— Пуговица, — выдаёт вдруг брюнет, неотрывно смотря на девушку.

— А?

— Пуговица, — переводит Честер взгляд на пол, где лежала маленькая чёрная пуговичка от рубашки директора, которую Харрис зацепила и оторвала.

— Ах, простите, я такая неуклюжая! Сейчас подниму и… — та наклонилась, подцепив пальцами пуговку. Как неудобно-то! Директору, наверно, домой пора уже.

— Теперь придётся пришивать. Как же я поеду домой без пуговицы? — выгибает бровь Честер, вновь глядя своими выразительными глазами на девушку. Интересно, Адам вообще умеет моргать?

— Э-эм, я пришью её! Пройдёмте в гостиную! — указывает Берил на самую большую комнату и направляется туда с мужчиной, вновь извиняясь перед брюнетом.

Шатенка прошла к тумбе, на которой стоял телевизор, и склонилась к дверце. Оттуда достала милую шкатулочку, обклеенную ракушками и стразами, в которой лежал набор для шитья, и, обернувшись на мужчину, замерла:

Адам уже без верхней одежды сидел на диване, обнажив крепкий торс, и протягивал Харрис свою рубашку. Тело мужчины можно было бы сравнить с Аполлонским: широкие крепкие плечи, подкаченные руки и торс, заузоренный чёрными татуировками. Девушка стоит, как вкопанная, думая законно ли вообще быть таким красивым.

— С ума сойти… — озвучивает она свои мысли. — В-вы всегда так быстро раздеваетесь, когда выпадает возможность?

Ещё немного, и сознание девушки покинет тело, не выдержав градус этого горячего мужчины в её в доме. Но Берил качает головой, избавляясь от настойчивых мыслей: робко взяв рубашку, садится на диван, и, пряча свой румянец, принимается за работу. Сейчас как никогда понадобятся навыки из курса шитья. Однако, брать себя в руки оказывается сложнее: от ткани пахнет парфюмом Честера, а сам мужчина сейчас непозволительно близко.

От напряжения Харрис колется иглой уже второй раз, а брюнет, как назло, подаётся ближе, замечая капельку крови на пальце. Адам брови сводит и на Берил смотрит:

— Больно? — и снова этот взгляд блестящих чёрных глаз.

— Немного, — признается Харрис. Поднося пальчик к губам, она обхватывает его, всасывая кровь, как вдруг брюнет берёт фалангу и, совершенно не стесняясь, горячим языком медленно проносится по ранке, внимательно следя за реакцией девушки. Та застывает на месте с иголкой в руке, боясь пошевелиться, однако палец не убирает.

Смотря прямо в карамельные глаза, Честер продолжает держать руку Харрис и нависает над девичьим лицом, вмиг забирая из рук девушки иголку с рубашкой, откидывает их на пол и подаётся вперёд, накрывая своими губами пухлые губы шатенки. Следом на пол падает коробочка со всеми принадлежностями для шитья, а сам мужчина уже полностью нависает над Берил.

Харрис будто каменеет в его руках, широко открыв глаза с осознанием того, что её целует её босс, однако вместо того чтобы оттолкнуть брюнета, Берил кладёт руку на его плечо и слегка расслабляется.

Мягкие губы отвечают на поцелуй, позволяя его углубить. Мужчина заставляет шатенку лечь на диван, а сам держится за его спинку. Он кладёт колено между её ног, вызвав тем самым приглушенный стон в поцелуй, но мозги бьют тревогу, говоря, что нужно остановиться, пока не поздно, и директор нехотя отстраняется от девушки.

— Извини, — говорит он, опаляя горячим дыханием, — разошёлся.

— Нет, — смущённо говорит девушка, выражая свой протест. Как Адам посмел остановиться? — Это я не знаю ч-что на меня нашло, — извиняется, отводит взгляд, но пальчиками продолжает держаться за крепкое плечо, чуть сжимая.

Честер внимательно смотрит пару секунд прежде, чем снова поцеловать Берил, попутно стягивая джинсы с девушки. Если бы та его остановила, мужчина бы и пальцем её не тронул, однако, это не их случай.

Ловкие пальцы директора уже блуждают под бельем, поглаживая набухший клитор, проходятся по всей промежности, пока губы сминают желанные чужие. Сотни мурашек пробегают по спине и груди девушки, а дыхание замедляется, становясь тяжелым. Харрис страстно отвечает мужчине, потираясь о сильную руку и, тем самым, сильнее напрашиваясь на то, чтобы Адам осуществил задуманное. Ох, и всё же, следовало бы выпить. Утром друг другу в глаза без стыда будет не взглянуть.

Пальцы Берил с плеч опускаются на грудь брюнета, нежно поглаживая, а после по торсу ниже. Шатенка тихо скулит в поцелуй каждый раз, когда подушечки пальцев Адама касаются чувствительного места. Пока фаланга пальца мужчины входит внутрь, двигаясь плавно и нежно, он кладёт руку девушки себе на пах и выпускает несдержанный, но тихий стон, когда она мягко ведёт рукой вниз.

Харрис это нравится: его касания, дико бьющееся сердце, горячее тело, трущееся об её. Она поглаживает выпирающий бугорок через ткань брюк директора, а после поднимается выше, спешно расстегивая ремень.

Губы немеют от горячих и глубоких поцелуев, а дыхание сбивается к чёрту. Честер переключается на шею, оставляя влажные поцелуи на коже. Помогая Берил расстегнуть ремень, брюнет вводит второй палец, толкаясь внутрь уже на всю длину, и разводит внутри пальцы, растягивая девушку.

— А-ах… Т-так нечестно, — шатенка стонет, поддаваясь толчкам, а пальчики скользят под белье Честера, обхватывая немаленький орган. Большим пальцем Харрис растирает капельки смазки по головке и оттягивает кожицу.

Адам, выпустив тягучий стон, отстраняется от девушки, блаженно прикрыв глаза. Вынув пальцы из дырочки, он облизывает их, получая свой личный кайф от вкуса Харрис. Адаму уносит крышу окончательно, и он, словно животное, срывает белье с тела под ним и кидает к ковру.

Горячий член мужчины входит внутрь и практически сразу начинает двигаться быстро и размашисто. Честеру хочется так. Ему так надо. Харрис такой расклад устраивает, она прогибается в спинке навстречу Адаму и издаёт писк, когда касается грудью его горячего тела. Отдаваясь приятным ощущениям, шатенка хватается руками за мощные плечи, пока глаза закатываются от удовольствия. Если бы ей сказали, что сегодня вечером у неё будет секс с её начальником, Берил бы громко рассмеялась собеседнику в лицо.

— Ах, Господи… — однако, сейчас, этот вымышленный собеседник от души бы поиздевался над Харрис, которая буквально тает в руках Адама.

Мужчина стонет низким гортанным звуком, вбиваясь в неё грязно и грубо, оставляя багровую отметину чуть ниже мочки уха. Он входит на всю длину, разнося хлюпающие звуки по всей комнате и за её пределами. Тело Берил с каждой секундой становится чувствительнее от несдержанных толчков, и она готова была поклясться, что Адам – не человек. Откуда в нём такая мощная сила и дикая скорость? Откуда эта животная страсть, заставляющая обезуметь? Харрис кричит от наслаждения, поддаваясь навстречу мужчине и просит ещё, пока коготки оставляют на его спине глубокие отметины.

Честеру от этого не больно, он сплетает пальцы с Берил и вновь целует так, что мурашки по телу бегут. В какой-то момент, брюнет подтягивает её за бедра к себе, насадив на член полностью, а сам садится на колени. Он имеет девушку в сумасшедшем темпе, почти не выходит из неё и выбивает последние остатки разума. Адам спускается с ней на руках вниз, меняя позу и заставляя девушку лечь на живот. Мужчина встаёт на колени и входит в лоно снова, держа ту за оттопыренные полные ягодицы.

Растрёпанная шатенка то упирается на локти, утыкаясь лбом о ковёр, и беззвучно что-то бормочет самой же себе, то снова ложится щекой, пальчиками цепляясь за поверхность ворса, и Честеру, наблюдающему за этой дикой и одновременно до безумия красивой картиной хочется запечатлеть этот момент в памяти навсегда. Он надеется, что Берил не больно, но, чёрт, он не готов лишаться этого удовольствия.

— Я н-не могу больше. Это слишком… Слишком приятно, — скулит девушка.

— Тогда кончай, — рычит Адам и резко входит в Берил, сжав ягодицы до красного следа. Он хочет довести ее именно так, а после самому излиться внутри девушки. Без разрешения.

Спустя ещё парочку уверенных и сильных толчков тело девушки рассыпается на миллионы атомов за секунду, и Харрис издаёт последний стон наслаждения, сжимая мужчину внутри. Плоть горит и пульсирует, в голове куча мыслей и ни одной разумной. Честер тянет её за волосы на себя и поворачивает к себе, поглаживая гладкую спину пальцами, пока одной рукой насаживает девушку на себя.