«Жмот!»

Я обошла Эли и прижалась грудью к его спине, чтобы спрятаться от ветра.

— И что дальше? — спросила я.

— В смысле?

— Нам дадут новый автобус и мы продолжим, как раньше? — Я взвизгнула, когда ледяной порыв ветра ударил в спину.

Эли засмеялся.

— Вот почему я тебя люблю, Криволапа. Ты всегда готова к чему угодно, и плевать на детали.

— И именно поэтому я постоянно попадаю с тобой в неприятности. — Я фыркнула в его плечо.

В детстве Эли говорил «пошли», и я шла, не задавая вопросов. Мое доверие к нему было безгранично. Конечно, нам доставалось, если мы слишком долго отсутствовали дома или делали то, что не следовало, но оно того стоило.

Глянув через плечо, он улыбнулся.

— Организаторы тура предоставляют транспорт и проживание в отелях.

Я кивнула. На самом деле мне было все равно, будем мы опять жить в автобусе или нет, но идея о нормальном душе и сне в настоящей кровати вдохновляла.

— У меня будет отдельный номер?

— Будешь жить со мной, — подмигнул Мейсон.

— Тогда я сплю в коридоре.

Эли захохотал.

— Чувак, после того раза я бы с тобой жить тоже не захотел…

— Я спал, — перебил его Мейсон.

Эли махнул рукой и продолжил:

— В прошлом году мы жили в одном номере во время тура. Как-то ночью я проснулся из-за того, что этот придурок дрочич на соседней кровати. Я орал, но он не просыпался, пришлось запустить в него телефонным справочником. С тех пор я доплачиваю, только чтобы не оказаться с ним в одном номере.

— Я спал, — снова повторил Мейсон.

— Как скажешь. Но в этот раз у всех будут отдельные номера. Надеюсь, я подцеплю австралийку и…

— Заткнись! Не хочу знать. — Я теснее прижалась к его спине.

— О чем ты не хочешь знать? — спросил Саши.

Мне пришлось подставить лицо ветру, чтобы посмотреть на него. Саша тоже утеплился — надел ярко красную толстовку с капюшоном.

— О сексуальных похождениях Эли, — ответила я.

— В этом я тебя не виню. — Саша улыбнулся, окинул меня взглядом и нахмурился. — Где твоя куртка?

— У меня ее нет. — Я поежилась. — Никто не предупредил, что тут так холодно.

Саши поставил рюкзак на асфальт, стащил через голову толстовку и протянул мне.

— Держи. Не хочу, чтобы ты заболела. — Правый уголок его рта приподнялся в мягкой улыбке.

«Благослови небеса этого милого заботливого парня!»

— Спасибо! — Я проворно натянула толстовку. Она была большой, теплой и пахла Сашей.

Просто идеально.

Кивнув, Саша скрестил руки на груди. Темные полосы татуировки выделялись на фоне белой футболки. Он был невероятно красив, и безразличие к своей внешности лишь добавляло ему привлекательности.

— Ты не замерзнешь? — спросила я.

— Тут не так уж и холодно.

— Ох, простите, меня мерзлячку, добрый сэр. — Я игриво закатила глаза. — А если серьезно, то спасибо еще раз. Ты настоящий джентльмен.

Эли, очевидно, заскучал, потому что через секунду мою шею сдавил его локоть.

— Спи, Габи, — хихикнул брат, напомнив, как в детстве отрабатывал на мне разные борцовские приемы, и в частности этот «усыпляющий захват». Правда он так и ни разу не сработал.

Я попыталась выкрутиться, чтобы укусить его руку, но Эли успел отстраниться, попутно дернув меня за ухо.

Мы все развернулись, когда к тротуару подъехал большой белый микроавтобус с прицепом. Из него выпрыгнул парень — видимо организатор тура по Австралии, и пошел к нам. Винс, так он представился, быстро засунул нас в автобус вместе со всеми пожитками, и в результате я ехала до отеля в тесном соседстве с Картером и Горди.

Я смотрела в окно, но не видела ни одного кенгуру, и, в принципе, окрестности города Перт (п.п. крупнейший город и столица штата Западная Австралия) напомнили мне Техас, в котором, кстати говоря, тоже не встретишь ковбоев на каждом шагу.

Винс рассказывал, где можно поесть поблизости и какие места лучше обходить стороной, но я слушала вполуха. Наконец мы не остановились у обычного на вид отеля, и Джулиан помог мне дотащить чемодан до лобби. Винс раздал нам ключи, и оказалось, что наши номера на разных этажах. Половина на первом, остальные — на втором. Мой была на одном этаже с Мейсоном, Горди, Джулианом и Катером.

— Уверена, что не хочешь жить со мной? — спросил Мейсон.

Я отперла дверь номера и придержала ногой.

— На все сто.

— Если передумаешь…

— То пойду спать к Горди.

Мейсон поджал губы и мигнул своими прекрасными голубыми глазами.

— Могу и подождать до нашей брачной ночи, если хочешь.

Я протолкнула чемодан в номер, высунула голову в дверь и послала Мейсону воздушный поцелуй.

— Ты такой внимательный. Спасибо за понимание.

Я захлопнула дверь и огляделась. Номер был маленьким, но жаловаться я не собиралась.

Достав из чемодана чистую одежду, я пошла в душ и долго стояла под горячими струями, смывая с себя грязь — мы летели в Перт с двумя пересадками.

Я как раз облачилась в свои любимые леггинсы с хэллоуинскими тыквами, когда постучали в дверь.

— Кто там? — крикнула я, надевая черную майку.

— Саша, принцесса.

Появление Саши на пороге моего номера объяснялась просто — голод. Последний раз мы ели еще в самолете. Парни собрались поесть, и он зашел позвать меня. Я быстро переоделась, хотя Саша утверждал, что я очень мило выгляжу в леггинсах, и мы спустились в лобби.

Заметив, что Саша снова одет не по погоде, я предложила вернуть толстовку. Никто не расстроится, если я простыну и потеряю голос, но если он потеряет свой, то я могу поплатится жизнью. Саша отказался, повторив, что он морозоустойчивый.

Винс — организатор австралийского тура, говорил, что рядом с отелем есть приличный ресторанчик. В него-то мы и пошли.

— Эй, Криволапа, можно мне кусочек? — Мейсон протянул руку через стол.

Я откусила бургер и передала ему.

Эли, как обычно не спрашивая, отпил “Колу” из моего стакана, а Горди стащил картошку фри с моей тарелки.

Саша, видевший все это, удивленно приподнял бровь.

— Если хочешь, я и тебя угощу, — предложила я, когда Мейсон вернул мне бургер.

Саша усмехнулся.

— Я бы не отказался, но, похоже, у тебя и так съели половину.

Я пожала плечами.

— Вот почему не рекомендуют кормить бездомных животных.

Эли ущипнул меня за ягодицу, а Горди за предплечье. Я закрутилась на стуле, шипя и шлепая их по рукам.

Парни на другом конце стола, как по команде, повернули голову. Сначала я подумала, что их привлекла наша возня и не обратила внимание — мне было интереснее отомстить Горди, а потом услышала, как кто-то из них спросил:

— Как думаете, какого они размера?

Я точно знала, размер чего они обсуждают, поэтому инстинктивно напряглась. Они начали смеяться, я словно опять вернулась в тот вечер два года назад, когда мои пьяные балбесы обсуждали с другими парнями размер моей груди.

Я старалась не слушать, но…

— Я бы с удовольствием засунул между ними нос…

— Нос? Я бы засунул между ними кое-что другое…

Я неловко почесала бровь и вздохнула. В конце концов, они не делали ничего из ряда вон выходящего: все парни болтают о таком, и все девушка — я не исключение — периодически обсуждают горячих парней.

— Они, вроде бы, ненастоящие? Как думаете?

Я не узнала голос того, кто это спросил, но по-настоящему занервничала. Эли подтолкнул меня, заставляя посмотреть на него. В его глазах и в том, как он поджал губы читалось беспокойство. Беспокойство за меня.

— Все телки с силиконовыми сиськами, которых я встречал, были шлюхами, — ответил кто-то.

Вилка выпала у меня из рук, кровь прилила к голове так, что в висках застучало. Какое право он имел унижать меня? Он не знал, как я мучилась почти десять лет из-за того, что одна грудь у меня была размера «А», а другая «С». Не знал, сколько я плакала, сколько пеняла на судьбу, спрашивая: почему я? Не знал, какого это — ненавидеть свое тело и панически бояться, что кто-то заметит твое несовершенство.