— Отказалась, — пожала она плечами. — Но не знаю, правильно ли…

Психолог Агапов спешит на помощь.

— Вы не обязаны ему ничем, — мягко сказал я. — Так что просто решайте для себя, хотите — общайтесь, не хотите — сведите общение только к рабочим вопросам. И не переживайте так.

Одновременно направил в неё прану. Вообще её можно было бы и сэкономить, но слишком уж Ирина Петровна волновалась из-за этого случая.

Она заметно расслабилась.

— Спасибо вам, — облегчённо кивнула она. — Я подумаю над этим всем.

Мы обсудили ещё пару вопросов по школе здоровья, и я вышел из кабинета. Как чувствовал, что сюда сегодня надо зайти.

Ради интереса решил сходить познакомиться с самим Игорем Станиславовичем. Ему дали кабинет на втором этаже, рядом с Лавровой. Постучался и вошёл.

Это оказался высокий седой мужчина лет шестидесяти, с белоснежной под стать волосам и халату улыбкой. Медсестру ему пока что тоже не дали, так что он сидел один.

— Добрый день, — поздоровался я. — Меня зовут Агапов Александр Александрович, я врач-терапевт. Решил познакомиться.

— Молодые кадры, всегда рад знакомству, — заявил он, вставая из-за стола. — Игорь Станиславович Григорьев, рад познакомиться.

Он протянул мне руку, я её пожал.

— Рад знакомству, — кивнул я.

— Садитесь, садитесь, — замахал руками Игорь Станиславович. — Я только сегодня вышел, обживаюсь ещё. Кабинет мой за тридцать лет сильно изменился, конечно! Хотя оборудование по сравнению с московским оставляет желать лучшего. Сегодня вручную серную пробку вымывал сам, не делал этого лет десять!

Ну, с этим не поспоришь. Меня ещё всё волновал вопрос, что теперь делать с нашим переездом. Если больница в аварийном состоянии. А нового здания нет. Но пока что этот вопрос, видимо, был не решён. Хотя история Карины об обрушившемся потолке доверие не вызывала.

— Как вам первый день у нас? — спросил я.

— Да всё отлично, уже было несколько человек, — ответил Игорь Станиславович. — Банальные случаи, фарингиты, отиты. Одна женщина с интересной жалобой была, щелчки в голове слышала.

Я кивнул. Эту пациентку к ЛОРу отправил я лично. Сам я диагноз определил, но по правилам лечить его должен был как раз отоларинголог.

— Так евстахиит проявляется, воспаление евстахиевой трубы, — тем временем поучительно продолжил Григорьев. — Труба отекла, вот и щелчки возникают. Я назначил ей сосудосуживающие в нос и антигистаминное.

— Понятно, — кивнул я.

ЛОР откинулся на спинку стула.

— Знаете, у вас терапевты вообще слишком много на себя берут, — внезапно заявил он. — Вот эта женщина же явно с лор-патологией. Зачем её регистратура вообще к вам отправила, если вышел я на работу? Хорошо, что вы догадались отправить ко мне.

— Так по протоколу, — заявил я. — Терапевт — это первичное звено. Мы осматриваем, опрашиваем и решаем, куда пациенту идти дальше.

Игорь Станиславович махнул рукой.

— Формально так, — хмыкнул он. — Но по факту, вы в лор-патологиях же не разбираетесь, так зачем тратить время пациента? Если есть врач моего уровня.

Всё-таки этот новый лор мне совершенно не нравится. Сколько в нём самомнения?

— Я достаточно разбираюсь в лор-патологиях, — возразил я. — Евстахиит я и сам диагностировал. Но по правилам отправил пациентку к вам.

— Молодой вы, амбициозный, — махнул рукой Григорьев. — Но мои тридцать лет опыта в Москве стоят гораздо большего. Я видел всё. Так что мой вам совет, даже не затрудняйтесь с попытками поставить диагноз — просто отправляйте ко мне.

Я решительно встал со стула.

— Спасибо за совет, но я буду действовать так, как считаю нужным, — заявил я. — Осмотр, предварительный диагноз, затем, если надо, к вам.

Слишком уж он самодовольный, не нравятся мне такие.

— Что ж, посмотрим, сколько ошибок в предварительных диагнозах вы совершите, — хмыкнул Игорь Станиславович.

— Думаю, ни одной, — отрезал я. — Мне пора.

И вышел из кабинета. Не знаю, что вообще Ирина Петровна нашла в этом напыщенном индюке.

Вернулся в свой кабинет, занялся заполнением осмотров, инвалидностей и прочего.

— Новости есть про Власова и всю ситуацию? — в перерыве спросил я у Лены.

— Пока нет, мониторю новостные каналы, но везде тишина, — отозвалась она. — Теперь, наверное, надолго затишье настанет. Это же всё не за один день решается.

Раз нет новостей про жену главврача — значит она в порядке. По крайней мере, пока что. Надеюсь, что ей удастся доказать свою невиновность. Я для этого помог ей всем, чем мог.

— Скукотища, за весь день только пару гастритов ко мне прислали, — широко распахнув дверь, заявил Илья. — И ещё два часа так сидеть!

Ещё один человек с отвратительной привычкой заваливаться ко мне в кабинет как к себе домой.

— Ну, дальше будет больше пациентов, у тебя просто первый день, — решил подбодрить его я. — Разобрался в системе?

— Да что в ней разбираться, там всё понятно, — махнул рукой Бумагин. — Любой ребёнок бы понял.

— Ты здесь, падла? — теперь в кабинет ворвался Савинов.

Увидев сидящего на стуле Илью, он накинулся на него и повалил на пол.

— Убью, сволочь! — прокричал он.

Отлично, у меня в кабинете драка. А причину объяснить не хотите?

Итак, Савинов и Бумагин решили подраться прямо в моём кабинете. Бывает и хуже? Да разумеется, это вообще стандартная ситуация.

— Народ, а давайте вы в коридоре подерётесь? — вздохнул я.

Правда, они меня не услышали.

— Урод, я тебя сейчас в порошок сотру! — прорычал Савинов, пытаясь всем телом раздавить Илью.

Илья в свою очередь укусил Савинова за руку, от чего тот взвыл.

— Сам урод, руки от меня убрал! — отозвался Илья.

Понятно, по-хорошему они не хотят. Пришлось разнимать их силой и растаскивать по разным углам кабинета.

— Лена, осмотри, пожалуйста, руку Ярика, обработай, — сказал я растерянной медсестре.

В человеческом рту живёт очень много бактерий, так что укус — очень даже опасное ранение. Сам я уже бегло осмотрел Илью, но у него ничего такого не заметил.

Бумагин и Савинов обменивались гневными взглядами, но я строго загораживал пространство между ними. Во избежание новой драки, вот только этого мне здесь не хватало.

— Теперь рассказывайте, что вы тут устроили, — когда Лена обработала руку Савинова, сказал я. — И без глупостей!

— Эта падла пустила про меня слух! — первым отозвался Ярик. — Только первый день вышел и решил самоутвердиться за мой счёт, да?

— Я просто рассказал то, как было, — отозвался Илья. — Не моя вина, что ты такой придурок.

— Да ну говорите же вы нормально! — прикрикнул я. — У меня нет времени ваши перепалки выслушивать! Вы вообще нормальные? Два взрослых врача дерутся на полу как школьники!

Савинов сложил руки перед грудью и надулся. Илья вальяжно развалился на стуле и начал с интересом рассматривать свои руки. Лена принялась наводить в кабинете порядок.

— Я тебе расскажу, — заявил Илья. — Только это вовсе не лживый слух, а чистая правда.

Он откинулся на спинку стула и усмехнулся.

— И кусаться было вовсе необязательно, — самодовольно добавил он. — Мы с Яриком в одном вузе учились. Ну, он постарше, конечно, но в одной компании тусовались. Вместе на паре тусовок были, отдыхали, выпивали, ну, ты понимаешь.

Савинов побагровел.

— Заткнись! — прошипел он.

— И вот на одной вечеринке, — проигнорировав его слова, продолжил Илья, — Ярик познакомился у нас с девушкой. Красотка такая, все её хотели. Ну а он потанцевал, на уши присел, обаяние включил, деньги достал. Не знаю, короче, как, но она согласилась с ним в комнату пойти. Ну, ты понимаешь.

— Заткнись! — снова повторил Савинов.

Я вздохнул. История мне вообще не нравилась, и ведёт она явно не к счастливому концу.

— Через пять минут она уже вышла из комнаты, — хохотнул Илья. — Вся в блевотине. Этот придурок перебрал с алкоголем — и прям на неё! Ох как она орала!