— Матус! — возмутилась Вероника, тоже прервав трапезу из бутерброда с козьим сыром. — Неужели ты забыл чем всё кончилось в прошлый раз?

— Ой, простите! — тут же вспыхнула Агния. — Что-то я действительно не о том думаю.

— Да не виновата ты ни в чём, — поспешил с комментарием я, — моё же предложение было. Вероника права, но что нам теперь, стать заключёнными здесь? Договаривались же. Просто надо с Рейвиоллой обсудить сразу, что того раза было достаточно. Мы не дураки и всё понимаем…

Раздался треск и воздух наполнился знакомым ароматом, только ещё и с цветочно-медовыми нотами. В радиусе полуметра от портала трава мгновенно замёрзла и покрылась инеем.

— Слушаю, — провозгласила Богиня, вышагнув из расширяющегося светового пятна.

— А что не на на грифоне? — растеряно поинтересовался я, озвучив первое, что пришло на ум.

— Это долго, — сморщилось её личико, — не хочу.

— Приветик! — помахала ручкой Агния.

— И тебе, — улыбнулась Рейвиолла, а нечеловеческие глаза засветились золотым.

— Прости за беспокойство, — сложила перед грудью ладони Агния, — это из-за меня. Просто очень захотелось порисовать, вернуться в студию, взять в руки перо…

— Если хочешь, то я просто перенесу студию сюда, — тут же ответила Рейвиолла. — Или скопирую.

— Ух ты! Хо… — было обрадовалась Агния, но осеклась. — Прости, но тут мы команда и я не хочу обременять других, пока буду рисовать. Это обычно долго длиться. Иногда с утра до обеда, иногда до ужина, а порой и до ночи.

— Я понимаю, — заявила Богиня и обвела нас взглядом. — Думаю урок вы усвоили, так что разрешаю снова побывать в вашем мире.

О, мне даже без новых чувств понятно, что твориться сейчас с эмоциями Вероники, а уж с ними так вообще… и всё же она выжидает.

Валентина же продолжает планомерно уничтожать еду выложенную на траву, переводя колдовской взгляд зелёных глаз с говорящего на говорящего.

— У меня есть задумка, — поделилась Агния, — хочу нарисовать нас, этот мир и тебя тоже.

— Меня⁈ — удивилась Рейвиолла.

— Конечно же! Не хочу раскрывать весь план, но это будет большой рисунок.

— Так, мальчишка! — топнула босой ножкой Богиня. — Что ты там говорил про выполнение задания?

— Ну, — призадумался я, снова прикидывая сколько это займёт времени, — когда отдадим оброк, наверное…

— Нет, — сморщила она личико, — ты ошибаешься, думая что там всё будет быстро. Идите после того, как завершите основные задания здесь.

Растеряно, я посмотрел на Веронику, и, пожав плечами, говорю:

— Ладно.

— Только давайте быстрее — я хочу скорее увидеть рисунок! — гневно скривилось её личико. — М, иди сюда, кое-что скажу на ушко.

Агния поднялась с травяной кочки и подошла. Вблизи они довольно похожи: обе светлые, одинакового роста и очень миленькие. Рейвиолла обнажена, поэтому ещё и за счёт худобы смотрится меньше, а на Агнии жреческая мантия и посох в руке, однако, оденься они одинаково, либо же обнажись — ну точно сестрички, если не близнецы.

Богиня лукаво посмотрела на меня и начала что-то нашёптывать. Буквально с нескольких слов личико Агнии обагрилось румянцем. Произнесено было нечто ну очень смущающее — такой густой краской залило лицо.

— Хорошо, — едва слышно выдохнула Агния, — спасибо!

— Тогда жду, — весело отозвалась Рейвиолла. — Ну всё, увидимся.

Портал снова разорвал пространство и хозяйка этого мира покинула опушку.

Агнии потребовалось немного времени, прежде чем обернуться. Мы старательно отводим глаза, разве что Валентина, не обременённая тактичностью, шумно проглотив кусок мяса, спрашивает:

— А что она сказала?

Агния обернулась, по-прежнему напоминая помидор, но во взгляде читается решительность — обожаю эту её черту.

— Можно мы пока не будем это обсуждать? Вы всё равно увидите и поймёте.

У Вероники дрогнули губы, я же сдерживать смех не стал, а следом поддержала Валентина, всё ещё не понимающая что к чему.

— Без проблем, — показал я ей большой палец, — как скажешь.

— Я очень благодарна вам, — выпалила Агния.

Мы с Вероникой умилённо переглянулись и дружно кивнули.

— Ладно, — хлопнул я по коленям, — увидим, значит увидим, а вот что касается остального, то я в масштабнейшем удивлении, если честно…

— М-м? — одарила чарующим взглядом Вероника.

— Ну это… — не нашёлся сразу я, — во-первых, вообще — появилась опять из воздуха, а мы ведь просто обсуждали. Можно сказать слово обронили. Во-вторых, задание это с наместником… я же, помните, говорил, что оно нужно лишь для расширения географии наших приключений? Во-о-от, а, выходит, что там уже целая ветвь нарисовывается. Сначала ситуация с разбойниками, теперь, вот, Рейвиолла говорит, чтобы не надеялись на скорое его завершение… думаю, нас ожидает нечто эпичное.

— Ты больше рад этому, или встревожен? — с полуулыбкой спросила Вероника.

— Сам не знаю, — отозвался я с нервным смешком. — А ты что думаешь?

Беззаботно рассматривающая облачка Валентина, оживилась и обратила взгляд на подругу.

— Много чего, Матус, — мягко улыбнулась она. — Не могу сказать, что тут интереснее, чем в Симфонии: там у меня много дел и скучать не приходится. Хотя бы тот же поиск артефактов…

Её прервал знакомый голосок:

— Хоть ты и не нравишься мне, но если не будешь всё портить, я перечислю тебе все места в вашем мире, где есть эти штуки, которые ты ищешь.

На лице Вероники не дрогнул ни один мускул. Идеально выверенным тоном она отвечает:

— Интересное предложение, я подумаю.

Ответа от Богини не прозвучало.

Ситуация обязывает, поэтому я удержал поток радости. Попытался передать эту бурю взглядом и по новым каналам чувств, что теперь есть между нами с Вероникой. Она тут же вернула взгляд, кажется, мне удалось поделиться.

Иногда я узнаю в Валентине себя, разве что на ней совершенно нет оков в поведении, а у меня полно и они лишь иногда выпускают погулять. Это выражается в том, что я пру, как тот кабан из леса, при первом знакомстве со Стриодеалом, то есть дурной и упрямый. Эти мысли возникают когда в очередной раз впечатлительное нутро получает порцию внимания от Вероники, и я думаю — она мягко, тактично и мастерски направляет мою энергию по верному вектору, отчего не случается ничего плохого. В это же время, в голове холодным звоном наступает осознание, что силы натуры Вероники хватило бы, чтобы полностью завладеть мной. Размазать мою личность по полю дикой впечатлительности и тем превратить в вечного слугу. От таких мыслей часть меня даже проникается трепетом, а потом замирает в ожидании. Но одой величию её натуры служит то, что она не пользуется этой возможностью. Я как никто знаю и много раз видел, как могла бы она частичку за частичкой поработить всю Империю — шутка ли, что сама Принцесса готова смирять распущенный нрав перед Вероникой… а тут я или сотни других учеников Бастиона. Это всё равно случилось — я взялся служить ей, но строго по доброй воле и потому счастлив. Мне очень хочется снять хоть толику груза с прекрасных плеч.

Мы выступили на запад. Небо сново радует вечерними красками, а с этой стороны Захолменской, вдобавок, видно ещё и башню колдуна. С массивным основанием и хозяйственными постройками, она тянется на внушительную высоту и мерцает навершием. Конечно это не небоскрёбы Ружияра, но выглядит очень красиво. Действительно, как и сказал отец Лин: «Голодно и красиво».

Стрелка задания сначала завела в редкий лесочек со множеством кустов с ягодами, а потом привела на склон высокого холма. Лес стал гуще, и вот, как и говорил отец Лин, буйные кусты смородины скрывают небольшой вход в пещеру. Мы быстро отбились от пяти гигантских комаров, что повылетали изнутри и полезли внутрь сами.

— Пещера, как пещера, — заключила Валентина, — низкова-та только.

— Обычно они имеют тенденцию к расширению, — отметила Вероника.