Только вот этого счастья мне не хватало.

— Я всегда в разное время хожу, но иногда можно, — уклончиво ответил я. — Как тебе первый день?

— Да ничего, думал, будет хуже, — хмыкнул Илья. — Слушай, как у вас вообще тут развлекаются? Куда ходят?

— Понятия не имею, — честно ответил я. — Я развлекаюсь работой только.

— Скучный ты, — фыркнул Илья. — Я вот обожаю тусовки! Может, подскажешь, кто ещё такой тусовочник?

— Не подскажу, — пожал я плечами. — Да и негде здесь тусоваться, это же не Саратов. Один кинотеатр есть, пара кафе. Да и всё, собственно.

Илья приуныл, некоторое время шёл молча.

— Всё равно чё-нибудь придумаю, — уже на подходе к дому заявил он. — Мы молодые, нам развлекаться надо.

— Ну придумай, — пожал я плечами. — Я вот и без этого обхожусь.

Добрался до своей квартиры, попрощался с Ильёй и зашёл домой. С порога меня встретил Гриша с очень виноватым лицом.

— Сань, у нас тут проблема… — начал он.

Нет, нет, нет. Саня уже не в порядке, хватит с него проблем. Ну что, все сговорились, что ли?

— Какая? — выдохнул я.

Гриша молча указал рукой на ванную. Я разделся и зашёл внутрь, ожидая увидеть либо протечку труб, либо засорившийся унитаз.

И увидел огромную рыбину, которая плавала в нашей ванной.

— Это что? — выпучил я глаза.

— Себастьян, — ответил Гриша.

Какой, на хрен, Себастьян⁈

Я смотрел на Себастьяна, Себастьян смотрел на меня. Искра, буря, безумие… Где-то такое уже было.

— Гриша, — повернулся я к другу. — У меня был не самый простой день. Почему, придя домой, я вижу огромную рыбину в нашей ванной?

— Я сейчас всё объясню, — примирительно поднял руки Гриша. — Только давай не здесь, а то Себастьян услышит.

Ну да. Разумеется. Рыба услышит. А-а-а!

Я просто прошёл в комнату, уселся на диван и приготовился к очередной истории. Федя тут же запрыгнул мне на колени и принялся требовательно тереться об руку. Мол, чеши меня, пока мы вместе слушаем этого болвана.

Гриша расположился на табуретке напротив и посмотрел на меня виноватым взглядом.

— Я неспециально, — начал он. — Честно-пречестно!

— Рассказывай уже, — вздохнул я, поглаживая Федю.

Гриша собрался с духом.

— Я сегодня после работы пошёл на рынок, — начал он. — Точнее, Стасе надо было на рынок, а я с ней за компанию. Ну, и что-то на ужин решил взять, нам аванс дали. И подумал, что мы редко едим рыбу. А она же полезна, белок, омега-три, всё такое.

Я молча кивнул, а Федя замурлыкал.

— Стася показала мне, где рыбный ряд, — продолжил Гриша. — Смотрю, там стоят лотки с рыбой. Замороженная, свежая… А в одном прям живая плавает! В таких больших баках, карпы там были.

Он помолчал, потом виноватым тоном добавил:

— И я увидел его. Себастьяна. Он там в баке плавал, такой большой. И красивый. На меня посмотрел.

Я прикрыл глаза рукой. Рука-лицо, самая подходящая реакция. Уже подозревал, что было дальше.

— Да и продавец ещё такой: вот, отличный карп, три с половиной килограмма, свежак, возьмите, не пожалеете, — Гриша развёл руками. — Ну, я и взял. Думал, принесу домой, разделаем, пожарим. Вкусно же.

— Но, — подсказал я.

— Но он так на меня посмотрел! — воскликнул Гриша. — Прямо глазами своими рыбьими! Я его в пакете домой принёс, а он выжил. И вот, лежит в раковине на кухне такой… Смотрит. И я понял, что не могу!

— Что не можешь? — уточнил я.

— Убить его! — драматично воскликнул Гриша. — Саша, ну как я его убью? Он же живой! Он дышит! Он же… Себастьян!

Я потёр лицо руками.

— И Стася тебе то же самое сказала? — усмехнулся я.

— Да нет, она вообще себе там овощей набрала и всё, про рыбу ни слова, — отмахнулся Гриша. — Саш, ну мы же не убийцы!

— Гриша, но ведь рыбу покупают, чтобы есть! — в тон ему ответил я.

Гриша скорчил своё любимое обиженное лицо и скрестил руки на груди.

— Это не рыба, это Себастьян, — упрямо повторил он. — Он хочет жить. Кушать, радоваться жизни. Как Федя, например.

Я посмотрел на своего друга, который так искренне переживал за судьбу карпа. И рассмеялся.

— Почему Себастьян? — сквозь смех уточнил я.

— Ну не знаю, как-то имя сразу к нему пришло, — развёл руками Гриша. — Красивое имя, благородное.

Я смеялся минуту, не мог остановиться. Наконец успокоился.

— Ладно, — сказал я. — Давай думать, что делать.

— То есть ты не будешь ругаться? — обрадовался Гриша.

— Буду, — отозвался я. — Но завтра. Сегодня я устал слишком. Давай лучше рыбий вопрос решать.

— А убивать его не будешь? — прищурился друг.

— Как я могу, это же Себастьян, — развёл я руками.

Гриша спокойно кивнул, а я принялся думать. Вариантов было немного.

Первый — отнести Себастьяна обратно на рынок. Но рынок уже закрылся. И продавец вряд ли возьмёт рыбу назад. Даже если это Себастьян.

Второй — найти кого-то, у кого есть пруд или большой аквариум. И отдать Себастьяна туда. Но я таких людей не знаю, и искать их слишком долго. А без ванной жить не хочется, только недавно она нормальная появилась.

Третий — выпустить в речку. На улице март, но других вариантов нет.

— Надо выпустить его в реку, — заявил я.

— Он замёрзнет! — испугался Гриша.

— Не должен, — покачал я головой. — Карпы выносливые. Они зимуют в водоёмах, зарываются в ил. Сейчас март, лёд уже сошёл. Вода холодная, но для карпа это нормально.

Гриша задумался.

— А ты уверен? — с сомнением спросил он. — Может, лучше кому-нибудь отдать?

— Кому? — спросил я. — У тебя есть знакомые с прудом?

— Нет, — признался Гриша.

— Вот и я о том же, — кивнул я. — Остаётся река. Найдём подходящее место, выпустим.

Гриша помолчал, потом медленно кивнул.

— Ладно, — согласился он. — Только давай точно узнаем, что карпы в марте могут жить в реке. А то вдруг я его убью холодом.

Он обо мне так не переживает, как об этом Себастьяне. Я вздохнул.

— Хорошо, — сказал я. — Пока я готовлю ужин, ты ищи в интернете, где карпы обитают в марте. И заодно узнай, куда его лучше выпустить. Только давай в магазин сначала сходим за продуктами, раз уж рыбный ужин сегодня нам не светит.

Мы оделись, вышли на улицу. Магазин был недалеко от нашей новой квартиры, в пяти минутах ходьбы.

— Саш, ты прости, — по дороге сказал Гриша. — Я не хотел проблему создавать. Просто жалко его стало!

— Ничего, — отмахнулся я. — Уже привык, что с тобой нескучно.

В магазине я взял замороженные креветки, спагетти, сливки, пармезан, чеснок, оливковое масло, петрушку и лимон. Хотел приготовить новый рецепт пасты. Гриша взял большое пластиковое ведро с крышкой и корм для рыбок.

— Это зачем? — спросил я.

— Ну, ему тоже покушать надо, вдруг в реке еды не будет, — объяснил Гриша. — А ведро чтобы его в реку отвезти.

Всё логично.

Вернулись домой, Гриша засел в телефоне, а я принялся готовить.

Поставил кастрюлю с водой на огонь, посолил. Пока вода закипала, разморозил креветки под холодной водой, очистил от панциря и внутренностей. Работа кропотливая, но необходимая, иначе креветки будут горчить.

Чеснок мелко порубил, четыре зубчика. Петрушку тоже нашинковал. Пармезан натёр на мелкой тёрке, грамм пятьдесят.

Когда вода закипела, опустил спагетти, грамм четыреста, на двоих хватит. Варил строго по инструкции на пачке: девять минут, до состояния аль денте. Переваренная паста — это преступление. Особенно в таком рецепте.

Забавно, как со временем я научился хорошо готовить. Когда только очутился в теле Сани, такого навыка у меня не было.

Пока спагетти варились, на сковороде разогрел оливковое масло, три столовые ложки. Высыпал туда чеснок, обжаривал на среднем огне минуту, пока не появился аромат. Было важно не пережарить, горелый чеснок испортит всё блюдо.

Потом выложил креветки. Обжаривал по две минуты с каждой стороны, пока не порозовели. Посолил, поперчил. Выжал сок половинки лимона для свежести.