— Конечно, — говорит она, глядя на меня воспаленными, блестящими глазами — в уголках глаз посверкивают, не падая, слезы. — Но что мы будем делать? На что мы будем жить?

Когда я наклоняюсь к ней, она размыкает губы, и мы нежно целуемся, обнимая друг друга, прервав разговор.

Я шепчу:

— Не волнуйся, ладно? Твоя мама поможет нам на первых порах, а потом мы оба устроимся на работу. И я расплачусь с твоей мамой как только закончу вторую часть книги. Правда. Передай ей, что я это гарантирую. А в свободное время мы будем гулять по городу, ходить на концерты, в кино, на выставки — не будем забывать и про собрания по «12 шагам» — мы снова станем жить полной жизнью, понимаешь — вместе — любя друг друга.

Мы снова целуемся и я чувствую ее слезы на своем лице.

— Но ты же даже не веришь в эффективность «12 шагов», — полузадушенно шепчет она.

Мы вместе смеемся над этим.

— Ну, мне нравятся участники программы, пускай в изучении ее самой углубляться и не хочется. Я хочу сказать, что это же так здорово: мы можем поехать в любой штат и зависнуть там с классными ребятами, которые занимаются тем же, что и мы — по крайней мере все они больше склонны к самокопанию, чем обычные люди, которым до программы дела нет. Поверь мне, Сью Эллен, тебе там точно понравится. Это потрясающий город, и когда ты находишься там, то чувствуешь… даже не знаю… что можешь наконец вдохнуть полной грудью, вроде того. Сама увидишь. Это будет так замечательно — жить вместе, только ты и я.

Я снова целую ее — перекатываюсь на спину — она седлает меня, прижимаясь ко мне всем своим телом. Мы все целуемся и целуемся, прикасаемся друг к другу и шепчем слова любви.

Наступает вечер — серое сменяется черным.

Я знаю, что в центральном здании, наверное, уже накрывают к ужину, но мы решили задержаться на улице подольше.

От поцелуев по телу пробегает приятная дрожь — возникает смутная приятная пульсация в крови, слегка напоминающая кайф от дозы, но не такая и даже близко не похожая на него. И все же это лучше, чем совсем ничего.

— Нам пора идти, — шепчет Сью Эллен мне на ухо.

Я согласно киваю, и она поднимается на ноги.

Именно в этот момент в глаза мне ударяет яркий луч света из фонарика, но кто, блять, знает, как долго она там стояла и караулила? Она обращается конкретно ко мне, выкрикивает мое имя с сильным акцентом. Мэриан — проклятая троллиха.

— Неееек, мальшик мой, што здесь происходить?

Она убирает фонарик и теперь я вижу как она покачивает своей луковицеобразной головой, туда-сюда, туда-сюда. Я пытаюсь выровнять дыхание, хотя сердце у меня бьется так быстро, что, кажется, недалеко и до сердечного приступа.

— Вы сами знаете что, — говорю я, молясь всем богам, чтобы голос не дрогнул и не выдал мой ужас.

Мэриан продолжает качать головой, а помимо этого еще и осуждающе языком цокает.

— Штош, йа очень сожалеть, што это произошло. Я кашдый день устраиваю обход территорийа в это время.

Я выдавливаю из себя смешок.

— Ну, очевидно, что мы об этом не знали. Мы крупно облажались, да?

Она медленно кивает.

— Ах, Неееек, какой же ты глупый. Зачем ты сделать это? Почему?

Я наконец встаю на ноги.

— Мы любим друг друга, — говорю я ей.

Она заливается смехом.

— Ну, как знать, может вы и будете ошень счастливы вместе. Это может пойти вам обоим на пользу. Или все кончится ошень плохо. Йа, йа, как вы сказать, вы крупно облажаться. Нек, ты должен пойти в офис к Мелани. Сью Эллен, а ты иди со мной.

Я протягиваю руку, желая сжать руку Сью Эллен, но она быстро отстраняется — горбится — заливается слезами. Она медленно подходит к Мэриан, словно будучи в трансе. И я наблюдаю за тем, как они вместе удаляются прочь. Даже тень Сью Эллен кажется съежившейся, поверженной. Мой живот пронзает острая боль, ощущения такие, словно я наглотался битого стекла и запил осколки антифризом.

Я впервые мысленно признаю, что, возможно, совершил огромную ошибку, связавшись со Сью Эллен. Я снова и снова спрашиваю себя, не навредил ли ей больше, чем помог — не лишил ли ее шанса на излечение в этом чертовом Safe Passage Center.

В чем я точно уверен, так это в том, что все наши с ней планы пошли прахом. У нас был шанс, но мы его просрали. А еще я точно знаю, что теперь обязан оставаться с ней, что бы ни случилось.

В смысле, это ведь моя вина.

Пока я иду к главному зданию, руки ужасно дрожат.

Я столько всего в жизни успел испортить.

Но в этот раз я постараюсь сделать все правильно.

Точнее, я должен сделать все правильно, у меня нет другого выбора.

Глава одиннадцатая

Разумеется, Мелани уже тут. Вместе с Мэриан и этим мерзковатым наставником по имени Мэтью. А еще Шошана, тоже наставница, которая по сути является копией Мелани, только с другим лицом. Они называют нашу встречу «круглым столом», и я не сомневаюсь, что серьезно влип, раз уж они даже с главой центра связались, чтобы она тоже послушала, как я буду выкручиваться.

Но говорит за всех все равно Мелани.

— Дело в том, — произносит она, и лицо ее багровеет, почти что фиолетовым делается, — что ты предал доверие всего нашего сообщества. Сознательно или нет, но ты все равно, что плюнул в лицо каждому человеку, пытавшемуся тебе помочь. Сказать, что я разочарована — это ничего не сказать. Ты оскорбил лично меня, Ник, это правда. Очевидно, что ты абсолютно меня не уважаешь. Тут налицо признаки пограничного расстройства личности — пограничного расстройства с социопатическими наклонностями. Ты в большой беде, дружок. Если ты не получишь необходимую помощь, то, скорее всего, умрешь месяца через три.

Я наблюдаю за секундной стрелкой на циферблате настенных часов.

— Эй, Ник, прием! — Мелани практически орет на меня, щелкает пальцами прямо перед моим лицом, вызывая острое желание переломать их. В смысле, черт возьми, даже если я слегка отвлекся, это не повод так себя вести.

— Что? — я отклоняюсь назад, сжав зубы и кулаки.

— Что? Что?! Что?! — она откидывается на спинку кресла и улыбается. Твою же мать. Что же это, блять, такое. — Не нужно защищаться, Ник. Мы хотим помочь тебе. Нам пришлось постараться, чтобы найти для тебя другую лечебную программу. И, похоже, мы отыскали идеальный вариант. К твоему сведению, я уже связалась с главой этого центра и пересказала ему твою историю по всех деталях. Он согласился, что ты — идеальный кандидат для участия в их программе. И, к счастью, у них как раз есть одно свободное место, так что ты сможешь отправиться туда завтра же. Я переговорила с твоим отцом, и он всецело поддерживает эту идею. По правде говоря, он не собирается общаться с тобой до тех пор, пока не окажешься там.

У меня внезапно перехватывает дыхание. В висках стучит — гудящие голоса кажутся назойливым шумом где-то в отдалении.

— Ч-что еще за программа? — спрашиваю я с запинкой.

— Речь идет про общежитие для завязавших, где живут одни мужчины, это именно то, что тебе необходимо. Днем у них проводятся различные групповые занятия, а через тридцать дней тебе необходимо будет устроиться на работу в местном городке — в некоем местечке под названием Галлап. Штат Нью-Мексико, в часе езды от Альбукерке. Город находится в центре пустыни, так что ты там будешь в полной изоляции и в безопасности. Само собой, они велят тебе посещать собрания «12 шагов» и подберут наставника, который будет помогать тебе в их изучении. У тебя будет много новых обязанностей, а также ограничений касательно писательства, рисования и игры на гитаре — что тоже необходимо для твоего выздоровления. Но, как я уже сказала, важнее всего то, что жить ты будешь с одними мужчинами, так что избавишься от своей любовной и сексуальной зависимости. И, поскольку данная лечебная программа рассчитана на год, приготовься к тому, что тебе предстоит длительный период воздержания. — Она делает паузу, видимо, для пущего драматизма и чтобы дать мне возможность вступить с мольбами.