— Я хотела ему рассказать про себя, но не успела.Меня опередили и очернили.Я стала обманщицей в его глазах. Он возненавидел меня, а я ничего не могла сделать. В ее глазах блеснули слезы. Я смотрела на нее с сочувствием, сердце сжималось от боли за их несчастную любовь

— Ты можешь не продолжать, если не хочешь, мне достаточно, — сказала я тихо, стараясь не расплакаться. Мишель благодарно улыбнулась и тяжело вздохнула.

— Я поэтому и понимаю тебя, Серена. Быть одной среди чужих, где любой может причинить тебе вред. Я не могу допустить, чтобы с тобой поступили так же, как и со мной. Не хочу. Я вижу, что ты хорошая девушка и уверена, что мы с тобой подружимся, — сказала она, и ее слова теплые искренние затронули меня до глубины души.

Я кивнула, на миг закрывая глаза.Может, мне ей все рассказать?Она же открылась мне, а я.

— Я бы хотела этого всем сердцем, — прошептала я, и Мишель улыбнулась,ее улыбка лучезарная теплая вселяла надежду

— Где я могла бы остановиться? — спросила я, когда мы закончили убирать со стола.

— Пока поживи у нас. Вальтер наверняка Логана тоже оставит. Пошли, покажу тебе комнату, — сказала Мишель, и я, кивнув, пошла за ней. Логан будет здесь. Эта мысль, словно камень легла на мою душу. Мне будет еще труднее. Не могу представить, как он на это отреагирует.

— У вас большой дом, — сказала я, осматриваясь по сторонам.

— Вальтер сам строил. Я мечтала о таком, — ответила Мишель. Я кивнула и невольно дотронулась до стены. Тут все было построено с такой любовью, с такой заботой, что я физически ощущала это тепло эту нежность.

— А вам будет удобно, если я буду здесь? Просто вы же женаты — спросила я, смущенно подбирая слова. Мишель рассмеялась, пропуская меня вперед в комнату.

— Все нормально, Серена. Наоборот, я буду даже рада, что ты тут. Вальтер часто выезжает на вылазки, я остаюсь одна. А теперь будем вдвоем. Логан наверняка будет ездить с ним. Ведь столько не виделись, — сказала она. Я прошла к столу, провела рукой по гладкой поверхности, закрывая глаза. В этой комнате в этом доме я чувствовала себя почти в безопасности

— Какие вылазки? — спросила я, опершись о стол и с интересом разглядывая комнату.

— На наши земли часто нападают ведьмы… вот он и ездит, чтобы все проконтролировать. Но это самые ужасные часы в моей жизни. Я боюсь, что вдруг окажется ведьма сильнее, которая сможет нанести ему вред. А меня рядом не будет,он запрещает мне ездить с ним, — сказала Мишель.

— Я сильная ведьма, а он до сих пор опекает меня, хотя знает на что я способна, нет же командует, улыбнулась она.

Я кивнула, поджав губы.Мне было понятно ее беспокойство.

— Логан с Вальтером давно друг друга знают? — спросила я, понимая, что это не мое дело.Но любопытство не давало покоя.

— Как говорил Вальтер, они выросли вместе. Он тебе не рассказывал? — спросила Мишель, с интересом глядя на меня.

Я отрицательно покачала головой. Мишель несколько минут пристально смотрела на меня ее взгляд пронизывающий заставлял меня нервничать

— Он назвал тебя слабачкой почему? — спросила она неожиданно.

— Я я не знаю. Я боялась его может, поэтому.Потом струсила перед отшельниками, не знаю.Я говорила ему, чтобы так не называл,но он продолжает. Видно, специально выводит, — сказала я, дотронувшись до руки, чтобы скрыть свою нервозность. Но от проницательного взгляда Мишель это не укрылось. Щеки вспыхнули словно меня застигли врасплох

— Твоя рука.Тебя надо показать лекарю, чтобы посмотрел, — сказала Мишель, с беспокойством глядя на мою повязку.

— Я была бы рада этому. Я меняла повязку только, когда мы были в дороге.Потом времени не было, — ответила я, скривившись от боли, которая хоть и приглушенная все еще пульсировала в руке.

— Как ты так ходишь?! — воскликнула Мишель, подходя ко мне.

— Ничего страшного,тамне до этого было — прошептала я, опустив глаза.

— Так не пойдет, Серена! Нельзя запускать руку!

— Я знаю, но времени и правда не было, — повторила я, чувствуя, как слезы подступают к горлу.

— Ладно, сейчас переоденешься, и мы пойдем к лекарю поскорее.

— Я бы рада была бы переодеться, но мне не во что, — сказала я, разведя руками и увидев, как удивление отражается на лице Мишель.

— Я дам тебе платье, у меня много, не обеднею, — ответила она.

— Но это неудобно. Вы и так помогаете. — поспешила я остановить ее, прежде чем она вышла из комнаты.

Я вздохнула и, прикрыв глаза, попыталась взять себя в руки. Заметив зеркало, я подошла к нему и ужаснулась. Все это время я была в таком виде!Волосы растрепанные, словно воронье гнездо.Синяки под глазами, глаза опухшие красные от слез. Теперь понятно, почему все так на меня смотрели.

Осторожно, стараясь не задеть рану, я привела волосы в порядок, собрав их в небрежный пучок. Пусть пока будет так. Когда вымоюсь, тогда и распущу. Найдя в кармане плаща платок, я протерла лицо, чтобы хоть немного смыть пыль.

— Вот, Серена, — сказала Мишель, забегая в комнату и кладя на кровать несколько платьев.

— Не нужно было столько — пробормотала я, смущенно отводя взгляд. Еще никто, кроме родителей, так не заботился обо мне.

— Так, чтобы переоделась, и мы пойдем. Характер не показывай, вижу, что самой уже хочется скинуть эту рубашку. Потом будешь отдыхать, — сказала Мишель и, улыбнувшись, вышла из комнаты, оставляя меня одну.

Я присела на кровать и, взяв одно из платьев, сжала его в руках. Мягкая ткань, приятная на ощупь. Это платье,эта забота, эта доброта, все это было таким непривычным такимтрогательным. Слезы, горячие неудержимые потекли по моим щекам

Pov. Логан

— Да, местность ты себе отгрохал знатную, друг, — сказал я Вальтеру, подходя к высокой каменной стене, окружающей его владения. Я присвистнул, окидывая взглядом внушительные укрепления.

Вальтер усмехнулся своей обычной легкой, немного хищной усмешкой.

— Самому нравится. Рад, что и тебе, — ответил он, когда мы поднялись наверх и оказались на широкой площадке, с которой открывался захватывающий вид на окрестности.

На несколько минут мы погрузились в молчание. Я чувствовал, как ветер играет с моими волосами, вдыхал чистый, прохладный воздух. Ощущение свободы… легкости… безмятежности… разлилось по телу, смывая остатки напряжения и усталости. Облокотившись на каменные перила, я на мгновение закрыл глаза, наслаждаясь этим моментом покоя.

— Что теперь? — спросил я, наконец, открывая глаза и поворачиваясь к Вальтеру.