Пол отвечает. — Мой совет:
Недельку-две уж подожди:
Пока свободных денег нет!
Так день за днем бедняга Пит
Ходил к нему, кляня беду,
Но Пол все так же говорит:
— Я сам их со дня на день жду.
Ну вот и кончился апрель,
Но все таким же был ответ,
Хоть пролетело пять недель:
«Пока свободных денег нет!»
Пришло шестое… Строгий Пол
С юристом к Питу постучал…
Расписку положив на стол,
Проговорил он: — Срок настал.
Пит вздрогнул, бросившись в тоске
Рвать волосы на голове,
И скоро на гнилой доске
Уже лежало пряди две.
Юрист, храня почтенный вид,
Стоит, незыблем, как закон.
И хоть слеза в глазах блестит,
В руке расписку держит он.
Но скоро он набрался сил:
— Закон не шутит! Посему, —
Решительно он заявил, —
Плати, не то пойдем в тюрьму!
— Как жаль мне, — Пол проговорил, —
Что этот горький день настал!
— Ах, Пит, ну что ты натворил!
Ведь Крезом все равно не стал!
Хоть кудри все ты вырвешь прочь —
Что проку в этом? Ну-ка, глянь!
Слезами горю не помочь:
Одумайся и перестань!
— А что могу поделать я:
Душа скорбит! — сказал бедняк. —
За что ты обобрал меня?
Друзья не поступают так!
Платить долги — не спорю я —
Мы все обязаны сполна:
Но все ж коммерция твоя
Бесчеловечна и грешна.
Мне чужд тот благородства пыл,
Что в некоторых я нашел!
(Пол скромно глазки опустил,
Задумчиво уставясь в пол.)
Коль заплачу полста монет —
Мне с голоду лежать в гробу.
— Ну, Пит, мужайся! — Пол в ответ. —
Держись, не сетуй на судьбу!
— Ты сыт, доволен и богат,
И всюду ждет тебя почет.
И твой цирюльник, говорят,
Тебе почасту кудри вьет.
Но благородства, как ушей,
Тебе, приятель, не видать:
Путь Чести прост и прям, ей-ей,
Но трудно по нему шагать!
— Да, жив пока, — ответил Пит, —
И всяким прочим не под стать,
Но парикмахер не спешит
Мне бакенбарды завивать.
Нет, я, приятель, небогат:
Уходит все по пустякам…
А раздобыть теперь деньжат
Ужасно трудно, знаешь сам!
— Плати же, только и всего!
Верни мне долг, бедняга Пит!
Что мне за дело до того,
Что вдрызг тебя он разорит?
Я тоже разорюсь, терпя
Из благородства! Посему,
За опоздание С ТЕБЯ
Я, ДРУГ, ПРОЦЕНТОВ НЕ ВОЗЬМУ!
— Какая милость! — Пит вскричал. —
Продам булавку я свою,
Рояль, на коем я играл,
Парик воскресный и — свинью!
Вещей он продал без числа
И из одежды кой-чего,
Со вздохом видя, что дела
Идут все хуже у него…
Недели мчались, год прошел;
Пит исхудал, как от чумы,
И вот однажды крикнул: — Пол!
Ты обещал мне дать взаймы!
— Дам как смогу я! — тот в ответ. —
Деньгами поделюсь с тобой.
Ах, Пит, тебя счастливей нет!
О, как завиден жребий твой!
А я, как видишь, толст и сыт,
Но это все — напрасный труд!
Ах, где мой прежний аппетит
И радость, что к столу зовут!
А ты как мальчик строен, брат,
И у тебя изящный вид!
Звонят к обеду — ты и рад,
Не жалуясь на аппетит!
Пит отвечал: — Да, знаю сам,
Что счастлива судьба моя:
Но я готов отдать друзьям
Все, чем богат безмерно я!
То, что зовешь ты «аппетит»,
