— Меня? — удивленно переспросила Мистерия. Она честно попыталась вспомнить, но все, что возникло перед мысленным взором — бледневшее в смерти лицо Рэла. Торопливо прикрыв глаза рукой, женщина отрицательно покачала головой. — Извини, Мик, я не помню.

— Только не извиняйся. Без того тоскливо, — нахмурился Михаил. — Мне жаль, что я напомнил тебе о погибшем друге, но дело серьезное.

— О друге… Святые, как он смотрел. — Лаони с трудом удержалась от слез. — Я ему говорила, а он…

— С твоей манерностью, только мужиков и отшивать, — вступил в разговор Четрн.

— Я его не отшивала. — Злость помогла Мистерии справиться с болью. Она смерила Курьера холодным взглядом, должным осадить наглеца.

— Конечно. Думаешь, я не понимаю, что тебя грызет?

— Он психоаналитик, предупреждаю, — на всякий случай сказал Михаил. Он стремительно терял контроль над разговором.

— А я скажу… — Четрн подался вперед. — Любящий человек отдал жизнь во имя спасения бессмертной. И в мыслях только одно — отвечай ты ему взаимностью, его смерть была бы хоть как-то оправдана. Но ты не можешь найти в себе ни грана чувств…

— Ты… — Лицо Лаони заметно побелело, кулаки сжались до белизны… Она судорожно вздохнула, вспоминая о хороших манерах. — Вы несносны.

— И отвратительны, — поддакнул Михаил. На его слова никто не обратил внимания.

— Не любишь правды? — Злость Чета изливалась необъяснимой рекой.

— Какое тебе дело?!

— Мне надоели хромые душой. Ни одних крыльев не хватит, чтобы укрыть мир.

Михаил откинулся на спинку стула, пережидая грозу. Ка понимающе улыбнулась ему:

— Ласковый спит.

— А? — Михаил почесал солию макушку. Зверек лениво приоткрыл глаза, устроился поудобнее и вновь задремал. — Ты права.

— …и нечего мне тыкать!! — Лаони размахивала пальцем у носа Чета. — В тебе нет ни грамма такта, ни грамма!! Ты причинил мне боль, радуйся.

— Считай, к доктору сходила! Страдать вы мастера — за душой груз, физиономия траурная…

— У кого физиономия?! У кого?!

— Прекратить дебош! — Михаил грохнул кулаком по столу, жалобно звякнули тарелки.

— В самом деле, — усмехнулся Бэрит. До сих пор он с интересом прислушивался к разговору, периодически останавливая Ийка. — Чего расшумелись? Недаром говорят — у больших людей и рот большой.

— Истину глаголет. — Михаил улыбнулся. Повеяло знакомым духом груэлльских дгоров. Славно.

— Я в порядке! — Рухнув на стул, Чет принялся сверлить взглядом ткань шатра. Через мгновение встрепенулся, цапнул бокал воды и вновь замер.

— Прости, о чем ты говорил? — Лаони небрежным жестом поправила волосы и чуть улыбнулась — с оттенком победы.

— О наймите… Видела подобных типов раньше?

— Никогда.

Логические построения Михаила тихо рухнули. Теория умерла, зачатки планов остались зачатками.

— А сколько тебе лет? — вдруг спросил Четрн.

— У женщин не принято спрашивать о возрасте. — Лаони всеми силами пыталась проигнорировать Чета и не смогла. — Какая невоспитанность! Варвар.

— Не спорю.

— Двести тридцать четыре года, чтоб… — Женщина вовремя замолчала.

— Минуточку, вы хотите сказать, что Импульс ударил по вам с двухлетним перерывом? — Рот у Михаила живописно приоткрылся.

— А что мы знаем о законах Средоточия? — Лаони пожала плечами. Налила воды, поболтала в бокале и выпила. — Ничего. Мы как слепые котята…

Собравшиеся замолчали, пытаясь проникнуться масштабностью картины. В наступившей тишине Бэрит рискнул сказать:

— Я понимаю — вы говорите о магических силах и прочих высоких материях. Это бесспорно важно. Но никто не поблагодарил Лаони и ее соратников за столь своевременное появление. Я слышал о тебе Дочь Белой Матери, и я благодарю тебя от лица всех спасенных.

— Вот у кого вам стоит поучиться манерам. — Мистерия тонко улыбнулась.

— Вы появились вовремя. — Михаил переглянулся с Четом.

— Мы ездили за помощью к верейцам, затем навестили гномов Редколесья… Сообразно географии мест нет ничего удивительного в появлении босоррцев на Карской дороге.

— Достойное объяснение. — Михаил вздохнул. — Четрн, покажи ей прибор.

— Что? — Лаони покраснела.

Курьер кисло улыбнулся:

— Смотри. — Он достал возлюбленный наймитами пульт. — Видела раньше?

— Нет. А в чем дело?

Коротко Михаил рассказал об известных фактах. И вновь наступила тишина. Затрещал фитиль в лампе, тени пустились в пляс… Лаони поежилась.

— Я ничего подобного не видела, хотя… Нет, не знаю.

— Умеешь ты запутывать, Мик. — Четрн потянулся.

— А вы кто? — вдруг спросил Бэрит. Его распирало от вопросов.

— Те, над кем сгущаются тучи.

— Просто хочу, чтобы вы рассчитывали на меня.

— К тайнам потянуло, — определил Чет.

— Циник, — мгновенно взъелась Лаони. — Спасибо, Бэрит. Нам потребуется твоя помощь. Чего ты, Мик?

— Не обращай внимания. — Михаил издал новый смешок. — Ласковый меня хвостом щекочет.

— Значит, любит.

— Отвали желтоглазый демон. Ласковый, хватит.

— Вернемся к нашим планам, — посоветовал гном.

— Завтра, с утра, мы отправимся в Аякс. Предлагаю вам присоединиться, — Лаони потупилась.

— Решено, — кивнул Михаил. — А дальше?

— На днях правительница Босорры соберет совет, после которого я отвечу на твой вопрос Мик.

— При чем здесь мы? — поинтересовался Четрн. — Это ваши терки. Мне вполне хватило Тага.

— Да… — непонятно сказала Лаони — И что там в Таге? Беспорядки, война, геноцид? И давно?

— Зачем тебе?

— Чисто академический интерес.

— Около семи лет.

— Вы были вместе, ты и Мик?

— Упаси Хранители. — Четрн молитвенно воздел руки к потолку. — До недавних пор мне везло.

— Доскребешься ведь, — мрачно хмыкнул Михаил. — Нет, Лао, я прибыл к финалу. Но и меня не миновала война.

— А теперь именем Матери, — Лаони внимательно посмотрела на мужчин. — Ответьте мне на вопрос. Почему большинство ранее стабильных миров пожирает пламень войны?

— Ты можешь выражаться попроще… — Чет осекся.

— Миры сошли с ума, — сказал Михаил.

— Я специально изучала этот вопрос по настоянию Белой Матери, — продолжила Лаони. — Мне помогали ведущие маги Босорры, но безрезультатно.

— Это игра, — объявил Ийк. Под внимательными взглядами димпов он смутился и ретировался в угол.

— Что определяет случайность события? — спросил Михаил.

— Элемент хаоса… Я не помню дословно, о чем говорил Т’хар, — ответила женщина.

— Я вообще старпера не слушал, — уведомил Чет. Ка ткнула его локтем.

— Война, поглотившая миры, — не рядовое событие.

— Я поняла тебя, Мик, — быстро сказала Мистерия. — Настолько случайные события возможны при условии превалирования Хаоса в расстановке сил. Случайность становится закономерностью, невероятное — вероятным. Но подобное невозможно — Равновесие Средоточия определено генами — законами. А закон обойти нельзя.

— Почему? — Чет вспомнил о криминальной юности.

— Обойдя закон, ты исключишь его из совокупности, определяющей формацию миров. После чего Средоточие рухнет, как карточный домик. Но ты жив, следовательно…

— Вариант отпадает, — согласился Чет. — А хетч остается. Значит Равновесие дало сбой.

— Очень много вопросов, — прокомментировал Бэрит. — И мало ответов. Как сказал бы Ийк — плохая игра.

— Именно, — кивнул Чет. — Чего тебе, крошка?

— Ребенок спать хочет… Идем. — Лаони подхватила девочку.

Лицо Курьера изумленно вытянулось. Во взгляде проскользнула тревога. Ревность — дело не хитрое. Приходит сама и никогда не спрашивает разрешения.

— Где вы, любезная, проходили этап становления? — спросил он у женщины.

Чет подмигнул Михаилу. Лаони мгновенно замкнулась, точно моллюск в раковине. Глянув по сторонам, она смущенно опустила голову:

— Это… мое личное дело… Не ваше.

— Мик, твой выход. — Четрн сделал приглашающий жест.

— Перед Вечностью мы равны, — обреченно вздохнул Михаил. Он бросил на Курьера свирепый взгляд. — Нас давят, мы поднимаемся…