– Мы вам чрезвычайно признательны, – ответила Эмма, – но…

– Но, – подхватил сэр Уильям, – мы были вполне довольны обществом друг друга. Что же до нашей повозки, лично я сомневаюсь, что вы найдете в своем каретном сарае экипаж, который сравнится с нею в элегантности. Мисс Уотсон, доводилось вам ездить в фургончике лучше этого?

– Признаюсь, никогда, и весьма обязана вам за то, что вы его одолжили.

– Я так и знал! Добавьте только, что у вас никогда не было лучшего возницы, и я буду всецело удовлетворен. Мне тоже хочется заслужить ваше одобрение.

– По-моему, оно вам не требуется. Вы, кажется, и без того необычайно довольны собственными подвигами, – смеясь, возразила Эмма.

– Прошу вас, зайдите и подкрепитесь, – снова вмешался в разговор лорд Осборн. – Я уже позавтракал, но моя сестра и мисс Карр еще в утренней столовой.

И с этими словами он увел Эмму в дом.

Сэр Уильям послал за своим грумом, чтобы тот вернул фургончик хозяевам, после чего поспешил вслед за его милостью и мисс Уотсон и нагнал их на пороге утренней столовой. Когда баронет и Эмма появились в дверях, обе молодые леди воззрились на них с явным удивлением и любопытством.

– Гуляли, мисс Уотсон? – воскликнула мисс Карр. – В такое утро, как нынешнее, долгий променад, должно быть, особенно приятен! Вы любите дождь?

– Вовсе нет, – призналась Эмма, – но, когда я выходила на улицу, ничто не предвещало дождя.

– Вы далеко ушли? И совсем не промокли? – довольно сухо осведомилась мисс Осборн.

Эмма заверила ее, что почти не вымокла.

– Как по-вашему, где мы завтракали, мисс Осборн? – подал голос сэр Уильям. – Ведь мы – ранние пташки и, прежде чем вы спустились к утренней трапезе, успели прогуляться, подкрепиться и прокатиться в фургончике!

– Право, я едва ли могу предположить, где завтракают такие чудаки и оригиналы, как сэр Уильям Гордон, и какие у них развлечения.

– О, умоляю, расскажите нам всё! – воскликнула мисс Карр. – Вероятно, вы с мисс Уотсон побывали с визитом в цыганском таборе?

– Не угадали, попробуйте еще раз.

– Сдаюсь, – засмеялась мисс Карр, вставая из-за стола, – отгадчица из меня никудышная. Роза, я иду к тебе комнату, хочу поиграть на арфе. Ты придешь, когда освободишься?

Мисс Осборн ответила утвердительно.

Эмма, так и не сев за стол, отказалась от завтрака и объявила, что заглянет к себе, чтобы переодеться после прогулки, а затем осведомилась у мисс Осборн, где они встретятся позже.

– Я покажу вам дорогу, – сказала та, уводя гостью в холл. – Эта лестница ведет в коридор, где находится ваша спальня. Я подожду вас здесь, у камина.

Эмма стала медленно подниматься по ступеням. Оглянувшись, она увидела, что сэр Уильям подошел к мисс Осборн и заговорил с ней. Слушали его отнюдь не благосклонно: юная леди, кажется чем‑то сильно обиженная, вздернула голову и выпятила нижнюю губу, давая понять, что очень сердита. Удалось ли баронету смягчить ее гнев, вызванный, судя по всему, его совместной прогулкой с мисс Уотсон, Эмма не узнала и потому решила сама умилостивить мисс Осборн, подробно поведав о том, что с ними приключилось. Опять спустившись в холл, она обнаружила там лишь свою приятельницу: сэра Уильяма уже не было. Вместе барышни прошли в гостиную, где мисс Осборн обычно проводила утро. Там уже сидела мисс Карр, и три девицы принялись весело болтать, однако Эмма так и не смогла улучить удобный момент, чтобы рассказать об утренней прогулке. Казалось, Роза Осборн старательно избегает этого разговора, что несколько раздосадовало Эмму, ибо ей очень хотелось объяснить, почему они с сэром Уильямом вернулись в замок вместе.

Глава III

Дождь, зарядивший на весь день, не позволял и думать о прогулке, а потому мисс Карр горько сетовала на тоску и однообразие ненастного утра, последовавшего за вчерашним балом. Она сочла это столь великим злом, что бросилась на диван и почти сразу задремала. Ее разбудило появление лорда Осборна. При виде его милости мисс Карр встрепенулась и притворилась бодрой и веселой, но это, очевидно, не произвело на него впечатления, поскольку он сел рядом с мисс Уотсон, занятой вышиванием, и стал восхищаться ее работой.

Эмма была слишком невозмутима и сдержанна, чтобы мисс Карр могла заподозрить в ней соперницу, однако сам лорд Осборн необычайно оживился. Он, без сомнения, восхищался своей соседкой, а мисс Карр, без сомнения, отчаянно ревновала. Мысли же Эммы блуждали далеко: ее чрезвычайно занимали два вопроса. Первый касался Маргарет и Тома Мазгроува, другой был связан с ее собственными чувствами и мыслями. Из задумчивости девушку вывел голос мисс Осборн, осведомившейся у брата, не видел ли тот сегодня их друзей из пастората. Его милость дал утвердительный ответ: он гулял с Говардом и долго беседовал с ним кое о чем; Говард подумывает о том, чтобы уехать на несколько недель, если ему удастся подыскать себе временную замену: он решил, что его сестре нужна перемена обстановки, да и сам уже давно не отдыхал.

– Уехать! – воскликнула мисс Осборн с выражением крайнего изумления на лице. – Вот так неожиданность. Что это взбрело ему в голову? Уехать, да еще в такую пору!

– Не понимаю, почему бы Говарду не прокатиться, если ему нравится путешествовать в морозы, – сухо заметил лорд Осборн. – Он имеет право отдохнуть, если желает.

– А в последнее время мистер Говард трудился не покладая рук, – ехидно вставила мисс Карр.

– Говард всегда очень внимателен к прихожанам, – возразила мисс Осборн.

– Да, причем как к старым, так и к молодым. Благотворительные визиты, которые он наносит некоторым пожилым дамам, достойны всяческого подражания, – продолжала мисс Карр в саркастическом тоне. – Без сомнения, его вознаградят за усилия, но, боюсь, нам будет очень его не хватать.

Роза нахмурилась и прикусила губу. Эмма, по-прежнему поглощенная рукоделием, тоже ничего не сказала. Молодой барон заметил:

– Я, со своей стороны, дал ему позволение уехать, однако не знаю, понравится ли это ее милости. Впрочем, полагаю, бедняга имеет право время от времени устраивать себе отпуск, иначе ему придется туго. Он неплохой человек, этот Говард. Хоть он и был моим наставником, я очень его уважаю. А вы что скажете, мисс Уотсон?

– Ваше уважение вполне естественно, – ответила Эмма со всей возможной невозмутимостью, однако не очень хорошо понимая, что именно имел в виду лорд Осборн.

– Я пригласил его сегодня отобедать у нас, – продолжал тот. – Он ответил, что перед отъездом хотел бы повидаться с тобой, Роза, или что‑то в этом роде, но, кажется, не был уверен насчет того, будет ли он здесь обедать и когда придет. Мне даже почудилось, что Говард нездоров, настолько странно он выглядел.

– Должно быть, с ним и впрямь что‑то не так, если даже ты заметил перемену, братец! – воскликнула его сестра. – Ведь ты совсем не умеешь читать по лицам. Я непременно должна увидеть пастора.

– Я припоминаю, что вчера вечером мистер Говард сплоховал в карты, – заявила мисс Карр. – По-моему, ошибся, выбирая между червями и бубнами: наверняка просто перепутал масти.

– Ты очень мало знаешь мистера Говарда, Фанни, – отрезала ее подруга. – Прошу тебя, не пытайся судить о нем, это смешно.

– Ну разумеется, – небрежно отозвалась мисс Карр. – Не стоит ожидать, что я должна знать того, кто не принадлежит к моему кругу. Полагаю, мистер Говард превосходный человек, но его рассуждения меня утомляют. Где сэр Уильям Гордон? – добавила она после паузы. – Пускай придет сюда: его болтовня меня забавляет.

– Он рисует в библиотеке, – ответил его милость. – Кстати, мисс Уотсон, я как раз хотел об этом поговорить, – заметно оживляясь, продолжал он. – Знаете, я видел у него ваш портрет. Невероятное сходство! Когда это вы ему позировали? Гордон клянется, что нипочем не отдаст мне свой рисунок.

– Я не позировала, – ответила Эмма, ухватившись за возможность поведать тайну утренней прогулки. – Мистер Гордон сделал набросок сегодня утром без моего ведома. Мы с ним случайно встретились в роще как раз в тот момент, когда начался дождь, и оба укрылись в домике лесника, где сэр Уильям развлекался рисованием, пока я нянчилась с ребенком хозяйки.