- Но ... Миша не пустит.

Я посмотрела на охранника. Он стоял к нам спиной, что-то слушая в наушник.

- Миша занят. И вообще, мы же не из клуба уходим, а просто спускаемся вниз. На пять минут! Ева, ну пожалуйста! - во мне говорила обида и алкоголь.

- Ладно, - сдалась она. - Но только быстро! И я иду с тобой, нам нужны еще коктейли, а официанты сюда не торопятся.

Мы проскользнули мимо Миши, пока он, нахмурившись, отвернулся к рации.

Музыка оглушала, басы ударили в грудь, выбивая дурные мысли. Я вошла в толпу, закрыла глаза и начала двигаться.

Я танцевала так, словно это был последний танец в моей жизни. Я выплескивала в движениях всю свою боль, обиду на Игоря, непонятную тягу к Арсению Викторовичу и эту дурацкую ревность к незнакомке в красном. Я чувствовала на себе взгляды мужчин. Липкие, жадные.

- Юля, не отходи далеко! - крикнула Ева, пытаясь пробраться к бару.

Но я уже не слышала. Музыка унесла меня.

Внезапно чьи-то руки легли мне на талию.

Я открыла глаза, думая, что это кто-то из назойливых ухажеров, и сейчас я его отошью.

Передо мной стоял незнакомый мужчина. Крупный, с холодным, злым взглядом.

- Потанцуем - он не спрашивал. Он прижал меня к себе.

- Отпустите! - я попыталась вырваться, но его пальцы впились в мои бока как клещи.

- Не дергайся, - прошептал он мне на ухо. - Иди к выходу. Тихо. Иначе твоя подружка пострадает.

Я оцепенела. Ева? Я нашла взглядом Еву у бара. К ней тоже подошли двое мужчин. Она что-то кричала, пытаясь отмахнуться.

Паника ледяной волной накрыла меня с головой. Я вспомнила слова Евы про «неспокойные времена» и «трудности» у папы. Господи, какая же я дура!

- Помогите! - закричала я, изо всех сил ударив мужчину каблуком по ноге.

Он зарычал от боли, но хватку не ослабил.

- Заткнись, сука!

Последнее,что я увидела это занесенный кулак. Попыталась увернуться, но не успела.

Удар пришелся в висок. Острая вспышка боли и свет погас.

Последнее, что я услышала перед тем, как провалиться в темноту, был нечеловеческий, дикий рев Арсения Викторовича, от которого застыла кровь в жилах.

Сознание возвращалось медленно, словно я всплывала со дна глубокого озера. Висок пульсировал так, будто внутри черепа забивали гвозди.

Я с трудом разлепила веки. Потолок был высоким, с деревянными балками. Я лежала в огромной кровати, утопая в подушках. Белье было темно-синим, шелковистым и прохладным. Я попыталась приподняться, но комната качнулась.

- Где я? - прошептала я в пустоту.

Я резко села, игнорируя тошноту. Осмотрела себя. Мое черное платье исчезло. На мне была простая серая футболка, явно мужская. Она была мне велика и пахла Арсением Викторовичем. Паника холодными щупальцами сжала горло. Кто меня переодел? Где я нахожусь?

Дверь тихо отворилась. Я вздрогнула и натянула футболку на колени.

Вошла женщина лет пятидесяти в строгом платье. В руках у нее был поднос.

- Ох, вы уже проснулись, - улыбнулась она доброй, но сдержанной улыбкой. - Как самочувствие? Голова кружится?

- Кто вы? Где я? - мой голос дрожал.

- Меня зовут Ольга, я экономка. Вы в доме Арсения Викторовича. За городом. Вам нужно поесть, вы потеряли много сил.

Она поставила поднос на тумбочку. Куриный бульон, тосты, стакан воды и какие-то таблетки.

- Мне нужен мой телефон. Где Ева? Она была со мной!

- Ева Арсеньевна в безопасности, ее увезли в другое место, подальше от города. С ней все хорошо, не волнуйтесь. А - Ольга отвела взгляд. - Вашего телефона здесь нет.

- Тогда дайте мне позвонить со своего!

Ольга вздохнула, словно говорила с капризным ребенком.

- Юля, послушайте. Арсений Викторович дал строгие указания. Вам нужен покой. Он скоро приедет и сам все объяснит. Поешьте, пожалуйста.

Она вышла, и я услышала характерный щелчок замка.

Меня заперли?! Я бросилась к двери, дернула ручку. Заперто.

Подбежала к окну, отдернула плотную штору. За стеклом была ночь. Я увидела ухоженный двор, высокие сосны и забор с камерами видеонаблюдения, по периметру ходили люди в черной форме.

Прошло около часа. Я сидела в кресле, обхватив колени руками, когда замок снова щелкнул. На этот раз уверенно, резко. Дверь открылась, на пороге стоял Арсений Викторович.

Я вжалась в спинку кресла. Он выглядел пугающе. Белая рубашка была расстегнута, рукава закатаны. От него исходила волна такой мощной, давящей энергетики, что мне захотелось стать невидимой.

- Проснулась, - его голос был хриплым.

– Вы - я вскочила на ноги, стараясь выглядеть уверенно, хотя колени дрожали. - Что происходит? Почему я здесь? Почему меня заперли? Где моя одежда?!

Арсений медленно отлип от двери и шагнул ко мне.

- Твоя одежда была в крови.

- В крови? В чьей крови? Арсений Викторович, вы что, убили кого-то? - я отступала, пока не уперлась бедрами в подоконник.

Он остановился в паре шагов от меня. Его взгляд скользнул по моим ногам, скрытым лишь длинной футболкой, и я увидела, как его зрачки расширились, почти затопив радужку чернотой.

- На тебя напали. Люди, которые хотят навредить мне, решили использовать тебя и Еву как рычаг давления.

- Я тут при чем? Я просто архитектор!

- Ты была с моей дочерью. Этого достаточно.

- Отлично! Спасибо за информацию. Теперь я хочу домой. Вызовите мне такси.

Арсений горько усмехнулся. Он подошел вплотную. Я чувствовала жар, исходящий от его тела.

- Твою квартиру взломали час назад. Там устроили погром. Те, кто не смог забрать тебя из клуба, поехали по твоему адресу. Если бы я отвез тебя туда - он замолчал, и желваки на его скулах заходили ходуном. - Ты была бы уже мертва.

- Болит? - он протянул руку и неожиданно нежно коснулся моего ушибленного виска.

Я дернулась от его руки, но не отошла.

- Немного.

- Тебя осмотрел врач, пока ты была без сознания, сказал легкое сотрясение.

- Арсений Викторович, - я подняла на него глаза. - Что мне теперь делать?

- Жить здесь, - твердо ответил он. - Пока я не решу эту проблему, ты будешь жить в моем доме. Под моей охраной.

- Как долго?

- Столько, сколько потребуется.

- А если я не хочу? Я видела вас в клубе с той женщиной. У вас своя жизнь, у меня своя. Может надо пойти в полицию!

При упоминании женщины глаза Арсения сверкнули недобрым огнем. Он шагнул еще ближе, практически вжимая меня в подоконник. Его руки легли на подоконник по обе стороны от меня, запирая в ловушку.

- В моем мире полиция ничего не решает. А насчет женщины - он наклонился к моему уху, его дыхание опалило кожу. - Не думай о ней. Для меня не существует других женщин. Теперь - только ты.

- Что? - я замерла.

- Ты моя ответственность.

Он уже взялся за ручку двери, но остановился, словно вспомнил что-то важное. Обернулся, и его взгляд стал немного мягче.

- Я понимаю, что сидеть в четырех стенах невыносимо, особенно для такой деятельной натуры, как ты. Поэтому мы поступим так. Твой ноутбук из офиса доставят завтра утром. Ты продолжишь работать над нашим проектом.

- Работать? - я удивленно моргнула. - В таком состоянии? В плену?

- Не в плену, а в безопасности, Юля. Разницу ты поймешь позже. Это отвлечет тебя от дурных мыслей. Я оборудовал для тебя рабочее место в библиотеке, там отличный свет.

- А Ева? Я смогу с ней поговорить?

- Ева сейчас в надежном месте, далеко отсюда. Через пару дней я дам тебе с ней поговорить. Ей пришлось спрятаться так же, как и тебе, чтобы и до нее не добрались.

Я кивнула. Если Ева тоже прячется, значит, угроза реальна.