<i>Ник, если ты там, блядь, помер, я тебя прибью. Позвони мне СРАЗУ ЖЕ, как проснешься. Родители уезжают завтра около часа, так что после этого можешь перевозить сюда свои вещи. Черт, надеюсь, ты не умер. ПОЗВОНИ МНЕ. Лорен.

</i>

Я отхожу от дома Лорен на приличное расстояние и только потом набираю ее номер. Она отвечает шепотом, как будто ей сейчас неудобно разговаривать. На небе ни облачка, но со стороны Сан-Франциско дует сильный ветер, и волосы лезут мне в глаза.

— Ник, это ты?

— Ага.

— Господи, какого хрена с тобой вчера случилось?

— Да ничего. Понимаешь, я услышал, как твой отец в дверь стучит, и спрятался в ванной. Похоже, я там переборщил с дозой, вот и отрубился. Никто не слышал, как я упал?

— Ты вообще о чем?

— О том моменте, когда твой отец спустился вниз.

— Ник, такого не было.

— Но я же слышал. Слышал, как ты с ним разговаривала.

— Э, нет, не мог ты такого слышать.

— Блять.

— Ник, никогда больше так не делай, ясно?

— Да, извини.

— Придешь вечером?

— Конечно.

— А у тебя есть еще… ну ты понял?

— Ага.

— Отлично, тогда позвони мне попозже.

Я отключаюсь.

Гэк звонит мне примерно в полшестого. Большую часть дня я просто блуждаю по улицам, уставившись себе под ноги — высматриваю деньги, сигареты и всякие другие штуки, которые кто-нибудь мог обронить. Как-то раз я нашел черную кожаную барсетку с полным комплектом парикмахерских принадлежностей, пятью чеками и почти парой сотен баксов налички. Вот просто так нашел. Я находил пачки с сигаретами и пакеты с остатками еды. Даже пакетики с травой и коксом иногда попадались. Сегодня, однако, мне на пути не встречается ничего, кроме ненужной стереосистемы Aiwa.

Вообще-то я вижу еще и доверху переполненный пакет, привязанный к ручке чьей-то входной двери. Я голодный, а пакет на вид вроде похож на доставленную еду. Я быстрым шагом прохожу мимо, разворачиваюсь, хватаю его и убегаю. Свернув за угол, я вскрываю пакет, надеясь найти там китайскую еду, или тайскую лапшу, да хоть что-нибудь съестное.

В пакете собачье дерьмо. Целая куча дерьма. Я отшвыриваю его в сторону, а желудок уже тошнотворно сжимается из-за запаха.

Но, как я упоминал ранее, в полшестого звонит Гэк, и он сообщает, что, кажется, нашел для нас поставщика. По телефону он подробности рассказывать не хочет, так что мы договариваемся встретиться на Тендерлойн около восьми.

Еще Гэк говорит, что нужно принести триста баксов.

— Триста? — повторяю я. — Не больше?

— Пока что хватит.

Я снимаю деньги со своего счета. У меня остается немногим больше двух тысяч, но именно что немногим. Ноги болят после целого дня ходьбы, и когда я осматриваю подошвы своих кроссовок от Jack Purcell, то замечаю на подметке одной из них дырку, начинающую прорываться через пятку. Тем не менее, я иду дальше, зная, что перестану чувствовать боль, как только снова закинусь. Это и к горлу относится. Когда наркотическая эйфория немного отпускает, я понимаю, что заболел. Горло саднит, а нос забит соплями. Наверное, я где-то простыл. Но мет и об этом позаботится.

Темнеет. Небо окрашивается в желто-серо-анемичный цвет из-за городских огней. Тендерлойн ночью — настоящее хоррор-шоу. На каждом шагу к тебе пристают с просьбами подать немножко мелочи или предлагают наркотики и секс. Мужчины и женщины блуждают по улицам и аллеям, гонимые безжалостной нуждой. Наркоманы рыщут в поисках дозы, дилеры высматривают покупателей — каждый по-своему пытается утолить жажду, которая  не может быть утолена.

Гэк курит сигарету перед закусочной Carl's Jr. и слушает музыку через наушники. Одет он так же, как и всегда.

— Ну как дела, чувак? — спрашивает он, обмениваясь со мной подобием рукопожатия. Взгляд у него блуждает туда-сюда.

— Это ты мне скажи.

Он ускоряет шаг, и я следую за ним.

— Короче. Есть один парень, его зовут Джо. Джо только откинулся и собирается валить куда-то далеко на Юг — в Джорджию или еще в какую жопу мира. Джо тут всех в округе знает, сказал, что может нас свести с поставщиками, чтобы мы могли брать товар прямо у них. Он нам типа эстафету передает, сечешь?

— Круто.

— Так что мы этих поставщиков испытаем. На триста баксов купим у них действительно годной наркоты. Поделим на дозы и продадим. Где-то половину оставим для себя.

— И ты этому Джо доверяешь?

— А то! Я его, блять, целую вечность знаю.

— Окей, тогда в этом я на тебя положусь.

— Идет.

Я не особо слежу за дорогой и сам не замечаю, как мы оказываемся в переулке, где мигает один-единственный тусклый фонарь. Мы останавливаемся перед ржавыми железными воротами, перекрывающими путь к многоэтажке. Гэк жмет на кнопку, говорит:

— Йо, это я, Гэк.

И нас пропускают.

В холле здания тесно, пахнет мочой и плесенью. Ковер на полу прожженный, облезлый, запачканный. Стены местами корявые, из-за чего создается ощущение, что мы раскачиваемся, как на корабле. Я прислоняюсь к грязно-коричневым перилам. В десяти метрах от нас распахивается дверь. В коридор выходит длинноволосый мужчина с черными густыми бровями, похожий на персидца.

— Он здесь, — говорит мужчина.

Мы следуем за ним в комнату. По размеру она не больше крохотной кухни. В комнате нет ничего, кроме кровати и телевизора, по которому идет порно-фильм. Толстяк (лет примерно пятидесяти пяти, с редеющими волосами) вдыхает дым через длинную стеклянную трубку. Он громко выдыхает и переводит взгляд на нас. Отодвигается в дальний угол кровати, прислоняется спиной к стене.

— Давно не виделись, Гэк.

— Ага, с возвращением. Знакомься, это Ник.

Джо протягивает мне руку, и я ее пожимаю.

Глаза у него тусклые, остекленевшие. Мясистые щеки прикрывает неряшливая борода. Губы толстые и влажные. Он передает мне трубку, я беру ее и делаю затяжку, даже не вытерев перед этим, хоть и очень хочется.

— Ну так что, Ник, — говорит Джо, чей голос подрагивает из-за воздействия наркотиков, — ты что же, решил заняться продажей этого дерьма?

Кивнув, я усаживаюсь на пол рядом с мужчиной-персом. Гэк садится на кровать рядом с Джо.

— Мы с Гэком будем работать вместе, — поясняю я.

— Все нормально, чувак, но я бы на твоем месте поосторожнее. Ну да ладно, давай сразу к делу. Телефон не одолжишь?

Я передаю ему свой мобильный, и он делает несколько звонков. Краем уха я прислушиваюсь к его разговорам, пока мы с Гэком передаем друг другу трубку. Мужчина-перс не произносит ни слова и предложенную мной трубку брать не желает.

— Ну вот, через полчаса сюда кое-кто подъедет. И с этими ребятами вам точно стоит сотрудничать. Гэк, блин, ты слушаешь?

Гэк возится с портативном CD-плеером, ковыряется в его внутренностях какой-то своей универсальной отмычкой. Он ненадолго поднимает голову.

— Давайте-ка начистоту. Прежде чем я передам вам, парни, свои контакты, вы должны кое-что уяснить. Гэк, у тебя котелок всегда хорошо варил. А что до тебя, Ник, то Гэк за тебя поручился, значит, ты нормальный пацан.

Следующие двадцать минут он распинается о том, что ни в коем случае нельзя позволить кому-то себя обдурить. Суть такова: самое важное всегда — деньги. Никогда никому не доверяй. Никому ничего не делай бесплатно. Это бизнес. Не сентиментальничай. Не бери других в долю. Сперва продавай дурь небольшими дозами, а когда клиенты крепко подсядут, снова урежь порции. Всегда имей при себе оружие. Лучше всего что-нибудь неприметное, типа скейтборда или барабанных палочек. Гэк делает попытку поспорить с ним, настаивает, что лучше торговать честно, если рассчитываешь на длительный успех. Джо категорически не согласен. Он напирает на преимущества хладнокровно-безжалостного подхода к делу. Я же просто слушаю и, стараясь завоевать его расположение, киваю, как будто действительно все понимаю.

Звенит дверной звонок и в здание заходят двое крупных мужчин. Один из них белый, другой похож на латиноса. В комнатку столько народу набилось, что я начинаю потеть. Знакомство много времени не занимает. Джо представляет Гэка как своего преемника, они пожимают ему руку, дают номер телефона, и на этом все заканчивается. Я отдаю им триста долларов за кусок мета размером с мяч для гольфа. Мет выглядит качественным, чистым. После этого мужчины уходят, и в комнате остаемся только мы с Гэком, Джо да мужчина-перс, который и трёх слов за весь вечер не проронил. Я передаю Гэку мет вместе с чистыми шприцами и прошу его сделать нам пару доз, чтобы проверить товар. Пока Гэк занят приготовлениями, Джо пристает ко мне с расспросами. Я рассказываю (возможно, с излишней откровенностью) свою историю, упоминаю про деньги, которые собираюсь вложить в бизнес. Пока я говорю, он все пытается поймать мой взгляд, и я вынужден продолжать пялиться в пол.