— Где он? — решительно поднялся я.

— Так в кабинете у меня, в морге, — ответил Никита. — Идём скорее!

Я оставил Лену за главную, и мы с Никитой пошли в морг. В его кабинете на стуле и правда сидел живой мужчина. Лет сорока пяти. Худой, бледный, в пальто и шапке. Сидел ровно и спокойно смотрел в одну точку.

— Здравствуйте, — поздоровался я с ним.

Он медленно повернул на меня голову и уставился спокойным тусклым взглядом.

— Здравствуйте, — ответил он. — Вы пришли делать вскрытие?

— Для начала как вас зовут? — спросил я.

— Звали, — поправил мужчина. — Уточкин Дмитрий Иванович.

Уже неплохо.

— Почему вы думаете, что умерли, Дмитрий Иванович? — осторожно спросил я.

— Я это знаю, — ответил Уточкин. — Вчера в три часа ночи я умер. Почувствовал, как моё сердце остановилось, а дыхание прекратилось.

А теперь плохо.

— Но вы сейчас дышите, — заметил я. — А сердце у вас явно бьётся.

— Это не моё сердце, — ответил Дмитрий Иванович. — Это чужое. Оно и двигает моё тело, но сам я труп.

Я задал ещё несколько осторожных вопросов. Уточкин отвечал спокойно и каждый раз всё сводил к одному. Он мёртв, он труп. И никакие аргументы он не принимал.

Что ж, синдром Котара, определённо. Состояние, при котором человек убеждён, что он мёртв, органы его не работают, а сам он гниёт. Психическое заболевание, я сталкивался с таким впервые.

Проверил его праной. Физически он здоров. Но в головном мозге у него дисбаланс. Нейромедиаторы работают не как надо, серотонин и дофамин низкие.

Я это не исправлю. Моя прана просто не сможет это всё починить. Значит, план Б.

— Дмитрий Иванович, вам надо в больницу, — осторожно сказал я. — У вас болезнь, и её можно вылечить.

Насколько я знал, медикаментозно синдром Котара стабилизировался за пару недель.

— Мне всё равно, — равнодушно отозвался он. — Если хотите лечить мой труп — пожалуйста.

По крайней мере, он не сопротивляется. Это уже радует.

Я вышел в коридор и позвонил Карине Вячеславовне. Несмотря на Восьмое марта та ответила. Сказала, что пришлёт сейчас к нам собственную скорую помощь, чтобы забрать пациента.

Пока ждали скорую, пациент молчал. Я заполнил прямо в морге свой осмотр и направление. Дождались санитаров, те погрузили Уточкина в машину. Хотя тот и не сопротивлялся.

И они уехали. Да, ну и ситуация! А ведь в прошлой жизни прана тоже не могла лечить психические заболевания. С помощью праны можно помочь совладать с сильной эмоцией. Страх, тревога. Проконтролировать уровень гормонов.

Но психические состояния — это нечто посерьёзнее. И целители так и не научились с этим справляться.

Если бы я умел тогда это лечить — наверняка смог бы помочь Грише. И он бы не примкнул к Мортису…

Интересно, возможно, в этом мире я научусь этому. Всё-таки здесь прана работает по-другому. И тогда я смогу помогать и таким пациентам.

Но пока что пришлось отправить его в психиатрическую больницу. Однако там ему точно помогут, в этом я уверен.

— Вот поэтому-то я и предпочитаю работать с мёртвыми! — заявил Ткачёв. — С ними как-то всё предсказуемо, что ли. А тут раз, и приходят всякие Уточкины!

— Ну, такой синдром встречается редко, это тебе просто так повезло, — усмехнулся я.

— Везунчик, ага, — хмыкнул Никита. — Спасибо, что помог!

Я вернулся в поликлинику, кратко рассказал ситуацию Лене. Она, конечно, удивилась.

И мы продолжили приём обычных пациентов.

После работы мы с Леной отправились в Дом Культуры. Он находился напротив парка, от нас минутах в двадцати ходьбы.

Возле входа встретили Ирину Петровну и Вику.

— Вы тоже решили сходить, Александр Александрович? — обратилась ко мне Вика. — А мы гадали, придёте вы или нет!

— Да, решил узнать, что тут будут рассказывать, — кивнул я. — Раз уж первая лекция бесплатная.

— У меня многие спрашивали, не вы ли её читаете, — поделилась Вика. — Я всем отвечала, что нет. В общем, на эту лекцию зазывался народ прям очень активно. Правда, день они выбрали странный, всё-таки Восьмое марта.

Да, это мне и самому казалось нелогичным. Ну, кто знает, может, их лектор мог только сегодня.

— С праздником вас, — чуть с запозданием поздравил я своих женщин профилактики.

— Спасибо, — улыбнулись Вика и Ирина Петровна.

Мы вошли внутрь, сдали свою одежду в гардероб. Внутри было оживлённо, я заметил многих завсегдатаев своих лекций. Некоторые тоже спрашивали у меня, не я ли сегодня читаю.

Возле входа в зал встретили даже Тейтельбаума и Жидкова.

— Прекрасные дамы, всех с праздником, — поздравил всех Жидков. — Не думал, что в такой день вы посетите подобное мероприятие.

— Всем просто интересно, насколько же хуже это будет по сравнению с лекциями нашего Агапова, — улыбнулся Тейтельбаум. — Я вот считаю, что в сто раз хуже.

— Будет полная лажа, как вы, молодежь, говорите, — кивнул Жидков. — Уверен.

— Мне приятно за такую поддержку, но давайте не судить раньше времени, — улыбнулся я. — Это лектор из Саратова, он может рассказать что-то новое и интересное.

Зашли в зал. Большой, просторный, с рядами кресел. Впереди была сцена с микрофоном, проектором, большим экраном. По бокам стояли столики с водой, чаем, кофе.

У входа стоял знакомый мне журналист Даниил Щербаков с фотоаппаратом. Я не стал к нему подходить, просто помахал рукой.

В общем, организация была на уровне. Совсем не как мои лекции в маленьком конференц-зале поликлиники.

Мы нашли свободные места и расселись. Ровно в три часа на сцену вышел лектор. Мужчина лет сорока, среднего роста, полноватый, в чёрном костюме и очках. Его волосы были зачёсаны назад и буквально блестели от геля. На лице была широкая натянутая улыбка.

Он подошёл к микрофону. Постучал по нему пальцем. Звук от этого был неприятный, и лектор сам же поморщился.

— Добрый вечер! — громко сказал он. — Меня зовут Антон Георгиевич Стропов. Я специалист по здоровому образу жизни. Нутрициолог. Коуч по питанию и здоровью. Автор трёх книг о правильном питании.

Так перечисляет всё это, будто это самопрезентация, а не лекция. Впрочем, для коучей это как раз и свойственно.

— Сегодня я расскажу вам об основах здорового образа жизни, — продолжил Стропов. — О том, как правильно питаться, как заботиться о своём здоровье, как жить долго и счастливо!

Он щёлкнул пультом. На экране появилась презентация. Заголовок: «Основы здорового образа жизни».

Мне в моих лекциях презентаций не хватало очень часто, но у нас в конференц-зале не было проектора. Приходилось обходиться без него.

— Все болезни от неправильного питания! — громко заявил коуч Стропов. — Если вы едите неправильно — вы болеете. Если правильно — здоровы. Это известный закон природы.

Я бы поспорил, но в конфликты решил не вмешиваться. Посмотрим, что он ещё скажет.

— Каждый день нужно пить минимум два литра воды! — продолжал Антон Георгиевич. — Обязательно! Чтобы выводить все токсины и не отравлять организм!

Два литра — слишком усреднённая рекомендация. Если у человека больные почки или сердце, то такой объём воды может быть опасен.

— Не забывайте про детокс! — громко сказал Стропов. — Каждый месяц нужно очищать организм от токсинов! Я рекомендую детокс-коктейли на основе сока сельдерея, лимона и имбиря!

А вот и ещё один миф. Организм способен очищаться сам. Для этого нам и даны природой печень и почки. Но я снова решил не вмешиваться. Это не моя лекция.

Стропов продолжал. Говорил про суперфуды, семена чиа, годжи, спирулина, про отказ от глютена, даже если нет целиакии, про щелочную воду и то, как она якобы лечит рак.

На моменте про интервальное голодание и то, что каждый человек обязательно должен голодать по три дня в месяц, я не выдержал и поднял руку.

— Но длительное голодание опасно, — заметил я. — Особенно для людей с диабетом, гастритом, язвой. Это может вызвать обострение болезней, гипогликемию, обморок. Как вы это объясните?