— А чего я-то сразу? — искренне удивилась Валентина.

Я просьбу воспринял спокойно, хорошо понимая, что запретить нам посещение, конечно же, никто не сможет, но пользоваться положением лучше не стоит.

— Лиса, ты — дочь Императора. Каждый из работающих и находящихся там безусловно стерпит всё, что мы можем выкинуть. Однако репутация семьи это первое, о чём тебе следует вспомнить, прежде чем что-либо сказать или сделать. Мы уже не дети и каждый промах имеет далеко идущие последствия. Ты и сама знаешь, как бывает непросто нашим отцам договариваться с Советом.

Вероника перевела на пару мгновений взгляд на Свету. Та захлопала глазами и тут же показала, как застегнула рот на замок.

— Ой, ну подумаешь им там что-то не нравится, — возвела глаза к небу Валентина. — Пусть радуются тому, что вообще с ними кто-то считается.

Я давно знаю Веронику и потому едва-едва заметные перемены в мимике могу трактовать правильно — она в гневе.

— Лисонька, а дай я тебе на ушко кое-что скажу…

Довольная предложением, Валентина тут же склонилась и с улыбкой приготовилась слушать. Но губы тот час вернулись к серьёзному положению, а на лице я считал, что в душе у безрассудной Принцессы разверзлась и ширится пропасть. Вплоть до невернувшихся слёз.

— Я… я поняла, Ника.

— Простите меня за менторство, — склонила голову Вероника.

— Ты хорошая, — выступила Агния, блистая глазами. — Буду брать с тебя пример, ведь я теперь тоже представитель рода.

Валентина тут же поплыла от умиления, да и нам всем потеплело в груди.

— Благодарю, Агния, — церемонно ответила Вероника. — Буду приглядывать за тобой.

— Как старшая сестра, да?

Мне кажется, что даже вольфрам бы оплавился от такого.

— Именно так, моя миленькая младшая, — тепло проговорила Вероника.

Уж и не знаю чего там наснимали зеваки, но особые кадры точно должны быть.

Наконец мы пошли по ступеням вниз. Света под нос перебирает все ругательства, которые знает.

— Что случилось?

— Это фиаско, Матус, — тихо отвечает она. — С какого фига их так много. Мы же просто должны были поужинать в ресторане.

— А чего тебе стесняться-то? — удивился я.

— Вот этого! — прошипела она, показывая на форму. — Вырядилась, блин.

— Эй, Свет, — едва слышно проговорил я, состроив максимально похабную мину, — ты, видимо, совсем не разбираешься в фетишах парней. Ты сейчас особенно хороша.

Она посмотрела диким взглядом.

— Без шуток?

Я сыграл бровями и чуть не взорвался от хохота — такая роль явно не по мне. Свету тоже взял смех и она расслабилась.

Приезд двух самых знаменитых дочерей в Империи не мог оставить ресторан в покое. Вероника мгновенно перехватила инициативу и велела персоналу не делать из этого событие. Простой столик на большую компанию.

Сидящие в зале тоже быстро заметили высоких гостей. Шелест удивления прокатился по столикам, но быстро стих. Всё же здесь ужинают наиболее степенные посетители.

Вероника объявила, что оплатит общий счёт и нам не нужно скромничать, на что сначала Света, а за ней и Агния отказались принимать подарок — им хотелось оплатить самим, благо денег с продаж комикса хватает. Вероника спорить не стала, но поставила условие, что общую сумму поделить на пять и примет с каждой девушки по равной доли.

Советы по выбору блюд даёт Валентина, я стараюсь не смотреть на впечатляющий ценник, хорошо понимая, что тех карманных крох, что могу выделить, хватит разве что на чашку неплохого чая или кофе.

— Мне казалось, — тихо проговорила Вероника, — что после Золота Симфонии, ты избавился от робости при заказах.

— Пока прихожу в себя от цен.

— Может, я чего не помню, Матус, но в том меню цифры позначимее, разве нет?

Я полюбовался таинственной и по-доброму ироничной улыбкой на лице Вероники.

— Кажется, что на тот момент я не совсем понимал их истинную величину.

Можно сколько угодно наблюдать за тонкой игрой мимики на её аристократическом лице — бровь вздрогнула, приподнявшись.

— Скорее развей шальные мысли в моей голове, Матус, неужели ты стал отцом и вышел на работу?

Я чуть не взорвался от смеха, подобно дракону, меня обуяло желание исторгнуть вопль хохота.

Переварив это, я вытер выступившие слёзы и говорю:

— Понимаю, конечно, что где одна реальность, там и вторая. Может быть я даже скрыл от вас, что ещё одна Богиня позвала в свой мир, а там я и отец, и работу работаю, но нет. Хвала Богам.

— Хи-хи! Забавно. И всё же, Матус, я бы хотела, чтобы ты не думал о цифрах в моём присутствии. Это возможно?

Сначала я окунулся в фиалковый омут, а чтобы не потерять связь с миром, опустил взгляд ниже — на алые губы. Сглотнул.

— Я постараюсь. То есть, сделаю. Больше не буду.

Вечер грозил быть настолько фантастически хорошим, что у меня само собой на лицо выплывала улыбка. Но планы вдруг резко обрушились — стоило нам радостно встретить заказанные блюда, как воздух над столом прорезала щель, повеяло жутким холодом и даже исходящий паром секунду назад кофе, начал стремительно замерзать, покрываясь инеем.

— А вы, я смотрю, веселитесь? — раздался знакомый голосок.

— Время до возвращения ещё есть, Рейвиолла, — с не меньшим льдом в голосе, произнесла Вероника. Я почувствовал, как заволновалось магическое поле вокруг неё.

— Мне кажется, что вы слишком легкомысленно относитесь к нашей игре. Вас надо проучить.

— Мы вернёмся в срок, как и обещали.

Я взволнованно повернулся в сторону Светланы — замерла с остекленевшим взглядом. На нашу же четвёрку чары не распространились. Зал затянут плёнкой огромного мыльного пузыря; звуки доходят приглушенные и размытые.

— Что-то слабо верится, — язвительно бросила Богиня из мерцающей щели портала. — Я слышала, как вы обсуждали, что не вернётесь.

— Мы можем обсуждать всё, что угодно, Рейвиолла, — ровным голосом ответила Вероника. — Мы вольные существа и можем обсуждать, что угодно. Но делать и говорить — это разные вещи. Поэтому, прошу, прекрати портить нам вечер и потерпи ещё немного. Через два часа мы будем готовы.

— Не верю! Особенно тебе. Хочу, чтобы вы были более серьёзными. Я вам всем покажу, что будет, если не станете играть со мной. У твоего папы есть какой-то там центр. «Ореол». Сейчас там появится демон.

— Нет, стой! — закричала Вероника, мгновенно потеряв спокойствие. Лицо исказилось от ужаса.

Портал быстро растворился, а за ним и пузырь. Посетители как ни в чём ни бывало продолжают есть.

— Мерзкая, дрянная шмакодявка! — выругалась Вероника, хватая со стола смартфон. На втором гудке вызов приняли: — На «Ореол» сейчас нападёт демон… Я буду, как только смогу, — взволнованно проговорила она, и затем уже обратилась к нам: — Бежим к машинам!

Я подскочил вместе со всеми. Света так и не пришла в себя и не понимает, что происходит.

— Прости! — обернулась Вероника. — В городе чрезвычайное положение. Насчёт оплаты не переживай, я попрошу выставить счёт семье.

Вероника выбросила магический сгусток, чтобы отвлечь от происходящего остальных посетителей. Официант же беспрекословно принял условия.

— Ника, портал? — бодро предложила Валентина, всем видом излучая боевую ярость.

— Не отработано ещё… Чёрт! — выдохнула Вероника. — Надо было догадаться…

— А вдруг она соврала? — предположил я.

— Нет, Матус, мерзавка действительно это сделает… если уже не сделала.

Вадо заметил нас первым и тут же вышел из лимузина. Следом за ним насторожились бойцы военной полиции.

— Срочно в «Ореол», — приказала Вероника водителю. — Слушайте меня! Именем семьи Исинн, сопровождайте этот автомобиль с сиреной. Расчищайте путь! В исследовательский центр «Ореол».

— Есть! — откозырял рослый боец в чёрной форме. — Синичный район?

— Да, — ответила Вероника, уже открывая дверь.

Я кинулся на переднее сидение, пока девушки садятся. Уже в салоне оглянулся на Агнию: она не проронила ни слова, старалась поспевать пока мы бежали, да и сейчас напряжена и крепко сжала кулачки. Встретились взглядами, и я постарался ободряюще улыбнутся. Больно от того, что ей приходится во всём этом участвовать.