В ту зловещую ночь небо окрасилось в багряные тона, словно само мироздание предвещало грядущие события. Кровавая луна, зловещая и величественная, поднялась над городом, заливая улицы призрачным светом, в котором тени казались особенно гротескными и угрожающими.

В нашем мире, как и в человеческом, всё делится на чёрное и белое. Среди оборотней существует строгое разделение: две могущественные стаи противостоят друг другу.

Тёмные оборотни — жестокие и беспощадные создания, в человеческом обличье неотличимые от самых отъявленных преступников и душегубов. В своей истинной форме они превращаются в ужасных монстров, питающихся человеческой плотью. Их кровавые следы — растерзанные тела и пепелища паники — остаются там, где они проходят.

Светлые оборотни, напротив, почитают человеческий род и оберегают его. Они понимают, что их существование неразрывно связано с людьми, и защищают их, несмотря на постоянную войну с темными собратьями. Единство двух враждующих сторон поддерживает лишь мудрый конклав старейшин.

Но однажды обе стаи столкнулись с угрозой, которая потрясла их до основания. Пока светлые возлагали вину за последние преступления на тёмных, а те с удовольствием вели свою коварную игру, за их спинами формировалась третья сила — тайная стая человекоподобных ликантропов. Их целью было уничтожение обеих стай и истребление старейшин, чтобы единолично править и владеть пищей.

И в ту роковую ночь кровавого полнолуния меня, дочь альфы светлых, принуждают стать невестой старшего сына альфы тёмных. Этот вынужденный союз должен объединить силы обеих стай, чего прежде никогда не случалось. Ни одна из сторон не желает этого брака, но властное слово старейшин не подлежит обсуждению, даже для альф.

Луна

Холодный свет луны пробивается сквозь панорамные окна моей квартиры, выхватывая из полумрака очертания городского пейзажа. Тысячи огней внизу кажутся россыпью звёзд, упавших с неба на землю. Обычный день, как и сотни других, но внутри меня бушует ураган.

Я отхожу от окна, скользя взглядом по современным линиям интерьера. Высокие потолки, минималистичный дизайн — всё кричит о статусе и благополучии. Но что толку в роскоши, когда душа рвётся на части от предчувствия грядущих перемен?

Нутро твердит готовиться. Шерсть при воплощении встаёт дыбом, лапы дрожат, а хвост напрягается, словно к чему— то готовится… Но к чему? Инстинкты воют, как волки на полную луну, предупреждая об опасности, которую разум пока не в силах распознать.

Высотка словно клетка, запирающая меня от внешнего мира. От мира, где две враждующие стаи ведут бесконечную войну за право существовать. Где каждый шорох может означать приближение врага, а каждый взгляд — быть наполненным смертельной угрозой. Где предательство скрывается за маской дружбы, а дружба — за маской ненависти.

В воздухе витает запах крови и смерти, хотя разум отказывается это признавать. Мой волк внутри беснуется, требуя вырваться на свободу, влиться в первобытный танец битвы.

И все же жаль, что это не клетка, а лишь место для отдыха. И жаль, что с наступлением темноты меня ждут обязанности…

Внизу, в потоке машин, мелькают тени. Они спешат по своим делам, не подозревая о том, что происходит в тени их обыденной жизни. О том, что среди них живут те, кто меняет облик с заходом солнца. Те, кто питается их плотью и защищает их сон.

Луна медленно поднимается над городом, словно наблюдая за мной. Её серебряный свет проникает сквозь стекло, касаясь моей кожи ледяными пальцами. И в этот момент я понимаю — настало наше время.

Раздается звук будильника, и я, хмыкнув, направилась в гардеробную, предварительно сказав умной системе квартиры отключить его.

Выбрала типичную классику, а именно брюки темно— серого оттенка и прямого кроя и черную с коротким рукавом водолазку. Влезла в туфли— лодочки, надевая на скорую руку серебряные серьги, и на ходу схватила сумку с тумбы в коридоре. Зашла в лифт и уже на втором этаже дистанционно запустила своего белого Tesla.

Металлические двери лифта бесшумно разъезжаются в стороны, выпуская меня в подземный паркинг. Tesla уже ждёт, подсвечивая путь голубыми габаритными огнями. Машина словно чувствует моё настроение, тихо урча двигателем.

Я запрыгиваю в салон, и автомобиль плавно трогается с места, следуя по запрограммированному маршруту.

Городские улицы встречают меня привычным потоком машин. Но для меня они — не просто дороги. Это охотничьи угодья, где каждый переулок может таить опасность, а каждый прохожий — быть потенциальной жертвой или добычей, моей или, того хуже, одного из темных.

Пальцы крепче сжимают руль. Впереди долгая ночь, наполненная опасностями в виде бумажной волокиты и испытаниями над своим контролем. Очередная ночь, когда мне предстоит снова стать тем, кем я являюсь на самом деле — хранителем в человеческом обличье, волком в мире людей и единственной дочерью Альфы светлых.

— Добро пожаловать, — приветствует волчица с ресепшена, когда я только вхожу в наш медицинский центр.

Её глаза на мгновение выдают узнавание, но она быстро берёт себя в руки.

Киваю в ответ и направляюсь к лифту. Стеклянная кабина плавно поднимается, унося меня на двадцать второй этаж. В голове проносятся мысли о предстоящей работе, о документах, которые ждут своей очереди на подпись.

Секретарь встречает меня улыбкой.

— Голодна, — коротко сообщаю ей, проходя в кабинет.

Включаю технику и тут же сталкиваюсь с горой документов на подпись. Тяжело вздыхаю, но приступаю к работе.

Стук в дверь прерывает моё занятие. Залия, моя секретарша, входит с хрустальным подносом. На нём лежит то, что так необходимо моему внутреннему зверю — сырая сердцевина.

Чувствую, как зрачки расширяются, а волчья сущность просыпается, требуя своей доли. Желудок сжимается в спазме голода, и это чувство разливается по всему телу. Сглатываю ком в горле и киваю секретарше. Она облизывается, глядя на мой завтрак, и неохотно покидает кабинет.

Аромат свежей крови наполняет комнату, пробуждая инстинкты. Человечек хочет поделится с Залией, а волчья суть рычит, требуя поглотить всё в одну глотку. Побеждает внутренний зверь, и я, отложив документы в сторону, приступаю к трапезе.

Дверь открывается, и на пороге кабинета появляется Динара. Скучающе отвожу взгляд и отодвигаю пустую тарелку, подтягиваю к себе незаконченную стопку документов.

— Для чего мне секретарша? — вздыхаю я.

— Я тоже не понимаю, ведь ее снова нет, — пожимает плечами подруга.

Динара грациозно опускается в кресло, её васильковые глаза искрятся весельем. Непослушные спирали каштановых волос обрамляют лицо, придавая ей озорной вид. Даже волчья шерсть у неё вьётся — редкая особенность, делающая её ещё более уникальной среди оборотней.

— Помнишь, как мы познакомились в колледже? — улыбаюсь я, погружаясь в воспоминания. — Ты тогда случайно превратилась в коридоре, а я помогла тебе вернуть человеческий облик.

Она хихикает, вспоминая тот случай.

— А потом мы целыми ночами сидели в библиотеке, изучая древние свитки о ликантропии. Кто бы мог подумать, что наша дружба приведёт к такому?

Принюхиваясь, она морщит нос:

— Чувствую, ты недавно поела. Чем сегодня угостилась?

— Ничего особенного, — отмахиваюсь я, хотя внутри всё ещё бурлит от недавнего приема пищи. — Просто сердцевина.

Динара приподнимает бровь, но ничего не говорит. Мы обе знаем, что для нас это не просто еда — это часть нашей природы, которую мы должны принимать, несмотря на человеческую маску, которую носим днём.

Её взгляд скользит по стопке документов на моём столе:

— Опять эта бюрократия? Неужели нельзя передать кому— нибудь другому?

— Я дочь Альфы, — пожимаю плечами. — Это часть моей ответственности. К тому же кто— то должен следить за тем, чтобы наша стая жила по правилам.