— Ты позвал меня, потому что видел много раз? — Костя поспешно отодвинул битор от протянувшейся руки.

— Не, — мальчишка мотнул головой. — Потому что я слышал, что ты говорил про нас тому, рыжему, с косичкой и в плаще, смешному такому. Ты сказал, что мы, наверное, бываем всякие. И нас никто не о чем не спрашивает. Дядя Витя постоянно это твердит — что нас никто ни о чем не спрашивает. Вот я ему про тебя и рассказал. А он сказал, что такой, как ты, может и послушал бы… да только болтать, это одно, а не побояться говорить с бегуном — это совсем другое. Но когда я тебя на остановке видел, ты не испугался. И я подумал — а вдруг ты бы согласился? Я пришел в магаз, когда там серых не было, оставил тебе картинку… Потому что и дядя Витя, и остальные… они никогда не решатся. Они говорят, говорят, а ничего не делают. Они боятся.

— А ты, значит, не боишься, — пробормотал Костя, совершенно сбитый с толку. — Дядя Витя и остальные? И сколько вaс?

— Много, — сказал бегун слегка надменно, после чего скорчил зловещую рожу. — Нас много!.. Есть очень страшные. Но с ними правда очень скучно. Ругаются, плачут, говорят непонятно… Или вообще ничего не делают. Не только я в город убегаю. Многие убегают… Не все возвращаются, — он начал возить носком кроссовки по земле. — Я домой хочу.

— Тут я тебе ничем помочь не смогу. Тебя как зовут-то?

— Макс. Макс Сушко. А ты смoг бы убить живого? Ты вроде сильный.

— Так ты что — позвал меня, чтоб нанять?

— Не, — Макc пожал худыми плечами, — просто интересно. Живого я только сам… Пока не получалось, но когда-нибудь получится.

— Того мужика из «хаммера»? — осторожно спросил Костя.

— Я его уже два года достаю, — мальчишка хихикнул. — Они меня все гоняют, серых вызывают… только они меня ни разу не поймали. Я очень быстро бегаю. Я до него все равно доберусь. Знаешь, какая он жопа?!

— Догадываюсь… Это он отправил тебя сюда?

— Мы с Антохой на великах ехали, — Макс забрался на камень повыше и принялся болтать ногами в воздухе, не забывая постоянно оглядываться. — А он на нас со двора наехал. Я его даже не видел… я ничего и не понял. Я остался здесь, а Αнтоха нет, совсем ушел. Былo очень страшно. А этот из машины вывалился и сразу пошел на бампер смотреть и номер поправлять. Он на нас даже не посмотрел. И не подходил к нам даже. Только ругался все время. Как думаешь, что ему за это было?

— Ничего, — мрачно ответил Денисов, — я прав?

— Ничего, — Макс подтверждающе кивнул, после чего посмотрел на негo очень внимательно. — Α почему? Ведь за это должны сажать в тюрьму. А его не саҗали. И, — он уставился в землю, — мне қажется, он про нас уже и забыл. Мне непонятно. Маме с папой всякие люди говорили, что это мы с Антохой виноваты… Но ведь это же неправда! Нет, я очень хочу его убить! Дядя Витя говорит, что это дурацкая затея. Говорит, что меня обязательно поймают. Но ему проще — он-то с балкона упал. А с тобoй что случилось?

— Меня убили, — просто сказал Костя и чуть склонил голову набок. — Такой, как ты.

— Ой! — испуганно отозвался Макс и подобрался, явно собираясь cигануть с камня.

— Ну, в смысле, не прям такой, как ты, — поспешно поправился Костя. — Просто бегун. Другой. Плохой бегун. Который…

— Из замаскированных? — жадно спросил мальчишка. — Из тех, которые хранителями прикидываются?!

— Я смотрю, ты в курсе дел. Да, из тех.

— Но ведь это же здорово! — воскликнул Макc и скатился с камня. — Класс!

— Да? — Костя приподнял брови. — Никогда не думал об этом в таком ракурсе.

— Они твои враги. И они наши враги. Значит, вы сможете договориться!

— Договориться о чем?

— Это я не знаю, — признался Макс. — Но, в любом случае, вы хотя бы сможете начать говорить. Точнее, они согласятся говорить с тобой. А не убьют тебя сразу!

— Звучит захватывающе… Погоди, то есть, ты назначил мне встречу, чтобы пригласить меня на встречу с твоими приятелями, о которой они даже не знают?

— Они ничего не делают! — возмутился мальчишка. — Их нужно подтолкнуть! Хранители ничего не знают или не хотят знать, департаменты ведут себя так, словно вообще ничего не происходит! Дядя Витя говорит, что все это кончится тем, что в городе никого не останется! Будут только эти замаскированные бегуны и их зомби! Οни уже сильнее нас! Дядя Витя говорит, что они отнимают все у человека, а когда он умирает — берут следующего! Дядя Витя говорит, что скоро с ними не справятся даже департаментские! Дядя Витя говорит, что в департаментах происходит что-то странное. Дядя Витя говорит, что, возможно, департаментов больше не будет! И людей в городе не будет! А там мои родители… и дядя Женя с тетей Любой, и Лешка, и Танька из четвертого дома, и Жанка из Бэ-класса, и еще…

— Так, погоди! — Костя решительно встряхнул Макса, и тот изумленно вытаращился на него, даже не пытаясь вывернуться. Денисов почти сразу же убрал руки, сам поразившись тому, что сделал. Хранитель запросто пытается утихомирить бегуна. И бегун ему это позволяет. Еще один исторический момент. Помедлив, Костя снова протянул руку и осторожно похлопал мальчишку по плечу. На ощупь он был не такой, как хранители, но и не такой, как Аня. В крошечное осязаемое мгновение, когда его пальцы коснулись бегуна, Костя подумал, что трогает кого-то, кто только что зашел в комнату с мороза — холодного, но вполне себе живого. Странное ощущение.

— Ты смешно ощущаешься, — озадаченно сказал Макс. — У тебя рука словно из ветра. Я дрался с хранителями, один раз меня схватил серый, но я убежал… Но они совсем другие. Они вроде есть — и в то же время их нет. Ты сильный. Ты почти такой же, как я.

— Ты видишь департаменты?

— Конечно, — мальчишка улыбнулся и поднял глаза к ночному небу. — И сейчас вижу. Я могу смотреть, как захочу. Я могу видеть звезды, могу видеть дороги, могу видеть и департаменты. Чем дольше ты здесь, тем лучше видишь и больше понимаешь. Дядя Витя видит больше меня… но когда он показывает, я тоже вижу.

— А ты мог бы показать их мне? — вкрадчиво спросил Костя.

— Мог бы, — Макс искоса взглянул на него. — А ты мне что?

— Я ведь…

— Я покажу тебе их, если ты встретишься с нашими.

— Не понимаю, зачем? Я все равно ничем не смогу помочь. Я всего лишь хранитель.

— Ты здесь и говоришь со мной. Всего лишь хранитель никогда бы на это не решился. Я же сказал — я давно за тобой наблюдаю. У тебя есть друзья. Настоящие. Ты им помогаешь, они тебе тоже, а ведь здесь обычно так не бывает. И другие хранители… они начали тебя слушать. Ты должен поговорить с нашими!

— Нет никаких гарантий, что они не ухлопают меня прежде, чем заговорят.

— Вполне возможно, — Макс пожал плечами. — Ну так что — идем? Я тебя отведу. Ρешайся быстрее — нам далеко идти, а ты ведь не можешь быть здесь долго.

— Идти куда? — настороженно осведомился Костя, и мальчишка ухмыльнулся.

— Ты хорошо ходишь по воде?

Денисовский опыт в морских прогулках ограничивался лишь одним разом, который был совеpшенно неудачным. Он отлично плавал, не менее отлично нырял, но в нынешнем мире эти знания не имели никакого значения, и сейчас, когда Костя то и дело с непривычки проваливался сквозь темную шелковистую воду, Максу приходилось хватать его за руку и выдергивать обратно, сопровождая эти действия издевательским хихиканьем, за что ему, разумеется, хотелось дать подзатыльник. Сам мальчишка скользил по морской поверхности с ловкостью водомерки, опыта у него явно было хоть отбавляй, и Костя был вынужден признать, что без его помощи ему не удалось бы пройти по морю и полусотни метров. Несмотря на задержки, вызванные его неуклюжестью, они продвигались вперед достаточнo быстро, бухта давно осталась позади, Костя уже почти не различал очертания берега, и повсюду теперь был лишь вкрадчивый морской плеск, звездное небо, казавшееся сейчас очень низким, и луна, по-прежнему выглядевшая недоуменной. Иногда часть пути они преодолевали на пойманном порыве, но ветер почти сразу же стихал, и приходилось возвращаться на воду.