— Чувствую большую любовь к нему, которую никогда не ощущала. Это такая любовь, о которой я читала в книгах, мечтала о ней, сказала ему, посмотрев на ноги.

— Я рад, что ты это понимаешь Серена. Ведьмам трудно даётся связь истинных, но по тебе я вижу, что ты приняла её и ощущаешь Логана, как и он ощущает тебя, Фил похлопал меня по спине, взяв за руки. Связь истинных не рушима, никто не может воспротивиться этому. Она вечна, как и любовь, которую она даёт. Поэтому берегите друг друга. Это слово отдалось глухим стуком в груди, раскалывая сердце на тысячи осколков. Как я могла беречь то, что собиралась растоптать собственными ногами?

Ты сильная ведьма, он сильный альфа, ваша пара отличается от пары Мишель и Вальтера. Если у тех обоих была сила, власть, да и кто друг друга переиграет, посмеялся. То у вас по другому. Ты сама ветер, который дает лёгкость, даёт свободу, именно это от тебя ощущаю. А Логан, он волк с упрямым характером, который идёт до конца, твёрдый и грозный, твой волк, сказал он мне. Горькая волна подступила к горлу, слёзы, что только что были остановлены, вновь настойчиво стали жечь глаза.

— Спасибо вам, сказала ему дрожащим голосом.

— Полно дочка, Логан всю жизнь был один, да его друзья,мама, брат, заменяли ему всех, но по духу он никому не признается, что у него на душе. Я всё боялся, что истинную не найдёт, так и будет бегать по лесу один. Но ты просто подарок с небес, продолжил Фил, и в его глазах светилась такая искренняя радость, что мне стало невыносимо стыдно. Именно такая истинная должна быть у него, та, кто подарит ему любовь, которую так не хватает, надежду на счастливое будущее, ведь он это заслуживает. Как же я рад, что ты попалась тогда, как же рад, что Логан разглядел, не смотря на свои принципы принял все это. Он сложный человек знаю, но знаю одно, если он любит, то любит до конца. Ведь будет защищать то, что назвал своим. Это не пустые слова запомни это, он защитит своё, даже, если это невозможно. Ты его душа и сердце отныне, закончил с этими словами.

Вся моя сущность кричала от боли, от невыносимости выбора, от осознания того, что я оказалась в ловушке между двух огней — неистовой любви, которую нельзя предать, и нерушимого долга, от которого нельзя отказаться.

Воздух исчез из лёгких, не могу я так не могу. Сквозь слезы выдала улыбку, сжимая руки. Ногти до крови упирались в кожу, но это не сравнится с той болью которая у меня на сердце сейчас. Как мне быть после сказанных слов. Я же сделаю ему так больно, что смогу ли сама справится с чувством вины, которое будет грызть меня изнутри, уничтожать.

Так тяжело мне впервые, даже из дома я уезжала не так. А тут, любимый мужчина, с которым у меня было мало времени. Я сама виновата, сама не подпускала его к себе. Вздохнула, закрывая глаза.

— Спасибо за такие слова Фил, еле как произнесла. Он понимающе кивнул, оставляя меня одну.

Я всё делаю правильно, если не сделаю, что же будет с родителями. Логан поймёт, он поймёт меня. Он сможет со всём справится. Но сама я в это верить не могу.

Мой взгляд наткнулся на свёрток, дрожащими руками развернула его и обомлела.

Красивое кремовое платье лежало в нём. Атласный шёлк, расшитые красивым узором рукава, кружева. А по всему подолу и лифу вились такие же замысловатые сплетения, придавая платью невинность и таинственность одновременно.

Рядом с ним была и записка.

" Моей ведьме, если не наденешь, сам переодену тебя, потом не дуйся, что видел всё. По щекам разлился горячий румянец, обжигая кожу.

Отложив записку, осторожно, словно боясь, взяла платье в руки. Приложив к телу, покружилась. Как он понял, что именно такое платье мне нужно, почему не сказал.

Принялась сразу мерить его. Платье идеально подошло по фигуре, облегая его. Как только всё было сделано, подошла к зеркалу. Мои глаза округлились, ведь моё отражение поразило меня до глубины души.

Платье красиво прилагало к телу, подчёркивая каждую линию. Оно на подвенечное было похоже, почему-то это пришло мне в голову, озаряя и пугая ещё больше.

Pov. Логан:

— Долго ещё? — спросил я Килана, наблюдая, как он уже битую минуту целится, никак не решаясь выстрелить. С самого утра Вальтер буквально вытащил меня из постели на тренировки, и я упирался изо всех сил, но кто его остановит, когда он что-то задумал? Знает же, черт возьми, что у меня день рождения, и устроил такое! Всё бы отдал, лишь бы сейчас быть с ней. Не стал будить Серену, когда уходил, так хотелось просто полежать рядом в этот день, но друг ни в какую не позволил остаться. Из-за этого я с самого утра хожу чёрный как туча, настроение хуже некуда.

— Долго ещё будешь тянуть быка за рога, а?!— не сдержался, крикнул я, и мой голос раскатился по тренировочному полю, заставив остальных ребят рассмеяться. Их веселье меня нисколько не задевало, я был слишком погружён в своё недовольство.

— Я пытаюсь!— услышал я ответ Килана, и лишь усмехнулся. Понабрали малолеток, которые двигаются как сонные мухи, а мне с ними работать, показывать пример. В их возрасте я был уже лучшим, быстрым, точным, а эти телятся.

— Значит, плохо пытаешься, Килан! — Мой голос стал низким, грозным.

— Я до ночи с тобой тут сидеть не собираюсь, ясно?— Я смотрел на него, и он поджал губы, кивнул. Наверняка уже в штаны наложил от страха, но мне было плевать. Мои мысли были далеко отсюда, у моей ведьмы.

Отвернувшись, я стал готовить лук для себя, натягивая тетиву, чувствуя упругость дерева. К чёрту всё! Сейчас возьму и пойду к своей ведьме. Улыбка появилась на моём лице, предвкушая её реакцию. Наверняка удивится, увидев платье. Я специально выбирал подходящее для неё, представляя, как оно будет сидеть на её тонкой фигурке. Долго искал, конечно, пересмотрел кучу всего, но как только увидел то самое, сразу понял — это оно. Это её. Вот и взял.

— Ты, я смотрю, совсем суров с ними, — Вальтер встал рядом со мной, его губы растянулись в хитрой усмешке. Мельком посмотрел на него, поджимая губы. Он прекрасно знал причину моего настроения.

— У тебя план какой-то, чтобы я в свой день рождения тут просидел?— спросил я раздражённо, не пытаясь скрыть своё недовольство.

— Злишься, ну извини, брат, — он развёл руками, притворяясь невинным, хотя я видел хитрые искорки в его глазах. — Не мог же я сказать, что тебе праздник готовим.

— Значит, всё-таки готовите?— спросил я с прищуром, уже подозревая что-то. Он усмехнулся, уперев руки в бока, и эта поза красноречиво говорила о его причастности.

— Ты прав, — наконец признал он. — Поэтому сейчас я забираю тебя. Хватит, и так вижу, что настроение паршивое. Пора его улучшить.

— Он хлопнул меня по плечу.

— Уже подготовили?— спросил я, вытирая руки о штаны, чувствуя прилив предвкушения.

— Уже всё готово, да, брат, — он растянул губы в широкой, дьявольской усмешке. — Поэтому теперь тебе придётся переодеться на ходу, ведь мы уже опаздываем! — Я ловко потянул мою тренировочную рубашку вверх, стаскивая её через голову.

— Если бы не твои игры, я бы уже был наготове — проворчал я, но без особой злости. Он передал мне чёрную рубашку – свежую, чистую. Я вопросительно посмотрел на него.

— Всё взял с собой, да, — сказал он, смеясь, и я понял, что он всё продумал. — Но времени мыться у тебя нет.

— Ещё сочтёмся, друг, будь уверен — сказал я ему, когда был уже одет, чувствуя свежесть новой рубашки. Мои пальцы нащупали в кармане небольшую коробочку. Достал её и показал Вальтеру.

— Хочу сделать ей предложение, — сказал я, и в этот момент всё волнение, весь гнев от утренних тренировок ушли. Я открыл коробочку, показывая ему кольцо. Оно не было вычурным, но было особенным, символизировало нашу связь. В его глазах я увидел искреннее удивление, а затем радость.