А за спиной у скучающей продавщицы, на полке, сиротливо лежала единственная буханка свежего хлеба. И судя по одуряющему запаху, заполнявшему магазин, совсем свежего.

Рот сразу наполнился слюной, несмотря на то, что я совсем недавно завтракал, и с тоской оглядев полку, я только вздохнул. Было бы их две, прямо сейчас бы одну сожрал, как в юности, под кефирчик…

— Эх! — Вслух вздохнул я, нервно сглатывая слюну.

— Что? — неохотно оторвалась от чтения женщина за прилавком — Мужчина, что вы хотели?

— Что я хотел бы, у вас нет… — Хмыкнул я, и указав на почти пустую полку, попросил — Хлеб пожалуйста!

А потом, расплатившись, быстро вынырнул из заполненного запахом закончившейся выпечки магазина. Пока не соблазнился и не плюнул на свои планы, сожрав буханку в одно лицо.

К лесу шел медленно, обдумывая то что хотел сделать, и как всегда сомневаясь в правильности решения. Но, как бы то ни было, а делать что-то нужно было, раз уж нам в этой деревне несколько недель торчать. Ну или, как минимум, до конца отпуска. А потому…

Остановившись на опушке, я закурил, задумчиво поглядывая на лес. А тот, спокойно жил своей жизнью, не показывая, каким негостеприимным он может быть. Напротив. Радостно щебетали птицы о чем-то своем, шуршала листва под порывами легкого ветерка… Идиллия, блин…

Не знаю, сколько я так стоял, любуясь на красоту утреннего леса, но в какой-то момент, встряхнулся, и наконец, зашуршал пакетом, доставая оттуда свежую буханку хлеба. А потом, подумав немного, вздохнул и положил на землю пистолет. И решительно шагнул вперед, в тень леса, к одиноко торчащему пеньку за опушкой.

— Вот, хозяин леса. — Вежливо проговорил я, кладя буханку хлеба на пенек — прими со всем уважением!

И шагнув назад, поклонился, переборов себя.

Какое-то время ничего не происходило, и я все больше чувствовал всю глупость ситуации. Приперся, разговариваю непонятно с кем… Хлеб вон, по сути, просто выбросил… Но усилием воли, погасил в себе эти мысли, постаравшись расслабиться. В любом случае, хуже не будет. Да и что я теряю, кроме самолюбия? Да и того у меня с запасом хватит, так что не страшно.

Лисица появилась словно из ниоткуда. Вот только что ее не было, а вот она уже стоит, замерев под деревьями, готовая в любой момент отпрыгнуть, и исчезнуть обратно, скрывшись под сенью леса.

Замер и я, стараясь даже дышать как можно реже. И уж конечно не шевелиться. Так мы и стояли напротив друг друга, пока лиса не отважилась сделать первый шаг в мою сторону.

Пальцы сами собой дернулись, но больше я никак своего волнения не выдал. Да и смысла не было, пистолет остался где-то позади.

Но и зверек был не похож на своего больного собрата. В этот раз лесс направил ко мне довольно красивого парламентера. Даже летний мех зверька переливался на солнце и лоснился. Да и морда была скорее симпатичная. Нисколько не похожая на того бешенного лиса.

И потому, я молча стоял и смотрел. А лисица, между тем, медленно шла вперед, пока не оказалась рядом с моим подношением. И поглядев мне прямо в глаза, лиса, казалось, усмехнулась, а потом шустро схватила хлеб, и быстро удалилась обратно в заросли, ни разу не оглянувшись.

— Ну и ладненько! — Выдохнул я, уверенный, что все получилось. А потом, развернувшись, также не оглядываясь, вышел из леса. Туда, где осталось оружие, прикрытое пакетом, чтобы не бросалось в глаза.

Домой вернулся совсем уже уставший, но вполне довольный собой. И практически сразу уснул, едва голова коснулась подушки. Однако отдых мне предоставлять никто не собирался. Что логично, раз уж я настроился на исправление своих ошибок.

— Ты собираешься что-то делать или нет? — еще до того, как я осознал, что сплю, послышался голос Никифора, и на кровати появился местный домовой.

— Так они делают! — привычно возразил ему Фома, занимая свое место напротив оппонента, по другую сторону от меня.

— Мужики, вы прямо как черт и ангел, сидящие на плечах! — Не выдержав, буркнул я, и расхохотался, глядя как удивленно переглянулись домовые, явно не ожидавшие такого сравнения.

— Да ты! — Возмущенно фыркнул наконец Никофор, когда к нему вернулся дар речи — А ты вообще, знаешь кто?

— Успокойся, лапоть! — Снисходительно проворчал в ответ Фома, хотя сам украдкой и показал мне кулак, но так, чтобы второй домовой не видел — Это же распространенное клише! Обычный, художественный прием, а вовсе не оскорбление… В фильмах часто встречается. Хотя, о чем это я? Ты ж небось про телевизор и не слышал ни разу, а я тут тебе о высоком…

— Сам ты клише! — Сверкнул глазами Никифор, и насупившись, заозирался, явно прикидывая, чем бы кинуть в обидчика.

— Вот так и появляется полтергейст… — Глубокомысленно заявил я, сгоняя с лица ухмылку — Предметы сами по себе по комнате летают, да?

— Да что бы мы… — Снова вскинулся Никифор, и оскорбленно замолк, уставившись в стенку.

— Ну не хотел я никого обидеть! — Поняв, что если так дальше пойдет, то я ничего нового не узнаю, поспешил добавить я — Вот честное слово! Ну хочешь я тебе телевизор здесь поставлю?

— Вот еще! — Хором воскликнули оба домовых.

— А?

— Этому дармоеду еще и телевизор? — Взмахнул руками Фома — Серьезно? Да он же даже как включать не поймет! Тупой как пробка! Лучше нам в дом интернет пошустрее подключи! И монитор новый!

— Это я то не пойму? — Взвился Никифор — Да я, между прочим…

— Ой, блин… — Схватившись за голову, промычал я, и послушав некоторое время новый виток споров, резко хлопнул по кровати рукой — Так, все! Или давайте по делу, или оба валите на фиг из моего сна! Вам что, поругаться больше негде?

— Ну по делу, так по делу! — Почти мгновенно переключился с Фомы на меня Никифор — Вы что, ироды, ничего не делаете? Да мы, между прочим…

— Так делают же! — Перебил вечного оппонента Фома — Людей спасают, хотя я давно говорил, надо им бежать отсюда! Не готовы они еще!

— Не делают! — Упрямо качнул головой Никифор — Могли бы принять силу, и все закончить! Раз уж сами начали.

— Я? — Округлил я глаза в удивлении.

— Девка твоя! — Фыркнул Никифор — Тебе то уже некуда, ты теперь итак к нам ближе чем думаешь.

— Это как? — Озадачился было я.

— Алену не трогай! — Сбивая меня с мысли, завопил Фома — Да я, между прочим, ее как берегиню учу!

— А у нас тут, между прочим, последняя знахарка ушла за кромку! — Возразил домовой — А без знахарки невместно!

— Чего? — не понял я — Где неуместно? Почему?

— Ой, да не обращай ты внимания! — Отмахнулся Фома, привлекая мое внимание — Он просто устарел!

— По укладу невместно! — Насупившись повторил Никифор — Должна быть знахарка, и все тут!

— Да у вас тут людей-то нет ничего! — Не сдавался Фома — Вот у нас там, в тысячу раз больше! И вот нам как раз без берегини никак! Кто этих людей от зла хранить будет? А у вас, между прочим, всего в тридцати верстах больница есть, я специально смотрел!

— Эй, а у самой Алены спросил кто-нибудь? — Возмутился я — Тогда уж пусть она сама выбирает!

— Да кто бы у девки молодой спрашивал? — Округлил глаза в удивлении Никифор, и переспросил, глядя как довольно усмехнулся Фома — Что?

— Ничего! — Хлопнул в ладоши тот, и подмигнув мне, кивнул — Я же говорю, лапоть! Ну что, Владимир, немного осталось. Седьмицы две, три, и сила совсем пропадет. Вы уж продержитесь!

— Погоди, стой! — перебил я домового, демонстративно не обращая больше внимания на Никифора — А если силу принять, то все закончится, да?

— Для тебя да. — Устало вздохнул Фома — Твоя дорога между людьми и духами идет. А Аленкина в этом случае окончательно в людскую сторону повернет. Разойдетесь вы.

— Да с чего бы это? — Удивился я — Вот еще, из-за таких глупостей…