Лед блестит, как глаза стоматолога,
подморозит, и вновь снегодождь.
Тетка с флаером «шубы недорого»,
экономной души не тревожь,
отойди от меня, убегающей
сквозь колючку метели в метро,
подступает зима, и пока еще
все бегут, никого не смело,
и надменный водила из лексуса
не предложит, кого подвезти.
Эта жизнь, как подножка троллейбуса:
хочешь впрыгни, а хочешь – сойди.
Кто к подземке пешком добирается
на собаках и перекладных,
в снежный вихрь лицом упирается,
чтобы я написала про них,
про рабочего с мерзлой лопатою,
и про тех, чьи долги велики.
Вот дефисы и точки попадали
на бобровые воротники.
Но когда-нибудь знаки закончатся,
и утонет Москва в молоке,
и убраться отсюда захочется,
скинув шубу, вообще налегке.
Мы накормлены манными крупами,
ни к чему нам походы к врачу.
Улыбаюсь на мысль эту глупую,
и бегу, и зубами стучу.
