Его горячее дыхание коснулось моей шеи, и я почувствовала, как у меня подкашиваются ноги. Он мягко взял мою руку, ту самую, что держала кафтан, и поднёс её к своим губам, оставляя на тыльной стороне ладони лёгкий, но такой обжигающий, такой волнующий поцелуй. Моё сердце пропустило удар, а потом забилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

— Мы будем готовы, а ты Логан перестань так делать, сказала Мишель, уводя меня. Послышался мужской задорный смех.

— Как так Мишель, может прояснишь, крикнул он нам в спину.

— Неугомонный, сами знаете как, крикнула она им, что-то показывая рукой. Я же улыбнулась, смотря на их взаимодействия.

— Может мне не стоит никуда идти, спросила ее, когда мы оказались в их с Вальтером комнате.

— Как не стоит Серена. Ты ещё не была на их праздниках. Знаешь какая там еда, веселье. Я в жизни такого не видела, а, когда сама оказалась, была поражена. Волки умеют веселиться, ты сама в этом убедишься, сказала она мне с хитрой улыбкой смотря на меня.

— Мне нечего одеть Мишель, и всё время брать у тебя платья я не хочу, сказала ей, подходя к окну.

Логан всё ещё был внизу, стоял и как-то бодро разговаривал с Вальтером. Слишком сильный. Слишком притягательный. И слишком опасный. Для меня опасный. Я не могла больше врать себе – мне отчаянно хотелось самой прижаться к нему, почувствовать его тепло, его силу. Хотелось остаться там, с ним, на том обрыве, в его объятиях, забыв обо всём на свете. Но нельзя. Я ведьма. Я должна это помнить. А он – волк. Волк, который сводит меня с ума одним своим присутствием, одним взглядом, одним прикосновением. Нужно уехать. Как можно скорее. Чтобы не делать больно ни себе, ни ему. Он уже стал частью меня, частью моих мыслей.Он заполонил собой всё моё существо. Неужели я полюбила врага? Как такое вообще возможно?

—Мне не жалко, тем более для тебя, услышала подошедшую Мишель. Она подошла и встала рядом, мягко обняв меня за плечи. Её взгляд тоже был устремлён вниз, на Логана и Вальтера.

— У меня есть одно красивое платье, — сказала она задумчиво, её голос стал тише. — Белое, очень нежное. Думаю, оно тебе понравится. Но и не только тебе, — она усмехнулась, едва заметно кивнув в сторону окна, где стоял Логан.

Слабая, неуверенная улыбка тронула мои губы, но я тут же её убрала, испугавшись собственных чувств.

— Тем более, после беременности я уже не могу их носить, — добавила Мишель, её голос смягчился, и она ласково поправила мои волосы, её рука задержалась на моём плече, даря ощущение тепла и поддержки.

— А тебе оно идеально подойдёт. И не нужно мне перечить, Серена, — её тон стал более решительным, хотя в глазах плясали озорные искорки.

— Я из тебя такую красоту сделаю, Логан точно не устоит. Ты ещё меня не знаешь! Если я что-то решила, значит, так и будет. Так что прекрати отнекиваться, всё равно не выйдет.

— С чего вы решили, что Логану могу нравиться я? — наконец решилась я спросить то, что так сильно меня волновало, хотя где-то в глубине души я уже знала ответ. Я видела это в его глазах, чувствовала в его прикосновениях.

Развернувшись от окна, я увидела на лице Мишель тёплую, понимающую улыбку.

— Разве ты сама не видишь, как он на тебя смотрит, Серена? — мягко спросила она, её взгляд был полон сочувствия и какой-то женской мудрости.

— А что ты чувствуешь, когда он рядом? Когда он смотрит на тебя?

Я сглотнула, слова застряли в горле. Обняла себя за плечи, пытаясь унять внезапно охватившую меня дрожь. Её вопросы попали прямо в цель, затронув самые потаённые струны моей души.

Закрыв глаза, я позволила себе на мгновение погрузиться в эти ощущения. Вспомнила его взгляд – пронзительный, обжигающий, но в то же время такой притягивающий. Вспомнила тепло его рук, когда он обнимал меня, силу его тела, дарующую чувство невероятной защищённости. Вспомнила его шёпот, от которого по коже бежали мурашки, и тот лёгкий, но такой волнующий поцелуй на моей руке. С ним, с ним всё было по-другому. С ним моё сердце замирало и начинало биться с бешеной скоростью одновременно. С ним мир вокруг приобретал новые краски, новые звуки, новые запахи.

— Мне спокойно и не боязно рядом с ним, я чувствую себя в безопасности, когда он обнимает меня. Только с ним так, подняла на неё свой взгляд. Она улыбнулась, с нежностью в глазах смотря на меня. Он наглый, грозный, но в один момент он поменялся, он так смотрит, говорит такие вещи. Я чувствую жар в груди из-за него, не могу не смотреть на него, так и не могу противиться, когда он трогает меня. Но, сглотнула, я ведьма Мишель, он волк. Я не могу ему нравится, если даже он мне небезразличен. Села на кровать, закрывая лицо руками. Мишель села рядом со мной, обнимая.

—Ты такая глупенькая ещё, разве ещё не поняла, что влюбился в тебя наш волк. Его взгляд говорит о многом, мы сразу заметили это с Вальтером. Ты ему нравишься, и он тебе. А то, что он волк, а ты ведьма, тут уже не будет ничего такого. Ведь истинная волка самая желанная женщина.

Я с удивлением взглянула на неё, не совсем понимая, о чём она говорит. Моё сердце пропустило удар.

— Что? — тихо спросила я, боясь поверить в то, что только что услышала.Мишель усмехнулась, поправляя подол своего простого, но ладного платья.

— Значит, он тебе не сказал, — она покачала головой, но в её голосе не было осуждения, скорее, лёгкое удивление.

— Засранец. Начал действовать, а самого важного не сказал. Ну, волки, они такие, иногда сначала делают, а потом думают.Она посмотрела мне прямо в глаза, и её голос стал серьёзным, но в нём звучала непоколебимая уверенность.

— Ты его истинная, Серена. Рождённая для него. Его пара, предназначенная ему судьбой

— Я истинная пара Вальтера. И как оказалось, если истинная – ведьма, то связь между ними не всегда чувствуется сразу, не так явно, как у волков с волчицами. Иногда требуется время, какие-то события, чтобы она проявилась в полной мере. Но она есть. И она сильнее всего на свете.

Я начала часто, прерывисто дышать, пытаясь осмыслить услышанное. Его истинная. Это,это меняло всё. Абсолютно всё. Я закрыла глаза, пытаясь привести дыхание в порядок, унять бешено колотящееся сердце. Но как такое возможно? Я – ведьма, он – волк. Наши народы веками враждовали.

— Как? — Я с трудом сглотнула вязкий ком в горле, голос почти пропал, превратившись в едва слышный шёпот. — Как,как это стало ясно?

Мишель мягко улыбнулась, её рука уверенно легла мне на дрожащее колено, словно пытаясь передать частичку своего спокойствия.

— Запах, — просто сказала она. — Запах – это решающее. Как рассказывал Вальтер, когда он впервые встретил меня, первое, что он почувствовал, это запах сирени. Такой сильный, такой явный. Но вокруг не было ни одного куста сирени, ни одного деревца. А потом оказалось, что это мой запах. Мой природный, истинный запах. Природа не может обманывать, Серена. Она всегда говорит правду.