Аж дрожь по телу проходит от такой перспективы, и я пытаюсь взять себя в руки.

На офисной парковке мы со свекровью расходимся.

Перед этим она сто раз спрашивает, не хочу ли я, чтобы она поехала со мной. Потом предлагает сварить мне бульон, как будто я заболела, ей-богу. В итоге я убеждаю ее, что буду в порядке, и мы разъезжаемся.

Дома меня ожидаемо накрывает.

Я сразу онлайн подаю запрос на расторжение брака. Чего тянуть, если все уже случилось?

Захожу на наш со Стасом общий счет, на который откладывали на ремонт. Он по копейке, я - тысячами. Быстро перевожу себе все накопления и закрываю счет. Пусть сосет лапу со своей акнешницей.

Принимаю ванну, наливаю себе огромную чашку чая и устраиваюсь на диване, приготовившись страдать.

И тут звонит мой телефон.

Муж.

Я пару минут глазею на его фотографию на заставке и зачем-то решаю ответить.

- Ты решила меня без гроша оставить? - ревет Стасик в трубку. Прямо мед для моих ушей, когда муж в панике. - Там были не только твои деньги!

- Считай, что это компенсация за испорченные годы брака.

- А на что, по-твоему, я должен жить?

- А пусть твоя Никуша - или как ты там ее назвал - заработает.

- Никуша студентка! - орет он.

Прямо представляю, как он багровеет, а на лбу выступают толстые вены.

- Ну что ж, вспомнишь, каково это - жить без гроша.

Отбиваю звонок и сразу блокирую уже почти бывшего.

Как же противно!

Позвонил жене требовать денег на любовницу. Да разве ж это мужик? И как я с этим недоразумением протянула столько?

Пойти, что ли, еще раз помыться?

Нет, надо поплакать.

Я не сожалею о том, что узнала о любовнице мужа. Сожалею только о потраченном времени.

Но теперь я рада, что у нас нет детей. Куда с таким рожать?

Ой, а как пел! То нам на ноги надо встать, то жилье приобрести, то заработок повысить. В общем, не до детей было. А теперь понимаю, что тянул время, потому что не может такой недомужик быть отцом.

Хорошенечко прорыдавшись и наконец похоронив свой брак на дне чашки с чаем, включаю сериал. Почти не смотрю. Скорее медленно моргаю, потому что от переизбытка эмоций и впечатлений меня просто выключает.

Просыпаюсь от резкого звука.

Сажусь на кровати и не могу понять, откуда он исходит.

Потом хватаю с прикроватного столика разрывающийся телефон и прикладываю его к уху.

- Да, Оль? - отвечаю на звонок свекрови и бросаю взгляд на экран телевизора, где показывает время полвторого ночи. - Что-то случилось?

- Ира, спасай, - шепчет она.

- Оль, плохо, что ли, стало? Скорую вызвала? - спрашиваю, вскакивая с дивана.

- Ир, я застряла в форточке.

- Где? - спрашиваю и торможу.

- В форточке, - со злостью шипит свекровь.

- В какой форточке? У тебя дома их нет.

- Да не дома, на даче!

- Что ты там делаешь?

- Серебро спасаю! Стасик денег просил до зарплаты, я не дала. Точно теперь серебро продаст. Он бы мне его не отдал. А завтра утром может в ломбард сдать. Вот я и приехала забрать серебро. Но когда полезла в форточку, застряла. Спаси меня, а?

- О, господи, - выдыхаю я. - Еду.

Кажется, этот развод не сможет пройти тихо и безболезненно.

Глава 3

Как же мне не хочется на эту злополучную дачу! Как представлю себе, что увижу там Стаса с его новой пассией, аж в дрожь бросает.

А что, если Оля решила нас помирить, и поэтому устроила этот цирк? Она же мама Стаса, может захотеть, чтобы мы снова были вместе.

Я даже сбавляю скорость, раздумывая не развернуться ли мне и не поехать домой.

Но потом все же решаю продолжить путь. Вдруг моя свекровь действительно застряла? С другой стороны, там находится ее сын,он поможет. Но, зная Стаса, не уверена.

Торможу недалеко от дачи и хмурюсь. Машины Оли здесь нет. Как она собиралась вывозить серебро? Если, конечно, на самом деле планировала это.

Покинув автомобиль, крадусь к забору. Слева небольшая брешь, созданная прогнившими досками. У Стаса вечно не хватало времени починить забор.

Пробираюсь через эту брешь и топаю по двору к дому.

Обхожу с правой стороны, и тут картина маслом. Оля свисает из форточки, упершись носками балеток в выступ под окном.

- О, господи, - выдыхаю и тороплюсь спасти мою неугомонную свекровь. - Оль, ты жива? - шепчу.

- Ох, наконец-то, - отзывается она.

- Сейчас. - Бегу дальше, опрокидываю пень, на котором Стас колет дрова, и качу его к нужному окну. Поставив, взбираюсь на него и хватаю свекровь за бедра. - Я вытащу тебя. Только смотри аккуратно, чтобы не поцарапалась.

- Нет! - кричит шепотом Оля. - Надо не вытащить, а затолкать внутрь!

- Ты с ума сошла?

- Я собираюсь забрать серебро, поняла? Иначе зачем я сюда приехала?

- Да гори оно синим пламенем!

- Нет! Я на него несколько месяцев собирала! Никакого синего пламени! Стасик продаст его, а все деньги спустит на эту шала… девку. Так что толкай, Ира!

- А как ты собираешься спуститься с подоконника? Кубарем?

- Толкай, я сказала!

Вздыхаю и, помолясь, начинаю проталкивать Ольгу в дом.

Дама она с формами, но не толстая. Так что в форточку проходит нормально. Только вот роста не хватало, чтобы нормально оттолкнуться от выступа, вот и повисла в форточке.

Слышу грохот внутри и зажмуриваюсь, как будто это чем-то поможет свекрови.

- Ты там жива? - спрашиваю.

- Ох, - отвечает Оля. - Ну Стасик, ну зараза. Я ему это серебро еще припомню.

- Господи, у меня такое впечатление, что ты не его мать, а моя, - смеюсь сдавленно.

- Иди ко входной двери, я открою изнутри, - командует свекровь, и я тороплюсь туда.

Сто лет мне не сдалось это серебро. Я бы с радостью оставила его бывшему и жила спокойно. Но Оле надо так, что она готова рисковать переломать кости, только бы забрать фамильные ценности.

- Ты слышала? - спрашивает она, открывая дверь. - Паскудники такие.

В доме слышны стоны.

Я кривлюсь, и меня даже слегка подташнивает, когда я понимаю, чем Стас занимается в спальне со своей… новой девушкой.

Старый диван скрипит в такт наигранным и слишком громким стонам.

- Кстати, он не настолько хорош в постели, - кривлю губы, а потом понимаю, насколько неуместно было ляпнуть такое при его маме.

- Зато гонору, - закатывает она глаза. - Полюбуйся.

Оля включает торшер у входа, и мои глаза становятся просто огромными.

- Когда он успел? - спрашиваю, глазея на коробки с посудой.

Справа стоит большой серебряный набор, который нам подарила свекровь, а слева - коробка с другой посудой. И из этой коробки, черт подери, торчит ручка моей любимой чугунной сковороды!

- Да как он посмел? - шиплю, вытаскивая сквороду. Оля открывает крышку этой коробки, и я ахаю. - Ну белье-то мое мог оставить! - совсем не тихо произношу я, когда Оля вытаскивает мой красный шелковый халат с кружевной оторочкой.

Пока обалдеваем от наглости моего почти бывшего мужа, не замечаем, что стоны в спальне стихли.

- Мы должны забрать обе коробки, - решительно заявляет свекровь. - Нельзя оставлять ему это.

- Ой, Оль, оставь в покое, - вздыхаю. - Забираем серебро, любимую сковородку и уезжаем.

- Ничего вы не забираете! - раздается от спальни, и мы с Олей резко выпрямляемся. Не рассчитав траекторию, сталкиваемся лбами и ахаем.

Подняв голову, смотрю на Стаса и тру лоб. Он занял собой чуть ли не весь дверной проем. Стоит в одних трусах и стреляет в нас хмурыми взглядами.

- А что так быстро закончил? - с отвращением спрашиваю я. - Твоя мадам только голос поставила, чтобы стонать правдоподобнее.

- Ну-ка положи на место! - рявкает он.

- Стасик, фу, - произносит Ольга с брезгливым выражением лица. - Я не такому тебя учила. Как мелочно!

- Мелочно забираться ночью в мой дом, чтобы украсть посуду! - парирует.