— Что? — я почувствовал, как мороз побежал по спине. Горло сжало невидимыми тисками, мешая дышать.

— Вы прочитали письмо от Лины?

— Проклятье, меня постоянно отвлекали! — я вмазал кулаком по стене, не обращая внимания на боль. — Какое ещё письмо?

— Загляните, срочно. Это важно!

Отключился, ощущая приступ дурноты. Повернувшись к окну, увидел своё отражение в стекле.

На кого я похож... Помятый, в ссадинах. Одежда в крови. Глаза безумные, будто в меня вселился бес.

"Вот оно, лицо настоящего врага," — пронеслось в голове.

Как мне теперь с этим жить? А себя, Демьян? Как насчет себя? Не хочешь стереть с лица земли?

Справедливо.

Себя я ненавидел больше всех.

Но сейчас должен исправить всё, что натворил.

Лучшее, что я могу сделать для Лины и малышки — окружить их заботой и безопасностью. Дать им всё. Защитить от этого жестокого мира, даже если для этого придётся пойти против всех.

Я сел напротив палаты, чувствуя, как ноют мышцы. Открыл почту на телефоне.

Письмо от Лины лежало непрочитанным, словно бомба замедленного действия. Каждая секунда промедления казалась вечностью.

И я открыл его.

Это оказались… результаты теста ДНК и объяснение от Лины.

Больше похоже на крик о помощи... Её слова, такие отчаянные, такие искренние, резали сердце острее любого ножа.

Я увидел результаты анализов, кровь мгновенно застыла в жилах, и комната поплыла перед глазами…

Ангелина биологически вообще чужой ребёнок.

Ни Лины. Ни Рината. Ни мой.

— Что за чёрт?!

Кто-то подменил ребёнка.

То, что УЗИ показало мальчика — это была никакая не ошибка...

Невероятная правда обрушилась на меня, как удар молнии.

Наш ребёнок подменён при родах? Это невозможно... Но результаты ДНК — вот доказательства!

Ярость выжгла все остальные чувства. Я словно резко очнулся после комы. Морок рассеялся, и я увидел реальность во всей её ужасающей ясности.

Перечитывая сообщение Лины снова и снова, я осознавал, как рушится мой привычный мир.

Каждое слово било, не щадя. Раскаленный кнутом по голой коже, оставляя глубокие рваные раны.

Я был слепым. Я был глупым. Почему? Всегда осторожен и рассудителен, а тут…

Так невольно и начнёшь верить в магию и колдовство.

В коридоре больнице внезапно стало так душно, как в бане. Я вылетел на улицу, жадно глотая ртом воздух.

Поток свежего ветра ударил в лицо, но не принёс облегчения. Меня колотило, словно в лихорадке. Я стоял, вцепившись в перила, пытаясь собрать разлетевшиеся мысли в кучу. Несколько минут прошли как в тумане.

"Соберись, Демьян," — приказал я себе. — "Какой смысл себя сейчас бичевать? Надо действовать и немедленно."

Немного успокоившись, я вернулся обратно и заглянул в палату...

Лина лежала, такая хрупкая и беззащитная. Я осторожно присел на край кровати, боясь потревожить её сон. Любовался ею, чувствуя, как сердце сжимается от нежности и боли. И осторожно взял её руку в свою.

Её маленькая ладонь утонула в моей грубой руке. Я смотрел на неё, не в силах отвести взгляд. Как много боли я ей причинил... Чувство вины душило меня, не давая вздохнуть. Я сжал её холодные пальцы, чувствуя, как к глазам подступают слёзы.

Рядом в кроватке спала Ангелина. Кем бы она ни была биологически, для меня она будет всегда родной. Я так хочу! Я так решил. Я защищу их обеих!

Я снова посмотрел на Лину. Её лицо было бледным и усталым. Глаза закрыты, а бледно-алые губы чуть приоткрыты. Золотистые локоны разметались по подушке, создавая вокруг её головы сияющий ореол.

Я вспомнил, как впервые увидел её на яхте. Это было как удар молнии, как озарение. Меня пронзило насквозь чувство, которого я никогда раньше не испытывал. В тот момент я уже знал — она особенная, я влип по полной и не смогу отвертеться.

Я пытался бороться с этим чувством, поклявшись себе, что у меня — у Демьяна Власова — никогда не будет серьёзных отношений. Я не верил в любовь.

Но судьба решила иначе. Я постоянно возвращался к ней, не в силах выкинуть её из головы.

А сейчас, прикоснувшись к ней, увидев её снова, я почувствовал, как открылось второе дыхание. Словно пустыня внутри меня вдруг ожила, наполнилась красками и звуками.

— Лина... — прошептал, отмечая, как дрожит голос. — Я совершил большую ошибку... Прости идиота, умоляю. Я люблю тебя больше всего на свете. Я жизнь за тебя отдам…

Я начал целовать её хрупкие пальцы, вкладывая в каждое прикосновение всю свою любовь и раскаяние.

И вдруг её длинные ресницы дрогнули, она приоткрыла глаза.

— Ты очнулась! Маленькая... — выдохнул я, наклоняясь и прижимаясь губами к её щеке.

Внутри всё сжалось, перевернулось, взорвалось. Как я скучал по этим эмоциям! По этой буре чувств, которую испытывал только с ней. И снова меня осенило — я чувствую себя живым, настоящим, только когда прикасаюсь к ней. Во мне разгорается тёплый огонёк человечности, который я почти потерял.

Лина смотрела на меня своими большими, изумительными глазами, и я тонул в их глубине, проклиная себя снова и снова, что хоть на секунду мог в ней усомниться.

— Меня обманули, я доверял отцу... Это он всё подстроил. Я не знал. Я был на эмоциях и послушал его, потому что... он родной человек, самый родной, который всегда был рядом и заботился обо мне.

Она слушала молча и смотрела на меня. В её взгляде я видел боль, недоверие, но и... надежду? Или мне только хотелось это видеть?

Не в силах больше выносить этот взгляд, я опустился на колени перед её кроватью. Взял её руку в свои, и склонил голову, готовый принять любой приговор, который она вынесет.

_____

Листаем дальше! Сегодня сразу две главы ❤️

— Я ублюдок... Я такой ублюдок, Лин, — слова давались с трудом, каждое признание было как смертоносный удар. — Я прочитал твоё сообщение, видел анализы... Я должен был понять сразу, что нас хотят обмануть и ввести в заблуждение. Это был... мой отец. Это всё он подстроил.

Я сделал глубокий вдох, пытаясь собраться с мыслями. Лина молчала, но я чувствовал её взгляд на себе.

— У них с Валерией заговор против нас, они преследуют свои корыстные цели. Они любовники, и Антон не мой сын. Он от отца... — каждое слово жгло язык. — У меня не было ничего с Лерой. Хотя она всячески пыталась меня соблазнить! Но клянусь, я не спал с ней. Всё-таки что-то меня останавливало...

— Где наш ребёнок?! Где наш сын?! — голос Лины дрожал от отчаяния и боли.

Я поднял глаза. Мне было так стыдно, как никогда. Я не мог смотреть ей в глаза… Не мог.

Слёзы текли по её щекам, и я поспешил стереть их, целуя её руки.

— Я переверну весь мир, но, обещаю, я найду его.

— А что будет с Ангелиной?

Сглотнул ком в горле и ответил, не раздумывая:

— Ангелина наша. Она останется с нами. В любом случае!

Больше не могу сдерживаться! Хочу чувствовать её… Хочу прижать и целовать. Долго. Очень долго. Всю жизнь.

Притянул резко Лину к себе, обнимая и зарываясь лицом в её волосы. Её запах, такой родной и любимый, окутал меня, принося одновременно боль и утешение.

— Ты нужна мне, любимая... Я никто без тебя... Я так испугался за тебя, когда увидел эту мразь... Рината! Я был ничтожеством, но я сделаю всё, всё, что захочешь, чтобы исправиться... Только скажи... Скажи, что мне сделать???

Внезапно я почувствовал, как руки Лины ложатся на мою спину. Слабо, но так горячо стало от этого прикосновения. Она прижалась ко мне в ответ, и в этот момент я понял — мне больше ничего не нужно. Только бы её вернуть.