— Ну почему же не интересуют, как только я закончу одно дельце, сразу же их разыщу, — солгала Мариана, накручивая локон волос на палец, — и вообще, может, впустишь в дом? Заставляешь меня стоять на пороге, как дворовую попрошайку.

— Проходи! — рявкнула тетушка, пропуская незваную гостью внутрь.

В доме у Лукреции было довольно чисто, а сама обстановка выглядела даже зажиточно. Дубовая мебель, персидские ковры, фарфоровая посуда, хрустальные вазы составляли интерьер ее жилища. Но при всем при этом отдавало холодом и каким-то безразличием, пустотой. То есть уютным и милым назвать убранство ее дома не представлялось возможным в силу безжизненной, безмолвной атмосферы, веющей немым равнодушием.

— На счет своих родителей можешь не хлопотать. Нет их, на сей момент, в живых, — ухмыльнулась Лукреция, — сестра моя Виолетта и ее муженек Паоло давно уже на небесах! Так ей и надо! Всегда была успешнее, красивее, умнее, родители ее больше любили, вот я с ней и разделалась! — злобно расхохоталась тетушка без грамма сострадания к умершим.

— И как же, позволь спросить? — съехидничала Мариана.

— Я им сказала, что ты умерла после рождения, а сама выкрала тебя и уехала с одним молодым болваном по имени Тито, хоть он и моложе меня был. Поженились, оформили документы на ребенка, только по ним тебя зовут Эсмеральда.

— Ну и прекрасно, что меня назвали по-другому, — перебила тетку Мариана, — больше всего на свете не хотела бы быть Эсмеральдой! Только зачем я тебе понадобилась?

— Во-первых, отомстить Виолетте, что у меня получилось как нельзя лучше. После одиннадцати сыновей они так ждали дочку! Однако их кровиночка умирает на глазах у всех благодаря моим травкам, которые на время выключили тебя! Кто же такое выдержит. Вот Виолетта и слегла, а после и вовсе померла. Следом и Паоло ушел, года не прошло, не вынес смерть любимой супруги. Но пусть еще говорят спасибо, что я избавила их от такой особы, как ты! Кстати, с братьями не желаешь познакомиться?

— Не горю желанием! — отрезала Мариана.

— А, во-вторых, заработать хотелось и сразу много, план созрел, когда я познакомилась и сдружилась с одной отменной аферисткой, звали которую Изольда. Она тоже была жизнью обижена. Несправедливость и ее коснулась. Имея дальнее родство с герцогами Рашель, она не получила ни копейки, когда умер старый герцог. Все отошло его сыну, а он делиться по-честному не захотел. Герцогиня, его супруга, ждала ребенка, моя сестра тоже. Тогда мы и замыслили все это. Дочь герцогов мы должны были вернуть им за громадное вознаграждение. Но в тот день, когда я ее выкрала, Изольда посещала герцога, это была часть общего плана. Но после всего случившегося, она вдруг резко передумала. Сказала, что ее совесть заела. Ага, думала, я поверю в басни и небылицы! Нашла дуру! Возможно, герцог предложил ей отступные, поэтому связываться с кражей ребенка она больше не захотела и приказала нам с Тито незамедлительно вернуть их дочь. А нам, что было делать? Оставаться без копейки за такой риск? Нет уж! Я приказала Тито избавиться от Изольды, а после и его отравила. Мне лишние свидетели не нужны. Тебя я на время отдала одной старухе за хорошее вознаграждение, а дочка герцогов жила со мной, пока шли все эти разборки. Но никто ни о чем даже не догадывался. Жили мы в деревне, ни тебя, ни ее я никогда никому не показывала. А после забрала тебя у этой старой карги и подбросила герцогам. Так и знала, что ты явишься рано или поздно. И вот что хочу сказать: если хоть капля совести у тебя есть, то не дашь мне на старости лет сгинуть без средств к существованию за мою услугу.

— Это ты-то про совесть заговорила? — громкими раскатами рассмеялась Мариана. — А что ты собиралась сделать с дочерью герцогов? И почему она оказалась в таком бедственном положении?

— Ее я собиралась вернуть, только чуть позже. Цену набивала, подороже хотела провернуть операцию, все же риски колоссальные. Да и нужно было, чтобы они к тебе привыкли, и не сдали в приют. Ведь я тебя из приюта забрать не смогла бы, мне жизнь свою надо было устраивать. Уехали мы с ней далеко, да только такой начался переполох! Жандармы стали каждого ребенка проверять по фотографиям, которые от отчаяния предоставил полицейским герцог. Так и бросила ее на вокзале, а сама еле ноги унесла. Ее тут же цыганский табор прибрал к рукам, прям на моих глазах.

— Так что же они ее не сдали в полицию тогда за вознаграждение?

— Кто бы им поверил! Посадили бы всех за кражу ребенка! Кстати, я так и не смогла спилить золотой браслет с бриллиантами и ее именем у нее на руке. Они его видно и прикарманили.

— Я слышала, что ее удочерили из детдома, — задумалась Мариана, — получается, цыгане сдали ее туда.

— Через пару лет после этого полиция разогнала целое цыганское поселение недалеко отсюда, возможно они всех малышей отобрали у этих попрошаек.

— Значит, получить выкуп не вышло? — ехидно заметила Мариана. — Но у меня есть работка для тебя!

— И какова будет плата? — поинтересовалась тетушка.

— Скорее это будет твоя плата за преступления, совершенные тобой! — взорвалась девушка.

— Что ты, родная моя, смотри, как мы с тобой похожи, как две капли воды, только ты моложе, — стала подыгрывать племяннице Лукреция.

Мариана и сама сразу же заметила внешнее сходство, но промолчала, так как именно это обстоятельство ее совсем не радовало.

— Эта Элина, дочка герцогов сейчас живет у одного художника и работает в его лавке. А сам художник уехал на выставку. От тебя требуется разыскать его, подмешать это зелье в чай и обманным способом заставить переписать на себя все его имущество. И проследи, чтобы он попал в психбольницу, а сама возвращайся и требуй с его подопечной, чтобы она освободила квартиру и магазин, причем очень быстро, сию минуту, чтоб у нее даже времени подумать не было. Припугни полицией. Убивать никого нельзя, так ведьма наказала, тюрьма в этом случае маячит на горизонте! — повелела Мариана.

— Ах вот почему я тебе выложила все как на ладони! Ты воспользовалась черной магией! — взбеленилась тетушка, но было уже слишком поздно.

* * *

Прежде чем вернуться домой к своим приемным родителям герцогам Рашель, Мариана решила посетить городок, где находилась усадьба графов Ленских, но, а также и лавка художника. Это было не слишком далеко от места, где проживала ее тетка, и девушка проехалась в этом направлении. Она все же хотела удостовериться в словах ведьмы и проверить, все ли так, как она обрисовала. Укутавшись в платок и надев солнцезащитные очки, она рассчитывала быть неузнанной. Ведь Элина видела ее на новогоднем празднике и могла узнать. Но в саму лавку девушка решила не заходить, соблюдая крайнюю осторожность, а лишь понаблюдать издалека.

Было обеденное время, зимнее солнце приятно припекало, растапливая понемногу наметенные сугробы. Мариана остановилась на противоположной стороне улицы возле афиши, делая вид, что внимательно изучает ее, а сама уставилась в сторону лавки художника. На двери висел замок и надпись «закрыто», по-видимому, был перерыв на обед, поэтому она неторопливо разглядывала анонс, бросая взгляд в сторону лавки.

И вот, наконец, она заметила, как молодая парочка подошла к двери. Девушка легко открыла дверь своим ключом, а парень прошел за ней. Они так мило разговаривали и смеялись, выглядя счастливыми и беспечными, что Мариана даже позавидовала их задору.

«Это она! Я узнала ее! — торжествовала юная герцогиня. — Но скоро ты лишишься всего этого и окажешься на улице! И кто же этот молодой человек?», — не оставляло ее любопытство, и девушка решила понаблюдать за ним.

Через несколько минут парень вышел из художественной лавки и направился в книжный магазин напротив. Он также открыл дверь своим ключом и прошел внутрь. Мариана тут же последовала за ним, чтобы разузнать как можно больше.

Парень снял пальто и шапку, встав за прилавок. Мариана вошла в магазин, сделав вид, что безумно заинтересована первой попавшей ей в руки книгой, которая стояла при входе на стеллаже.