А теперь уже Лили могла часами работать под палящим солнцем, с руками перемазанными землей и  пространство вокруг неё день за днём преображалось. Работая руками, она всё сильнее чувствовала близость к отцу, часто просыпаясь на рассвете, чтобы вырвать сорняки или начать сажать цветы и овощи.

Лили любила бывать на улице днём, впитывать свет солнца. А вот по ночам она начинала видеть тени, которых на самом деле не было и слышать звуки, которых не существовало. Она знала, что это иррационально. Её похитили среди бела дня, но годы проведенные во тьме оставили свой след.

В один из прекрасных весенних дней Лили решила остаться дома, пока Эбби, мама и Скай поехали в Филадельфию за покупками. Она твёрдо вознамерилась посадить оставшиеся луковицы тюльпанов и поэтому с легким сердцем отпустила близких одних.

Было почти шесть вечера, когда ей позвонила Эбби.

— Лилипад, на шоссе страшная пробка. Мы будем тащиться ещё как минимум  час. Или даже два.

Лили пыталась бороться с подступающей паникой, глядя на садящееся солнце.

— Хорошо. Спасибо, что предупредила.

— С тобой точно все будет в порядке? — спросила Эбби.

Лили никому не рассказывала об этой иррациональной боязни темноты, даже Эбби. Учитывая всё, через что она прошла, это казалось чем-то пустяковым.

— Само собой, Эбс. Веди осторожно и передай Скай, что мама её любит и ждет.

Лили повесила трубку и вернулась к работе. Её руки копались в земле, но они дрожали, дыхание вырывалось короткими толчками. Она чувствовала, как паника нарастает, и то и дело поглядывала на улицу, боясь, что Рик или какое-то другое неизвестное зло именно сегодня решит снова отнять у неё всё.

Она больше не могла это выносить. Лили схватила телефон и набрала знакомый номер.

— Уэс, это Лили. Я понимаю, что это прозвучит глупо, но уже темнеет, а мама, Скай и Эбби застряли в пробке, и я… я не могу оставаться одна. Я просто подумала…

Она даже не закончила предложение.

— Я почти разобрался с работой на сегодня. Буду через десять минут.

Она знала, что он приедет. Он был готов на всё ради Эбби, а значит, и ради неё.

Уэс появился ровно через десять минут, всё ещё в пальто и с галстуком на шее. Лили уже знала, что у Уэса свой бизнес, связанный с недвижимостью — он покупал и перепродавал подержанные дома.

Он снял галстук и пиджак, закатал рукава рубашки и хлопнул в ладоши, указывая на оставшиеся луковицы, которые нужно было посадить

.— Давай, не заставляй меня чувствовать себя бесполезным, — сказал Уэс.

— На сегодня уже хватит. Я доделаю завтра.

— Ни за что. мы и сегодня со всем справимся.

Он взял луковицу тюльпана, бережно держа её на ладони. Лили показала, в каком порядке она хочет посадить цветы, и он послушно следовал её указаниям, аккуратно высаживая тюльпаны длинными рядами. Он был спокоен, сосредоточенно хмурил брови во время работы. Лили закончила свою часть и села на корточки рядом с ним. Он повернулся и поймал её взгляд.

— Что такое? Я что-то делаю не так?

Не давая себе времени на раздумья, Лили протянула руку и стёрла грязь с его щеки. Уэс посмотрел на неё в ответ, и Лили наклонилась вперёд, затаив дыхание, когда их губы встретились. Поцелуй поначалу был целомудренным, но губы Уэса оказались такими нежными и тёплыми... Она придвинулась ближе. Не могла поверить в происходящее. Его запах и вкус его губ ничуть не изменились за прошедшие годы. Он наверняка подумал о том же. Он встал и притянул её к себе. Лили прижалась к нему всем телом. Она хотела его. Никогда и никого она не хотела сильнее, чем Уэса сейчас.

— Я люблю тебя. Я до сих пор люблю тебя.

Уэс резко отстранился, словно она его ударила. Лили поняла, что должна всё исправить. Она должна заставить его увидеть, что она — та, кто ему нужен. Что так было всегда.

— Проси что угодно, я сделаю все, что ты захочешь. Пожалуйста, Уэс, я на все согласна, — в голосе Лили зазвучало отчаяние, она потянулась к ремню на его брюках. Он резко оттолкнул её.

— Нет, Лили, Господи, нет. Не надо!

Она съёжилась, прикрывая лицо рукой, чтобы защититься от его возможного удара.

Уэс отшатнулся, потрясённый.

— Я не… Господи, Лили, я бы никогда тебя не ударил. Ты же знаешь. Но я не могу… Мы не можем…

Лили услышала в его голосе жалость и осуждение.

  Что она наделала? Что с ней не так?

Мысли о той ночи в больнице нахлынули с новой силой. Лили в ужасе пошатнулась и чуть не упала в грязь.

Уэс протянул руку, чтобы поддержать её, но она оттолкнула его.

— Мне не верится… Мне не следовало… Я просто хотела вспомнить, каково это. Как это могло быть.

— Лили. Я понимаю.

Ничего он не понимал. Лили больше не хотела слушать его. Она протиснулась мимо него и убежала наверх. Она оставалась в своей комнате, пока не убедилась, что Уэс уехал, а потом написала доктору Амари с просьбой о срочной встрече.

Час спустя Лили сидела напротив врача и сбивчиво рассказывала о том, что произошло. Закончив, она тяжело вздохнула.

— Я ужасный человек.

Доктор Амари откинулась на спинку кресла, цепко глядя на неё.

— Почему ты так считаешь? — спросила доктор Амари.

— Я поцеловала Уэса.

— И что в этом ужасного?

В её голосе не было ни капли осуждения.

— Он принадлежит Эбби. У неё будет ребенок от него.

— Это правда. Тогда зачем же ты его поцеловала?

Лили глубоко вдохнула и наконец отважилась признаться:

— Я думаю о нём всё время. Когда он на нашей кухне и наливает Эбби воду, я хочу, чтобы он наливал её мне. Когда Скай сидит у него на коленях, а он ей читает ей сказку, я думаю: «Хотела бы я, чтобы он читал нашей дочери. Хотела бы я, чтобы мы были одной семьёй».

— Но он не твой. И вы не семья.

— Я знаю.

— И что ты чувствуешь в в связи с этим?

— Чувствую себя ужасным человеком. Он был так добр ко мне и к Скай. Но мне понравилось его целовать. Я хотела его. Но он теперь встречается с Эбби. У них будет ребёнок. И…

— И ты совершила ошибку. Ты человек. Ты обычный человек, который имеет право на ошибку.

— Нет. Нет, дело не в этом.

— А в чём тогда, Лили?

— В Рике. Он сделал меня такой. Превратил в человека, который берёт то, что хочет, не думая о боли, которую причиняет другим.

— Ты действительно так считаешь? Почему?

— Не надо. Пожалуйста, не надо.

 — Не надо чего, Лили? Мы все знаем, что Рик Хэнсон — отвратительный, порочный человек. Ты никогда не сможешь стать такой, как он. Знаешь почему? Потому что твоя дочь — замечательный ребёнок, а ты — чудесная молодая женщина.

Сердце Лили сжалось от боли. Она встала, боясь, что сорвётся, если останется сидеть.

— Разве вы не поняли, что я собиралась соблазнить Уэса? Я думаю об этом, о том, что я могла бы сделать, что позволила бы ему делать со мной. Всё, что он захочет, лишь бы он полюбил меня. Не её. Но она моя сестра…

— А Уэс был твоей первой любовью.

— Это не имеет значения.

— Это имеет огромное значение, Лили. Как иначе? Ты была ребёнком. Беспомощным ребёнком. И Рик Хэнсон забрал всё у тебя. Он украл твою невинность, годы с семьёй и даже твою возможную совместную жизнь с Уэсом. Но, Лили, если бы ты была такой же как Рик, ты бы сейчас не сидела в моём кабинете и не говорила о том, какая ты плохая. Ты бы уже была в постели с Уэсом или строила планы как побыстрее его увести. Ты не такая, как Рик, Лили, и что бы ты ни сделала, всё равно не превратишься в него. Я сейчас упрощаю, но это правда. Хорошие люди принимают плохие решения.  Это происходит постоянно. Ошибки не делают тебя социопатом; они делают тебя человеком. Послушай меня: ты не такая, как он. Ты никогда не сможешь быть такой, как он.