— А раньше ты меня корил тем, что я отродье убийц. — Келеб смеялся легко толкнув собственным плечом о её.

— Ты мне нос тогда сломала, так что мы квиты.

***

— Даэрон, я… — Эрис не могла оправдаться, проглатывая собственные слова, что застыли комом в горле. — Просто закончи это, без лишних и дурацких церемоний. — стоя к нему спиной она зажмурилась когда он дёрнул её, разворачивая к себе. Вместо уготованной смерти она встретила крепкие объятия, на которые моментально отвечала, крепче сжимая тёмную ткань на широкой спине. Предательский всхлип прорезался сквозь рваные вздохи. — Не могу.

— Я знаю, Малютка. Знаю. — он с трепетом поглаживал её по затылку, прижимая к широкой груди за дрожащие плечи. — Тебе надо бежать, покинуть Фескойру. — девушка поднимала покрасневшие, заплаканные глаза на отца пытаясь найти хоть какой-то ответ. — Я обо всём позаботился, прошу, просто беги. Убегай.

— Нет. — отстранялась отходя на шаг назад.

— Эрис…

— Ты не учил меня убегать. — в глазах мужчины мелькало сомнение и пренебрежение от непослушания. Руки Даэрона дрожали и уголки его губ опустились вниз, подчёркивая морщинки. Эрис смотрела на него гордо, задрав голову, словно выигрывала спор.

— Будь, по-твоему, но я не собираюсь смотреть на то, как они тебя растерзают со своей ненавистью. — поднимая её кинжал с земли он рассматривал гравировки которые сам просил сделать на нём, зная, что ей понравится такой подарок. Хорошие воспоминания пронеслись стремительным потоком в памяти командира. — Выживи, любой ценой. — Эрис пыталась противоречить ему, сказать в ответ что-нибудь опровергающее его безумную идею. — Это не просьба. Это приказ твоего командира. — подходя ближе он вручал её оружие, как несколько месяцев назад, но теперь без доброй улыбки и мягкости в голове. Эрис же смотрела в его тёмные глаза и надежда таяла от этого всё быстрее, позволяя поселиться сомнению в голове.

Даэрон делал неспешный замах и девушка избегала его, ныряя под взведённую руку, избегая удара, которого бы и не произошло, ведь сейчас это была лишь обманка, уловка, лишь бы она ушла. Оружие эльфийки было короче, легче и сражаться им против меча — самоубийство, тем более с тем, кто знает все её приемы. Они оба это понимали. Она отступала, ускоряя ход, от чего каждая рана пылала, в лёгких засел ком горькой и необузданной неприязни и отвращения к собственному существу.

Замедляя шаг, и почти вернувшись к изначальной точке, Эрис пыталась вслушаться в окружение, понять примерное расположение остальных и сколько их может быть. Слышала мелкие быстрые шаги, почти бесшумные. Эльфийка вновь смотрела на острые уголки пухлых губ, как ядовито-зелёные глаза так же прожигают её в ответ. Держала парные стилеты, что были лёгче меча и прекрасно подходили для ядов. Стойка была ровной, достаточно жёсткой для девушки её комплекции, но слабые стороны всё ещё оставались — нетерпеливость и тщеславие. Иримэ первая вступала в бой и уходила в сторону, получая ранения по своей же ошибке.

— Ты выбрала неверный путь, моя дорогая Эрис. — вновь пыталась атаковать, делая выпада увереннее и оставляла несколько мелких царапин, что всё равно оказались бы действенны из-за отравы на острие. — Проиграла тем, что не смогла убить очередного врага. Слышала, что ты проявила милосердие, у тебя сердце появилось? — усмехалась, но злоба всё ещё рьяно проклёвывалась в словах и колких фразах. Эрис задевало то, что кто-то принижал её способности и возможности, ведь её приговор был совсем не из-за незавершённой задачи. Иримэ никогда не давались такие задания, она попросту бы умерла через неделю из-за неумения охоты, незнания ягод, грибов и трав или в крайнем случае от обезвоживания. Темноволосая ставила подножку, валила девушку на землю, чувствуя укол её орудия в руку. — Ты… — замах произошёл быстрее чем она успела договорить.

— Закрой рот. Много болтаешь. — Ярко-алая кровь брызнула пачкая и без того негодную и потрепавшуюся форму Эрис. Иримэ хваталась за горло, старалась остановить не прекращаемый поток, но лишь переваливалась на бок, хрипела и начала дёргаться, пока золотистые локоны окрашивались в красный. Надрез было достаточно мал, чтобы она умерла сразу, но и слишком велик, чтобы остаться в живых. — Тебе стоило больше тренироваться, а не трепать языком.

Пока кровь пропитывала землю, расползалась большой лужей по траве, девушка давала себе небольшую передышку, чувствуя жар который сковывал лёгкие. Хватала воздух ртом и это резало глотку, сейчас пить хотелось ещё сильнее чем прежде и организм всё сильнее настаивал на живительной влаге. Яда стало больше и его распространение ускорилось, медленно, но верно организм давал знать о том, что иммунитет не безграничен и сейчас Эрис находилась на пределе между жизнью и борьбой со смертью. Её ноги подкосились, потянув к земле, чему она противилась, делая шаг и стараясь удержаться. Шла не раздумывая, постепенно слыша гул в голове, пыталась отбросить его, но сдавалась, оставаясь на месте, глядя перед собой. Зрение плыло, картинка плохо различалась, но тяжёлый удар пришедшийся в спину немного отрезвил новой порцией боли, когда она прокатилась по земле. Зажмурив глаза она пыталась совладать с непослушным телом, с онемевшими ногами, голосами навязывающими неприятные мысли.

Убийца. Бездарность. Дочь предателей. Монстр. Безумная. Проклятая.

Убийца

УБИЙЦА

УБИЙЦА

Нет, полноправной убийцей она не была и вряд ли бы стала, не сложись так судьба. Она была, как и все остальные — ребёнок брошенный на волю жестокой жизни, у которого нет выбора, права голоса и собственной истории, не написанной чужой рукой. Каждый шрам на спине напоминал ей об этом, доказывал, что она жива и ошибается, как и все, только вот несёт наказание в стократ сильнее.

Раскрывая кварцевые глаза она видела медную макушку, нависшую над ней и как в голубых глазах застыли слёзы.

— Ты убила её, убила Иримэ. — его голос дрожал, но меч в руках он держал крепко, с уверенным намерением расправиться с эльфийкой. Он с силой ударял ногой по рёбрам и она вновь перекатывалась по земле, всё яснее воспринимая происходящее. Мужчина вновь наступал, крупными и уверенными шагами приближался к девушке, что облокачивалась на локти, пытаясь отползти дальше, но всё тщетно. Тяжёлая рука оставила след на щеке, вторая разбила губу, оставляя вкус железа во рту, а с третей кожа неимоверно горела и краснела. — Проклятая убийца. — смех вырвался у неё сам по себе. Она перестала контролировать эмоции, уже не видя в этом смысла.

— Джек, знаешь чего вам всем не хватало? — Джек тяжело дышал, нависая крупной фигурой над ней, выслушивал несвязные фразы льющиеся сквозь безумный смех, будто дал шанс сказать последние слова, прежде чем нанесёт очередной удар в отместку за смерть полюбившейся ему отравительницы. — Хладнокровия. — вновь смеялась ему в лицо, чувствуя металлический вкус во рту, смотрела помутневшим взглядом от слёз накатившихся на глаза, но всё ещё различала движения, силуэт меча, что вот-вот пробьёт грудную клетку.

Эрис до конца пыталась внушить себе, что примет такой исход, что ей совсем не страшно и больно не будет, но тщетно это делать, когда ураган эмоций захлёстывает на самом пороге смерти. Джека покосило из стороны в сторону и он склонился ближе, после вовсе резко падая рядом. Эрис чувствовала как что-то тёплое коснулось кончиков пальцев и поднимая руку она различала алые капли, стекающие по её ладони. Проморгавшись она широко распахивала глаза, пытаясь понять, точно ли это не кошмарный сон и она не умерла. Из головы торчала стрела со знакомым оперением, и отличительными знаками в виде насечек на древке. Ей стало тошно, то ли от яда, то ли от трупа лежащего настолько близко к ней. Высокая фигура стояла перед ней, вновь привлекая внимание ярко-горящими глазами от которых она не отрывала взор. Тянул её за руки, брал под плечо и пытался помочь встать. Делая первый шаг она вскрикнула, сильнее хватаясь за край его плаща и пытаясь не упасть вновь. Огонь в лёгких выбивал остатки воздуха.