— А ты разве сейчас не такая?

Я смотрю на него прожигающим взглядом.

— Обещаю-обещаю, даже если ты будешь каждое утро вот так кривить лицо.

— Ну ты сам нарываешься, — говорю я и кусаю его за руку.

— Я подарил тебе кольцо, угомонись, женщина, — пытается убрать своё запястье от моих зубов. После долгого сопротивления сковывает меня в объятиях и шепчет на ухо вкрадчиво:

— Касси, я так тебя люблю, выходи за меня замуж. Обещаю, что буду любить тебя всегда. Я знаю, ты меня тоже любишь. Я не хочу просыпаться с кем-то другим, ты моя девочка, самая любимая.

На глаза навернулись слезы, и я задрала голову, чтобы посмотреть на Реена.

— Ты долго молчишь, — говорит недовольно. Правильно, мне уже не двадцать лет, меня к такой пламенной речи надо заранее готовить, а то вот такой ступор поймаю. Он взял меня пальцами за щеки и, как делают маленьким детям, надавил, говоря за меня приторным писклявым голоском:

— Я согласна, Реен, я так согласна, что аж потеряла дар речи.

— Я согласна, — подтверждаю его слова, когда он убирает руку.

Конец.