Я сглотнула, судорожно осматривая остальных волков. Их взгляды, полные презрения и враждебности, прожигали меня насквозь. Что же делать? Мысли метались в голове, как испуганные мыши.

Я молчала, не зная, что ответить. Впервые со мной кто-то разговаривал в таком тоне. Я совершенно растерялась.

— Что молчим? Дар речи потеряла? — не унимался волк, наслаждаясь моей беспомощностью.

Я сглотнула, слабо кивнула, поджимая губы.

— Что? — прошептала я, облизывая пересохшие губы. — Что со мной будет?

Его взгляд стал еще более жестким и злобным. Он смотрел на меня с неприкрытой ненавистью, и от этого взгляда кровь стыла в жилах.

— Голос прорезался, — усмехнулся он. — Стоит только принять силу, да? — Он кивнул своим товарищам, и те грубо схватили меня под руки. В этот момент отчаяние захлестнуло меня с новой силой. Я понимала, что попала в беду… в очень большую беду.

Я отчаянно вырывалась, брыкалась, но все было бесполезно. Что может сделать маленькая ведьма против двух здоровенных оборотней? Я была никем против них, и они прекрасно это понимали, наслаждаясь моей беспомощностью.

— Я ничего плохого не сделала! — выкрикнула я, цепляясь за последнюю надежду. Но лучше бы я промолчала. Эти слова лишь сильнее разозлили вожака.

— А кто напал на меня? Кто сбил волков? — прорычал он, обводя рукой своих товарищей. — Свидетелей полно! Ты напала на нас!

Его слова были как пощечина. Я сглотнула, ком подкатил к горлу. Что делать? Как оправдаться?

— Я… я защищала себя! — прошептала я, чувствуя, как он закипает от ярости. Вряд ли он остановится. Вряд ли пощадит меня. Волк такой силы… такой… звериной сущности… Он не был похож на того, кто мог просто так отпустить.

— Плохо получилось, — усмехнулся он, презрительно оглядывая меня с ног до головы. — Слабая для ведьмы. Слабачка.

Он отвернулся, и я опустила голову, чувствуя, как меня грубо подтолкнули в спину.

— Не отставай, ведьма, — раздался его ледяной голос. — Тебя никто тащить не будет. Если не пойдешь — поползешь, но дойдешь сама.

Я сглотнула, боль в ноге пронзила меня острой иглой. Показывать свою слабость перед ним? Признаться, что не могу идти? Нет! Я не имею права!

— Чего ждем?! — рявкнул вожак, и я вздрогнула от его голоса. Поджав губы, я побрела за ними, превозмогая боль. Нога подворачивалась, каждый шаг давался с трудом. Я, конечно же, не успевала за их быстрым шагом. Обернувшись, я увидела, что двое волков шли позади меня, словно конвоиры, следя за каждым моим движением. Мне некуда было бежать… некуда скрыться… Отчаяние сдавило сердце ледяной рукой. Неужели это конец?

Pov. Логан

Ведьма плелась еле-еле, и это выводило меня из себя. Мы ушли уже довольно далеко, а она все еще тащилась позади, замедляя наш шаг. Гнев и раздражение жгли меня изнутри. Мне даже противно было находиться рядом с ней. Я с трудом сдерживался, чтобы не зарычать на эту нахалку. Сжал кулаки до хруста костяшек, пытаясь не обращать внимание на проклятый запах, въевшийся в кожу, заполонивший мои рецепторы. Я принюхивался, пытаясь определить источник этого тошнотворного аромата, но безуспешно. Он преследовал меня, словно призрак.

— Поторапливайся! — рявкнул я, обернувшись к ведьме.

Она вздрогнула, испуганно поджала губы. Еще смеет мне перечить, когда сама виновата! Сама нарушила все правила!

— Мелкая ведьма попалась, — ухмыльнулся Кейн, подойдя ко мне.

Я кивнул ему, не отрывая взгляда от дороги.

— Мелкая, глупая, — процедил я сквозь зубы.

— Ты прав. Но какой с нее прок? — спросил Кейн, задумчиво потирая подбородок.

Отпускать ее я точно не собирался. Пусть знает, что нельзя шастать по моей территории. Ведьмам здесь не место! Неужели их никто не учил, что нельзя шастать по чужим территориям?! Что нельзя быть настолько безрассудными, настолько глупыми?! Внутри все кипело от негодования. Как они смеют?! Эта наглая самоуверенность, эта безответственность… Меня просто трясло от ярости.

— Посмотрим, что можно сделать, — ответил я. — Она ведьма, нарушила закон… Мне ли тебе говорить о правилах?

Кейн хмыкнул, достал сигарету, прикурил. Протянул мне. Я взял сигарету, закурил, сделал глубокую затяжку. Дым немного успокоил меня, но злость все еще пульсировала в висках.

— Нет, ты прав, Логан, — поспешно согласился Кейн. — Просто, замялся, она кажется безобидной. Но это меня и настораживает.

Я бросил на него острый взгляд.

— Еще раз услышу что-нибудь подобное — вылетишь отсюда, понял? — процедил я сквозь зубы.

Кейн нервно сглотнул и кивнул.

— Прости, — пробормотал он. — Просто первое впечатление…

Я усмехнулся, отшвырнув окурок. Мы подходили к лагерю.

— Первое впечатление всегда обманчиво, — холодно напомнил я. — Заруби себе это на носу.

Фил, заметив нас, беспокойно ерзал на месте. Увидев пленницу, он что-то крикнул, но я не разобрал слов.

— У нас улов, — кивнул я на ведьму, которую грубо толкнули вперед.

Она испуганно озиралась по сторонам, словно загнанный зверек, ища лазейку для побега. Глупая. Бесполезно. Споткнувшись, чуть не растянулась на земле. Жаль, я бы с удовольствием посмотрел на это жалкое зрелище. Наверняка бы распустила нюни… Домашний цветочек, черт возьми! Ведьма поджала губы, пряча лицо за завесой темных волос. Но я все равно чувствовал исходящую от нее волну ненависти, острую, как лезвие ножа. И эта ненависть находила во мне горячий отклик.

Резко схватив ее за руки, я услышал испуганный писк.

— Что, домашний цветочек, слишком грубо? — издевательски спросил я, туго связывая ей руки веревкой.

— Грубый волк! — прошипела она, сверля меня ненавидящим взглядом.

— Какие громкие слова для такого хрупкого создания, — усмехнулся я, еще туже затягивая узел. — Посмотрим, как долго ты сможешь сохранять эту напыщенную смелость, которая настолько показушная, что вызывает лишь смех, процедил я сжимая челюсть.

— Грязный пес, убери от меня свои руки, попыталась вырваться, но я был быстрее. Схватил её за горло, сжимая бьющуюся жилку на шее, сглотнул, чувствуя странность внутри себя.

" Грязный пес, поднял свою бровь, видя как она хмурится. Наслаждаясь тем, как ее лицо искажает гримаса ярости. Внутри все кипело от темного удовлетворения.

— Советую молчать, если не хочешь прямо сейчас оказаться в канаве, — процедил я, резко дернув за веревку. Она поморщилась, и я с отвращением отметил, как дергается ее маленький, вздернутый носик. Отшвырнув ее к ближайшему дереву, я отошел, брезгливо отряхивая руки.