Тимофей сощурил глаза, в них полыхнул недобрый огонек.
— Можно и сзади. Если тебе не терпится, — опускает пальцы на пряжку ремня. — В быстром сексе есть своя прелесть! — сообщает он цинично.
— Не смей! — вырывается из меня с шипением. — Хватит делать вид, будто ничего не случилось! Я узнала, что ты обрюхатил ту, которая должна была стать суррогатной матерью… Поэтому не надо делать вид, что все осталось по-прежнему.
— От этого мы не перестали быть мужем и женой, дорогая. И я предлагаю тебе выход из кризиса наших отношений. Не закапывать себя в обидах, протянуть друг другу руки и пройти через все невзгоды. Вместе.
— Ловко же ты устроился, Тимофей. Гульнул на стороне, притащил мне своего ребенка и делаешь вид, «а че такова»! — я постукиваю пальцем по губам и говорю ему. — О, я придумала! Сразу после операции, как только позволит состояние здоровья, я заведу малыша. От другого мужчины. Естественным путем, разумеется.
Лицо мужа становится каменным, на скулах гуляют желваки.
Хриплое дыхание становится слышным даже на расстоянии.
— Мне кажется, ты войдешь в мое положение и примешь ребеночка. Ведь ребенок от любимой женщины — все равно, что частичка меня, верно?
— Не смей сравнивать! Ты… оказалась неспособной к деторождению, а я… могу осеменить женщину! Поэтому… — шагает вперед и нависает надо мной, сжав кулаки. — Если ты сможешь рожать, рожать будешь только от меня. И первенца моего… будешь любить не меньше!
Самодур…
Может быть, он что-то принял? Откуда в его голове такие идеи?
Домострой какой-то, жестокий патриархат!
— И с кем это ты разговаривала? Я слышал твой голос.
— С мамой.
— Проверим? Неси сюда телефон… — протягивает руку ладонью вверх.
Глава 8. Она
Вспыхиваю, будто зажженная спичка! Этого еще не хватало — контролировать мой телефон.
Никогда такого не было, с чего вдруг началось?
А дальше что — проверка всех переписок, контактов и программы-следилки, установленные тайком? Может быть, еще и отслеживать мое местонахождение начнет?
Телефон снова зазвонил.
— Наверное, это мама? — спрашивает Тимофей с холодной усмешкой.
Глаза внимательно смотрят на меня, не упуская ни одной детали.
Я застываю, покрывшись холодным потом под одеждой.
Вдруг снова перезванивает владелец клиники?
Решил уточнить что-то…
Или вспомнил обо мне и…
Вариантов уйма.
Надо что-то придумать, сказать, опередить мужа, но…
Тимофей делает шаг вперед и заходит в санузел.
У меня перед глазами зарябило от паники!
Что сейчас будет?!
Пол под ногами стал зыбким, как болото. Воздуха в легких не стало.
Если мой обман сейчас раскроется…
Сердце тикает, как часовая бомба.
Шаги Тимофея раздаются слишком громко. Он смотрит мне прямо в лицо, выражение глаз предельно серьезно. И, кажется, сейчас разразится гром и молния.
Тимофей протягивает мне телефон.
— Ответь. Это, действительно, твоя мама…
Мне звонит мама!
Вниз по телу горячей волной обрушилось облегчение.
Я хватаюсь за телефон, как утопающий — за соломинку, и с упреком смотрю на мужа. Хочется верить, что мой взгляд смотрится, как упрек!
— Что-нибудь еще, Тимофей?
— Ответь, — просит, отходя.
Становится легче дышать. Я нажимаю ответить.
— Да, мам. Еще раз привет… Хорошо, что перезвонила. Сегодня со связью проблемы какие-то, — говорю я первой.
— Здравствуй, Даша… — отвечает мама растерянным тоном. — У вас что-то случилось?
— Да, — делаю паузу.
Мама что-то неразборчиво ахает себе под нос. Я веду разговор сама, не давая ей ответить и очень-очень надеюсь, что Тимофей ничего не заподозрил!
В то время как он… слушает. Это понятно по прищуренному взгляду и мерному постукиванию пальцев по подоконнику.
— Никак не дозвониться, а у тебя как дела?
— Ничего особенного. Мне заказ пришел, витамины, БАДы. Ты кое-что взять хотела.
— Конечно, приеду, — сообщаю я и сочиняю на ходу. — С сегодняшнего дня уколы ставить, лучше не запускать.
— Даш, я ничего не понимаю! — в голосе мамы слышится паника. — Что случилось? Ты так странно отвечаешь!
— Мам, не переживай, я скоро буду. Все наладится.
Опускаю телефон в карман, Тимофей уточняет:
— Что стряслось?
Мне жаль, что приходится гнусно врать. Но, кажется, это мой единственный шанс вырваться из-под пристального, гнетущего внимания Тимофея.
Никогда не думала, что дом, наш дом… превратится в клетку!
— У мамы снова разболелась спина, ты же знаешь, у нее старые повреждения иногда ноют на погоду.
— Но сейчас отличная погода, — удивляется он.
— Да, но как резко она сменилась. Может быть, опять что-то предвидится, я не знаю. Мама периодически уколы ставит. На этот раз затянула что-то с паузой, теперь еле ходит. Вот, подошло время.
— И ты поедешь к ней? — уточняет Тимофей.
— Придется. Кроме меня, у мамы никого нет.
— Но ты же не медик, чтобы ставить ей уколы.
— Не медик. Но ты же знаешь, у меня рука легкая. Забыл, что ли, как я твой зад колола, когда ты застудился?
Слава богу, объяснения у меня звучат правдиво и версия выглядит достоверно…
Тимофей испускает короткий вздох:
— Как же наш романтический вечер?
— В другой раз, Тимофей. Надеюсь, ты согласишься со мной, что обстоятельства сейчас требуют моего присутствия рядом с мамой. И открывшиеся обстоятельства… насчет будущего родительства таковы, что нам лучше отдохнуть и собраться с мыслями.
— Я не устал, Даша, — качает головой Тимофей. — Ни от тебя, ни от нашего брака.
Вот как?
А ведь не так давно, сегодня, он плевался мне в лицо претензиями о том, что устал быть бездетным… Но сейчас состроил из себя грустного мужчину.
Ему бы в театре выступать…
— Мне жаль, что ты так остро восприняла эту новость. Я сделаю все возможное, чтобы сохранить нам семью! — обещает он торжественно.
— Ты всегда был… — подбираю слова. — Более спокойным и выдержанным, чем я.
— Да, иногда ты излишне эмоциональна.
— Что ж, тогда ты понимаешь, как мне непросто!
Стараюсь улыбнуться так же грустно, как он.
— Ненавижу с тобой ругаться. Не хочу скандалить…
— Отдохни у мамы. Развейся.
Тимофей разрешает мне поехать к маме так, словно это была его идея, я подыгрываю ему:
— Спасибо, — и продолжаю. — Отвезешь меня?
— Само собой. Собирайся…
Обняв меня, Тимофей похлопывает меня по заднице ладонью, и больше всего на свете мне хочется скинуть его руку! Но я терплю.
— Позднее наверстаем, — обещает он. — Не забивай голову, ладно?
Конечно… Как тут не забить голову?!
Все мысли просто вытряхнуло из нее!
* * *
Мама вышла нас встречать, позвала Тимофея на чай, но он отказался.
Ему кто-то звонил, пока мы ехали. Он мельком взглянул на экран телефона и спрятал его в карман. Я не успела прочесть имя, но, кажется, звонок важный. Потому что потом Тимофей стал совсем неразговорчивым и задерживаться у мамы не стал.
Я выдохнула с облегчением, глядя, как поспешно он отъехал и решила, что он спешил к своей любовнице!
— Даша, только не говори, что ничего не случилось, — говорит мама.
— Случилось. Давай не будем стоять здесь, пойдем в дом…
— Что такое? Сложности с сердцем? — бледнеет мама.
— Нет. С суррогатной матерью проблемы возникли.
— Ох, не нравится мне твой тон. Знаешь, еще когда ты говорила, что она бывает у вас, и Тимофей ее близко держит, я подумала, какой странный заказ… Обычно заказчики лишь дистанционно контролируют течение беременности, встречаются на осмотрах у доктора, а не вот это все…
Я повременила немного и не стала рассказывать маме всего. Но сказала, что мы с Тимофеем крупно поссорились, и я пока побуду у нее.
— Конечно-конечно… — согласилась она. — А у меня вот… Тоже… Новости… Даже не знаю, хорошие или плохие.
