Одновременно с этим показывая новоприобретенной подруге нехитрое заклинания «сушки». Жест активации, магический посыл и на выдохе сушим. Все.

— Хм, — крякнул старик, скрываясь за непрозрачной магической стеной. — Вот вашего брата, целителя, сразу видно. Все четко и конкретно, и никаких сантиментов. Кстати, это ты, что ли у магистра Белова с практики не вылазила?

— Я, — покладисто согласилась я, принимая первую партию мокрой одежды.

— А подружка твоя молчаливая на кого учится желает?

— На мага бытовика, — пискнула Леся.

— Для девушки это дело хорошее, — согласился магистр. — Вот когда ко мне на кафедру девушки идут… Глупости это. Одни приворотные зелья на «превосходно» варят. А вот с остальными — беда. Да и не надо остальное-то им. И не откажешь ведь с обучением. Императорский эдикт, однако.

— Федор Андреевич, а почему бы тогда, приворотные зелья не сделать отдельной специализацией? Факультативной? Как сделали Пространственную магию и перемещение. И пусть себе такие девушки туда идут, а вам, зельеварам, голову не морочат.

— Да пробовали уже, — принимая уже часть высушенной нами одежки печально ответил магистр. — Записываются на оба курса. А учат только один. На зельеварении от скуки ворон считают на соседней крыше здания.

— А зачем им курс Зелий, если учить они его не хотят? — подивилась Леся.

— Так за одни привороты бумага об окончании Маг Универа не предусматривается. Только за Зельеварение. Вот так и приходится бедняжкам страдать, зельеварение учить. Девоньки, ботинки мои просушите первым делом, а то ноги на полу замерзают.

— Уже сушим! — отозвалась Леся, которая этими самыми ботинками и занималась, когда как мне штаны с подштанниками достались.

Спустя несколько минут наша диспозиция поменялась. Теперь мы с Лесей за непрозрачным пологом сушили каждая свою одежду, а магистр сидел с другой стороны и ждал пока мы закончим. Процесс был в самом разгаре, когда вдруг, в комнату отдыха кто-то нагло вломился. И Федор Андреевич, сидящий на страже, промолчал

— Княжич у вас? — голос Архимагистра, перепутать не с кем другим я не могла.

— Нет, — ответил наш страж. — У меня только там две девушки сушатся. — А вы каким образом умудрились, княжича то, потерять?

— Не спрашивайте! Там же пересменка между занятиями началась, — вздохнул Архимагистр. — И, окромя наших мокрых куриц, спасенных, еще девицы образовались. Там такой кошмар начался! Бедный Георг, медом он что ли для них всех намазан? Ведь даже высушить не успели! — и новый хлопок дверью. Похоже, пришедший нас покинул.

— Милые девушки, вы там не заснули часом? — поинтересовался магистр зельевар, которому уже надоело нас ждать, когда самые интересные события мимо проходят.

— Так быстро, как вы, у нас не получится, — ответила я. — Но мы стараемся.

— Прошу прощения, — входная дверь в очередной раз открылась и застенчивый девичий голосок поинтересовался: — Могу я поговорить с княжичем Изерским?

— Вот у него и спросите, как найдете, — отрезал магистр. — И, кстати, вы сушить одежду умеете? А то у меня тут толпа мокрых девушек, которые никак высушить свою одежду не могут. И каждая с княжичем поговорить всенепременно желает.

Вместо ответа раздался спешный хлопок дверью.

— Ну я так и думал, — тихо произнес Федор Андреевич.

Между тем, я одела высушенные чулки и принялась за сушку ботинок. Леся мучилась со своим платьем. Через несколько минут полной тишины вновь раздался хлопок дверью.

— А ну, покажись, невидимка! — строгий сердитый голос нашего стража заставил меня бросить ботинки и выглянуть из-за непрозрачного полога. Леся же, развернувшись и прикрывшись недосушенным платьем, нервно оглядывалась по сторонам.

— Лягушка зеленая! Напугал, — возмутилась я, смотря на знакомую воронку чуть в стороне от входной двери. — Тебя Архимагистр искал.

— А где он сам? — смиряясь с тем что его рассекретили ответила пустота голосом княжича.

— Наверное, бегает по этажам в поисках тебя.

— Простите, Федор Андреевич, а вы умеете отвод глаз накладывать на другого человека?

— Нет, разумеется, — удивился тот шаря взглядом по пустоте из которой шел голос, — я же зельевар. Зачем мне отвод глаз?

— Тогда, простите, но снимать его не буду, поскольку я в магии Иллюзий тоже не силен.

— Рианон! — громко зашептала мне в ухо Леся. — Это что, сам княжич Изерский здесь?

— Ну, да, — спокойно ответила я, вновь приступая к прерванному занятию. Пол в аудитории действительно был холодным и моим ступням хотелось как можно быстрее оказаться в теплых сухих ботинках.

— И ты его что, видишь?

— Нет, конечно. Я, как все целители, вижу его воронку над головой.

— И что, по воронке, вот так просто можно определить кто перед тобой?

— Обычно, нет. Например, моя, твоя и Федора Андреевича воронки ничем друг от друга не отличаются. Немного варьируется цветовой оттенок. Но это заметно только когда мы стоим рядом. По отдельности же такие нюансы не различимы.

— А у княжича что, какая-то необычная воронка? — продолжила сушить свое платье Леся и выуживать из меня интересующие ее подробности.

— Не то слово! — улыбаясь заверила ее я. — У всех очень сильных магов воронка выделяется. Но это надо видеть.

— Понятно, — задумчиво протянула девушка. — Потрогай платье на планке с застежкой? Не пойму уже сухое или еще нет?

— Нет, — заверила я ее. — Сухое таким холодным не бывает.

— Вот же, лягушка зеленая! Я пустая.

— Сейчас досушу второй ботинок и возьмусь за твое платье.

— Ой, а сколько у тебя единиц маг силы? У меня 11.

— Семнадцать.

— Ничего себе! Тебе только одной единицы не хватает до поступления на отделение боевой магии.

— Чур меня! — отмахнулась я. — Мне и без него распрекрасно. К тому же, я не любитель лезть в самое пекло событий.

— Это да, — вздохнула девушка. — Но зато ты бы смогла легко познакомиться с самыми перспективными из будущих боевиков. Представляешь, как это здорово. Ты, и вокруг тебя целая группа боевых магов!

— Прекрасно представляю, — заверила я Лесю. — Я почти со всеми ними уже училась в Маг Школе. Так что мы давние знакомые.

— Ой! А у тебя уже есть парень?

— Еще чего! Только этого мне и не хватало!

— Но почему?

— Оболтусы, неучи, лентяи и зазнайки. А еще все, как один, папенькины сынки! Так что чур меня от такого счастья. Платье давай, — распорядилась я, быстро засовывая ноги в сухие и теплые ботинки.

— Не бывает же так, что все такие плохие? Вдруг там тоже хорошие парни, а ты просто не заметила.

— А еще со временем все люди меняются, — криво улыбнувшись ей в тон ответила я, досушивая планку с пуговицами. — Все бывает. А тебе что, уже кто-то приглянулся? Если так, могу познакомить. Все. Готово. Надевай.

— Поможешь застегнуть?

— Обязательно, — согласилась я. И порадовалась, что сегодня одела кофточку и юбку, и с их застежкой легко можно справиться самой.

— Ваша Светлость, тут Архимагистр сетовал, что ты так и остался мокрым.

— Что, в этот раз, желаешь меня всего раздеть, а не только колет снять? — смеясь спросил княжич.

— С тех пор я несколько подросла, пора уже и твоими подштанниками полюбоваться.

— Кх-кхе-хе-хе! — сдавленно закашлялся Федор Андреевич.

Леся, широко распахнув глаза, стала малиновой. А ее пальцы, завязывающие поясок на платье, нервно задрожали.

— Так это все был коварный план, чтобы полюбоваться на мое исподнее?

— Ну, боевикам стыдиться целителя не пристало. И, вообще, что я там увижу такого нового, что нет у остальных мужчин? А вот узнать, что у тебя за исподнее…

— В каком смысле — что? — возмутился княжич. — Самое обычное!

— В цветочек? В полоску? В клеточку? В крапинку…

— Стоп! Ты что, поспорила на мое исподнее? — возмутился Изерский.

— Нет, ты что! — выходя из-за непрозрачного полога возмутилась я. — За кого ты меня принимаешь? Да и когда бы я успела?