В срочном порядке была привезена и Марина Мнишек – вдова Лжедмитрия I. Она из корыстных побуждений якобы признала самозванца своим супругом, но при этом тайно обвенчалась с ним в соответствии с католическим обрядом. Осенью 1608 г. тушинцы стали контролировать довольно-таки обширную территорию.

Одновременно с этим польский король Сигизмунд III выступил против России. Он планировал посадить на русский престол своего сына Владислава. Вектор интересов сменился, и в 1609 г. польские войска покинули Тушино. Вместе с ними к Сигизмунду переметнулись и многие русские феодалы, бывшие на службе у Лжедмитрия.

В результате зимой 1609 г. самозванец покинул село и бежал в Калугу. Но всего через полгода, когда войска Шуйского были разбиты поляками, он снова двинулся на Москву. Тогда произошло значимое для истории событие: был свергнут Василий Шуйский. Началась эпоха Семибоярщины. Боярское правительство подписало с Сигизмундом договор, признало его сына русским правителем и, фактически предав свою страну, впустило поляков в Москву. Зимой 1610 г. Лжедмитрий снова направился в Калугу, где и пал от руки одного из своих сторонников.

Позиции историков в отношении этой фигуры расходятся. Одни считают его достаточно слабым политиком, не обладавшим харизмой своего предшественника. Вторые уверены, что он был умным, жестким и циничным человеком. Но были ли у Лжедмитрия II реальные шансы сохранить и удержать власть? Кто знает…

Смерть Лжедмитрия II имела огромное значение, предопределив дальнейшее развитие событий. Движение, направленное против поляков и русских изменников, смогло освободиться от авантюристического элемента, связанного с личностью самозваного претендента на престол. Теперь основными лозунгами противников польского владычества стали изгнание иноземцев и созыв Земского собора для выборов нового законного царя (к тому времени Василий Шуйский был низложен – 17 июля 1610 г.). Лица, ранее поддерживавшие поляков из страха перед самозванцем, стали переходить на сторону их противников. Вместе с тем анархические элементы потеряли свою главную опору: лишившись идеи службы «законному царю», они превратились в обыкновенных разбойников. Сын Марины Мнишек и Лжедмитрия II Иван, получивший в Москве прозвище Воренок, был слишком мал, чтобы стать вождем движения. Согласно «Новому летописцу», сторонники самозванца в Калуге отказались присягнуть королевичу Владиславу и объявили, что принесут присягу тому царю, который «будет на Московском государстве».

Наибольший вклад в исследования старой подземной Москвы внес знаменитый историк Игнатий Яковлевич Стеллецкий (1878—1949), который был настоящим энтузиастом своего дела. Ученого называют основателем диггерского движения России, представители которого на собственный страх и риск спускаются в столичные подземелья.

Подземные сооружения древности привлекли внимание Стеллецкого в 1905 г. во время работы в Палестине, куда он попал после окончания Киевской духовной академии. За два года ему удалось познакомиться с библейскими пещерами Иерусалима, подземельями Испании, Константинополя, Александрии, и других городов Востока.

Игнатий Яковлевич Стеллецкий.

1900-е гг.

В 1907 г., после поступления в Археологический институт, Стеллецкий поселился в Москве. А год спустя его заинтересовали её средневековые тайники. Заниматься их изучением можно было лишь «под флагом» какого-либо научного общества. И тогда Игнатий Яковлевич вместе с единомышленниками создал комиссию «Старая Москва». Комиссия просуществовала до 1930 г. На её заседаниях, где было прочитано около 900 докладов и сообщений, могли присутствовать все желающие.

Пытаясь привлечь внимание учёных к подземным древностям, в 1911 г. Стеллецкий выступил с докладом «Подземная Россия» на ХV Археологическом съезде в Новгороде, где отметил обидное равнодушие археологов к такого рода монументальным памятникам русской старины. Однако поддержки он так и не нашёл и в феврале 1912 г. основал новое научное общество по изучению подземной старины.

В первый год комиссия занималась только подземной Москвой. Поиски в архивах документов, в которых упоминались бы тайники, были почти безрезультатными. Военные и гражданские тайники являлись государственной или фамильной тайной, и сведения о них никуда не заносились. Члены комиссии начали собирать предания, легенды, слухи, свидетельства очевидцев и проверять их. При этом нашли подземные галереи из Круглой (Многогранной) башни Китайгородской стены, из Тайницкой башни Симонова монастыря, из бывшего дома князя Пожарского (ныне здесь находится дом 12 по улице Большая Лубянка, построенный в 1920 г.). Затем были обследованы подвалы зданий ХVI—ХVIII вв., где обнаружили замурованные арки. Две из них, в церкви Гребневской Божией Матери (находилась на Лубянской площади, разрушена в конце 1920‑х гг.) и в доме Консистории (дом 3 по Мясницкой улице), вскрыли. За замуровкой оказались ходы, накрепко забитые окаменевшей глиной. Обследовать их можно было только после расчистки, для чего требовались немалые средства, но комиссия их не имела.

В последующие годы поиски тайников в Москве продолжались, но всё чаще Стеллецкий выезжал в другие города для осмотра найденных там подземных сооружений. Это позволило изучить слуховые камеры под псковской крепостной стеной, ход из замка Плеттенберга в Риге, загадочные подземные палаты со множеством человеческих черепов в Торжке и др.

В то же время комиссия собирала сведения о памятниках подземной старины со всех концов России. Эти материалы должны были войти в сборник «Подземная Россия» (издать его не удалось).

В 1916 г. с отъездом Стеллецкого на Кавказский фронт комиссия прекратила своё существование.

Расчищенный подземный ход от Никольской Башни Кремля

Несмотря на многочисленные препятствия, которые чинят им власти, ссылаясь на требования безопасности, диггеры сумели установить, что подземная Москва уходит вниз как минимум на 12 уровней. А центр столицы изрыт туннелями так, что напоминает головку швейцарского сыра. Если учесть, что уже к началу XIX в. под Первопрестольной находилась целая система ходов и помещений, а впоследствии к ним добавились ветки метрополитена, то картина получается пугающая. На опасность обрушения многих московских зданий указывал еще И.Я. Стеллецкий.

Он писал в своей книге «Поиски библиотеки Ивана Грозного», что исследованные им туннели находятся в плачевном состоянии. Археолог предупреждал, что полуразрушенные пустоты угрожают обрушением библиотеке имени В.И. Ленина, Большому театру, Историческому музею, гостинице «Метрополь» и ряду других памятников архитектуры.

Исследованиям И.Я. Стеллецкого активно мешали органы госбезопасности СССР, которые опасались, что ученый раскроет и обнародует некие тайны, не подлежащие разглашению.

Например, различные историки утверждают, что наряду с общеизвестными линиями московской подземки в столице было построено так называемое «Метро-2» (о нем речь еще будет), представляющее собой целую сеть секретных транспортных путей и станций, которыми пользовались представители власти. Так что интересы ученого и сотрудников госбезопасности не совпадали.

Несмотря на то что И.Я. Стеллецкий так и не смог найти утерянную библиотеку Ивана Грозного, поисками которой он занимался всю жизнь, исследователь собрал немало интересных материалов о подземной Москве. Он мечтал, что когда-нибудь на глубине в несколько десятков метров откроется музей, где будут представлены уникальные археологические находки, сделанные в недрах столицы.