ведь в силе? — отозвался ещё один не особо умный ученик.

— В силе, — недовольно качнул головой преподаватель. — Итак, записываем...

Вот жжёшь, идиот…

Я невольно схватилась за голову, но руку от свитка не оторвала — писала.

Это ж надо. Только что тебе показали, как тебя аккуратно, с улыбкой, загоняют в рабство — а ты уже добровольно в очередь встал.

И это будущее Элтаэ.

Мда.

Если такими темпами — змеев ждёт естественный отбор. Жёсткий.

Невольно подумала о своём… муже. Неужели и он был одним из этих наивных глупцов?

В голове промелькнул образ советника с вымораживающим всё внутренности хладнокровным выражением лица. Попыталась представить его подростком — глупым, самоуверенным максималистом…

Не вышло.

Вообще никак.

Он, по ощущениям, родился уже с этим своим ледяным взглядом «я вас всех просчитал ещё до вашего рождения». Он всегда был таким же… помороженным.

Жуть, какая чушь в голову лезет. Брр.

Три недели. Всего три недели, как я здесь. А ощущение — будто полжизни.

На месте учредителей я бы изменила название, чтобы оно больше соответствовало истине. Давайте честно — это не академия.

Это гимназия для мальчиков с завышенной самооценкой. И, возможно, смертностью повыше средней.

***

Помню, как переживала в первый день. Думала — спалюсь сразу. Ну а как иначе? Хвоста нет. Вместо него две подпорки. Активного дара нет. Магии нет. Вообще ноль. Даже если меня разобрать на атомы — там максимум бытовая паника обнаружится.

Я тогда вообще не понимала, на что рассчитывал мой дорогой стратег. Серьёзно. Протащить меня сюда под видом змайса? Без магии? Гениально. Почти.

Естественно, молчать я не стала. И при первой же возможности задала тревожащие меня вопросы.

На следующий день после знаменательного события и нашего первого разговора со змеем к нам в гости пожаловал самый настоящий эльф.

Прости меня, Орландо, но твой Леголас в подмётки не годится этому образчику внеземной красоты. Пришлось срочно мысленно записать его в категорию «кинозвезда, руками не трогать». Помогло. Немного.

Его звали Итой.

Мой будущий директор на пару с моим муженьком сообщили мне то же, что сейчас вещал старый гоблин: В этой академии учат думать, анализировать, а не втолковывают в головы прописные истины юным дарованиям.

Образованием каждого змайса занимаются едва ли не с пелёнок. К математическим и гуманитарным наукам детей приучают на дому — наставники из собственного рода, в частном порядке.

Любопытным фактом стало то, что магия и подход к ней у каждого рода — свой.

Я не вникала в нюансы. Но, по словам мужа и эльфа, выходило, что каждый род имеет свою направленность и использует магию по определённым формулам, передающимся из поколения в поколение.

И, если честно… это пугает. Потому что думать — сложнее, чем запоминать. А дальше пошла магия. Нет, не в смысле «вау». В смысле — объяснения. Я в магии полный профан, поэтому эльф, как умственно отсталому ребёнку, едва ли не по слогам всё разжевал.

Каждый род — своя магия. Свои формулы. Своя логика. И если у двух родов одна стихия — это не значит, что они умеют её использовать одинаково. Итог?

Если у двух родов есть предрасположенность к огню, это не значит, что они равны. Сила дара и влияние зависят не только от резерва, как любят писать в книжках. Это связано с энергетической структурой ауры рода.

Магическая генетика. Или что-то очень на неё похожее. Если коротко: Петров не научит Иванова. Генетика. Магическая. Я особо не вникала. Зачем?

Мне бы выжить. Передать дар. И не сойти с ума в процессе. И как-то приспособиться к новой реальности жизни с нагом. Желательно без побочных эффектов. Вот и вся моя магия на данный момент.

Как сейчас помню второй день своей супружеской жизни.

Проснулась тогда ближе к обеду. Солнце вовсю заливало спальню, а горничная-дитё, которую я вчера «пытала», вынудив принести мне зелье, смирно стояла у двери.

После плотного завтрака в общей гостиной к нам пожаловал Итой. И да… После разговора с ними я окончательно убедилась: Красота — зло.

Особенно если она ещё и умная.

ГЛАВА 24. ДРЕССИРОВКА, ПЕРЕГОВОРЫ? или НЕ БЕСИ РЕКТОРА

И начались мои трудовые будни — по изучению истории, родового древа семьи ха Фает и прочих радостей жизни.

Несносный эльф изводил меня этикой. Элементарные знания законодательства тоже старательно впихивались в мою головушку (не убий, не укради… ага, как будто я до этого только этим и занималась).

Изверг.

Штурмом моих «пацанских» манер занимались оба, но ректор отличился особенно.

— Что ты стоишь? Пройдись.

— Не виляй бёдрами… ты парень!

Попробовала пройтись, двигаться как дерзкий подросток… Грудь колесом, походка развязная, нос по ветру…

— Кол проглотила?!

— Ты наследник рода! Не сутулься!

— Плечи расправь!

Не так голову держу…

— Высокомернее взгляд! Плавнее движения. Внутри тебя змей!

Я думала, сойду с ума.

Самое ужасное — оказалось, я должна держать голову под каким-то определённым углом.

— Это невозможно! Я не смогу постоянно за собой следить! — вспылила я, не выдержав очередного захода критики. Этот эльф меня до ручки доведёт.

— Итой, она права, — неожиданно вмешался муж, до этого спокойно копавшийся в документах. — Придумай другой способ. Постоянно дёргать её — бесполезно.

С некоторых пор мне начало казаться, что против меня спланировали заговор.

Эльф, к моему удивлению, действительно отстал. Пообещал что-то придумать.

Придумал.

Мать его за ногу, придумал!

Люди… если вам когда-нибудь скажут, что эльфы добрые и заботливые — не верьте. Этот будущий ректор — самый настоящий садист.

Он заставил меня надеть рубашку со стоячим воротником. А в воротник… вшил иголки. Острые.

— Если и это не поможет… — задумчиво протянул он, поправляя воротник, — можно смочить их ядом цехи. Страх отравления усилит концентрацию.

Никого не смутило, что я рядом стою. Вообще никого.

— Это лишнее, — недовольно прошипел змей.

И вот тут я впервые заметила странность: он старался не оставлять меня с эльфом наедине.

Каждый раз, когда я забывалась, иглы кололи подбородок. Ходить в этом «украшении» пришлось долго.

Но настоящий финиш был вечером.

Я настолько вымоталась, что, возвращаясь в комнату, банально споткнулась. Резко дёрнула головой — и…

— Ай!

В попытке удержать равновесие я резко наклонила голову. Подбородок по инерции дернулся вниз, и иглы в воротничке впились в кожу.

— Айиии!.. Ссссс… — зашипела я, касаясь пальцами пострадавшего места. Пыталась понять, насколько всё плохо. Я отчётливо почувствовала, как намок белоснежный воротничок.

Не прошло и минуты, как меня подхватили на руки — под разъярённое шипение.