Я разулся, прошёл в комнату. Там на кровати сидел полноватый мужчина лет пятидесяти, с бледным лицом. Он держался рукой за край кровати.

— Здравствуйте, — поздоровался я. — Меня зовут Александр Александрович. Что вас беспокоит?

— Владимир Семёнович, — представился пациент. — Я в обмороки падаю. Уже третий раз за эту неделю сегодня был. Жена говорит, это ненормально.

— Так и есть, — подтвердил я. — Ненормально. Расскажите, как это происходит, при каких обстоятельствах.

Владимир Семёнович неловко потёр шею.

— Когда бреюсь, — признался он. — Каждый раз, когда бреюсь, теряю сознание. Падаю прямо в ванной. Уже и сидя бриться начал, чтобы падать было не так больно.

Интересный случай.

— Каждый раз, когда бреетесь? — переспросил я.

— Ну да, — кивнул мужчина. — Начинаю шею брить — и в глазах темнеет. И всё, падаю.

Я провёл осмотр, измерил давление — сто двадцать на восемьдесят. Пульс семьдесят два в минуту. Всё в норме. Да и в остальном по осмотру всё было в норме.

Пока делал вид, что считаю пульс на другой руке — проверил праной. Ага, мне ярко подсветился каротидный синус.

Всё встаёт на свои места.

Синдром каротидного синуса. Редкая патология. Но симптомы подходят идеально.

На шее, в области сонной артерии, находится каротидный синус — специальная зона, которая регулирует давление. Когда на неё надавливают, организм думает, что давление слишком высокое, и резко его снижает. Сердце замедляется, сосуды расширяются, кровь отливает от мозга, и человек падает в обморок.

Обычно это происходит при массаже шеи, тугом воротнике, резком повороте головы. Или при бритье, когда человек ведёт станком по шее и случайно надавливает на каротидный синус.

— Владимир Семёнович, покажите, как вы бреетесь, — сказал я. — Я имею в виду, где именно ведёте станком, когда падаете в обморок. Только не нажимайте, разумеется.

Пациент аккуратно показал на правую сторону чуть ниже угла челюсти. Да, именно там и находится каротидный синус.

— Понятно, — кивнул я. — У вас синдром каротидного синуса. Это когда при надавливании на определённую точку на шее падает давление и наступает обморок.

Вместе с женой они уставились на меня.

— Это опасно? — тревожно спросила женщина.

— Нет, — успокоил я её. — Но неприятно. Нужно знать, как с этим жить.

Достал лист бумаги, начал расписывать инструкции.

— Вам нельзя надавливать на шею, — объяснил я. — Особенно в этой области. Не носите тугие воротники. Не поворачивайте голову резко. И главное, не брейте шею станком.

— А чем тогда? — растерянно спросил Виктор Семёнович.

— Электробритвой, — ответил я. — Она не давит на кожу так сильно. Или вообще не брейте шею. Оставьте бороду.

Он кивал, внимательно меня слушая. А я задумался над остальными рекомендациями.

Если обмороки частые — нужно отправить пациента к кардиологу. Решать вопрос об установке кардиостимулятора. Но во-первых, кардиолог у нас Лаврова. Не факт, что она вообще про такую патологию знает.

Во-вторых, установить кардиостимулятор — значит сильно ограничить себя в дальнейшей жизни.

Можно попробовать стабилизировать самостоятельно. И я снова активировал прану.

Так, вот и каротидный синус. Нервные волокна, идущие от синуса к сердцу и сосудам. Они гиперчувствительные. Слишком активно реагируют. И я могу это исправить с помощью своей праны. Аккуратно направив её в эту область тонкими потоками. Стабилизировать нервы. Снизить чувствительность.

Это не вылечит патологию полностью, но вместе с моими рекомендациями сделает её неопасной для жизни.

Синус успокоился, реакция более-менее нормализовалась.

Теперь обмороки будут куда реже, а если пациент послушается моих рекомендаций — их вообще не будет.

— Если обмороки всё равно останутся, несмотря на мои рекомендации — приходите на приём, — добавил я. — Но вообще, если будете всё это выполнять — они не должны беспокоить.

— Спасибо, доктор, — кивнул Владимир Семёнович. — Я уж думал, инсульт какой. Или чего похуже.

— Спасибо! — вторила ему жена. — Большое спасибо! Вот, возьмите!

Несмотря на все протесты, она всучила мне шоколадку. Обычно шоколадки с вызовов я отдавал Косте, он отвозил их дочке. Сам-то я сладкое не ел, даже зависимость свою поборол полностью.

Пока шёл назад к машине, почувствовал сильную слабость. Проверил магический центр… Ну конечно, увлёкся за день и потратил почти всю прану. Надо тратить её более экономно.

Мне хотелось помочь сразу всем, но пока что такой возможности не было. Так что расходовать надо экономнее, планировать её запасы с утра.

На остальных вызовах обошёлся без магии, помог всем по стандартам этого мира. Около пяти часов вернулся в поликлинику.

И в холле первого этажа меня сразу же поймал Колян.

— Саня, здорово! — замахал он мне с другого конца холла.

И хотя в поликлинике уже было не так много людей, на меня сразу же начали оборачиваться. Зараза, надо будет ему сказать, что лучше так не орать на весь Аткарск.

— Привет, — кивнул ему я. — Не кричи только так.

— Сорян, я просто тебя искал! — воскликнул Колян. — Я взял себе дежурство!

Он выглядел таким довольным, словно только что вакцину от рака изобрёл или кругосветное путешествие совершил.

— Какое дежурство? — вздохнул я.

— В стационаре, — отозвался Колян. — Вообще-то там свои лаборанты есть, но тут я попросился, и мне дали дежурство в субботу. Чтобы подзаработать денег. Ну как, молодец я?

Учитывая, что он должен десять тысяч мне, пятьдесят Чердаку… Ну да, хорошее решение.

— Молодец, — усмехнулся я. — Проявил инициативу.

— Вот-вот, — довольно выпятил он грудь. — Слушай, когда мы пойдём с женщинами знакомиться?

Голова сейчас лопнет! Мир, остановись, дай мне хотя бы маленькую передышку без подобных заявлений!

— С какими женщинами? — осторожно уточнил я.

— Ну как? — развёл руками Колян. — Ты обещал, что научишь меня знакомиться с женщинами. Раз Снежана оказалась ненастоящей.

Блин, я, возможно, сказал что-то подобное, просто чтобы его успокоить. Но нет, человек запомнил. А мне вот вообще не до этого.

В этот момент на свою беду мимо нас куда-то проходил Никифоров. О, а вот и решение. Он же как раз мне должен. Использую его самым неожиданным образом.

— Тоха, подойди сюда! — окликнул я хирурга.

Тот с подозрением во взгляде приблизился к нам.

— Чего надо? — спросил он.

— Ты мне должен, помнишь? — спросил я. — И я придумал, как ты можешь отблагодарить меня за мою услугу.

Никифоров покраснел. Ещё бы, лечение от гонореи — это ещё какая услуга!

— Это Колян, рентген-лаборант, — представил я их друг другу. — А это Антон, хирург.

— Мы знакомы, — мрачно сказал Тоха. — Он мне два месяца не мог косарь вернуть.

А, точно. Колян же не только у Сани деньги безвозвратно занимал.

— Тогда ещё лучше, — усмехнулся я. — В общем, Антон, на этих выходных ты поведёшь Коляна учиться знакомиться с женщинами.

— ЧЕГО⁈ — хором воскликнули они.

А по-моему, шикарный план.

— Так, Колян, ты сам просил, — напомнил я. — Тоха, а ты мне должен. Так что всё, никакие возражения не принимаю. Выберете день — и вперёд, навстречу приключениям.

Они уставились друг на друга. Ни один из них не мог ничего возразить. Колян и правда просил, Тоха и правда был должен.

— Можете прямо сегодня сходить, если не хотите выходных ждать, — добавил я. — В общем, договоритесь. А мне пора, работы много!

Я оставил их в холле и поспешил в свой кабинет. Где мысленно станцевал победный танец Гриши. Мысленно — потому что в кабинете всё-таки Лена находилась.

Мы ещё какое-то время разбирались с документами, позанимались бумажной работой и отправились по домам. Лена попросила её не провожать, у неё были какие-то дела. Так что я сразу направился к себе. И меня почти сразу же поймал Илья.

— Слушай, мы ж теперь можем вместе домой ходить и на работу! — радостно заявил он.