— Только не совершай глупости. Не отказывайся от выгодного проекта из-за своей обиды на меня.

— Я на тебя не просто обижена, Ар, — мне с трудом удаётся проглотить вязкую слюну. — Я тебя ненавижу.

— Мы оба знаем, что это ложь. Ты не ненавидишь меня, Аги, а любишь.

Его слова бьют в самое сердце, сжимают его металлическими тисками и вырывают из груди.

— Попробуй докажи, — выдыхаю сдавленно, затем, не дожидаясь ответа, я выскакиваю из машины и бегу к офису журнала, где со следующего месяца работать не буду, в чём виноват мужчина, чей взгляд я ощущаю спиной ровно до того момента, пока не оказываюсь за спасительными дверями здания.

Агата

— Ты уверена? Может быть, еще подумаешь? — Стелла провожает меня печальным взглядом, что заставляет испытать очередной приступ чувства вины.

Нет, конечно, мне придется отработать до конца месяца, так как просто так я уйти не могу, но решение о том, что я увольняюсь, я приняла окончательное. На раздумье ушел целый день. Я не хочу работать в журнале, куда сунул свой нос Артур Ахметов. Да и вся эта ситуация дала мне понять, что работать в модельном бизнесе, тем более в качестве маникенщицы, я однозначно не хочу. Это вовсе не то, к чему я стремлюсь.

Как бы печально это ни было признавать, но я скучаю по офису в компании Артура. Мне нравилась моя работа. И, наверное, пока я не сравнила, я даже не понимала, насколько мне хотелось там остаться.

— Да. Уверена. — киваю и грустно улыбаюсь коллеге.

Конечно, она расстроилась, так как разорванный контракт со мной фактически аннулирует подписанные договора. Но раз уж Ахметов вмешался в эту ситуацию, то он пусть и разруливает, чтобы никто из девочек не пострадал и репутация журнала тоже.

— Не переживай, я улажу вопрос, и вы не пострадаете. Это я точно могу обещать.

— Почему ты так вдруг решила уйти? Тебе же вроде все нравилось...

— Возникли непредвиденные обстоятельства, — бросив в сумку телефон, я выключаю ноутбук на своем столе, после чего, направляюсь к выходу из кабинета. — Ладно, увидимся завтра. Не обижайся на меня, Стелла.

Девушка молча кивает, очевидно, предпочитая оставить мысли относительного моего ухода из журнала при себе, за что я ей очень благодарна, хотя, наверное, не заслуживаю такого благородства.

Что ж... теперь я снова буду в поисках своего места. То, что я сказала Артуру относительно своей потребности самой чего-то добиться, это не ложь. И не преувеличение. И как подумал Ар, дело вовсе не в обиде на него. Дело в том, что я действительно хочу сама понять, куда мне двигаться в этой жизни, кем быть, как жить, в какой профессии развиваться. И да, он не имел права вмешиваться, так как он сбил мой внутренний компас.

Добираюсь до дома я на такси. В ближайшее время я планирую пересдать на права, вспомнить все правила дорожного движения и уже водить машину самостоятельно. Это ещё одно взрослое решение, которое я хочу принять.

Когда подхожу к дому, меньше всего ожидаю увидеть маму на лестнице крыльца с двумя большими чашками чего-то горячего. В последнее время она обычно с отцом на тот момент, когда я возвращаюсь с работы. Давно она вот так меня не встречала.

— Привет, — мягко улыбаюсь, подойдя ближе и присев рядом. — Всё в порядке?

— Привет, детка. Да. Всё хорошо, — она кладёт голову мне на плечо и протягивает чашку с, как оказалось, кофе. — Я чувствовала, что ты должна приехать. Папа с Марсом куда-то укатили, и я решила подождать твоего возвращения. Как дела на работе?

Вздохнув, чмокую маму в макушку, затем крепче обхватываю чашку с кофе.

— Сегодня я приняла решение уволиться.

— Уволиться? Мне казалось, ты довольна новой работой.

— Мне тоже так казалось, но... кое-что произошло... Я не могу это игнорировать.

— Главное, чтобы ты была счастлива, детка. Это то, чего я хочу для тебя.

Сглотнув, я крепче сжимаю горячую чашку пальцами и прикрываю глаза, потершись щекой о мамины волосы. Лёгкий вечерний ветер касается плеч. Как давно мы вот так сидели с моей мамой и говорили по душам? После того, что случилось между мной и Артуром, а потом с папой, я вообще боюсь кому-либо показывать свою душу...

— Мам...

— Да, детка?

— Я влюбилась в Ара, — выдыхаю хрипло, и самый последний пласт напряжение освобождает позвоночник.

— Знаю, малыш.

— Ты... знаешь?

— Это же очевидно, — её тёплую улыбку я ощущаю где-то в области плеча. — Неужели ты думаешь, что что-то сможешь скрыть от своей мамы?

Да уж...

Видимо, действительно ничего от неё не скрыть...

— Он обидел меня. Сильно. Я не знаю, как... с ним и как без него...

Мама вдруг отстраняется от моего плеча, ставит чашку с кофе на крыльцо, затем обхватывает мои щёки ладонями и заглядывает в глаза.

— Однажды твой папа тоже сильно меня обидел. И я думала, что никогда не смогу его простить. Но я смогла. И это то, о чём я ни разу в жизни не пожалела. Я не знаю, что конкретно произошло между тобой и Артуром, и ты не обязана его прощать. Прости только... если этого тебе хочется больше. Все ошибаются.

Агата

Ты справишься.

Всё будет хорошо.

Выдохни и иди дальше.

Одернув блузку, наверное, в сотый раз, я вскидываю руку и нажимаю кнопку вызова лифта. На трясущихся ногах захожу в кабину, жму нужный этаж и... жду.

Не представляю, как я на это решилась. До сих пор не понимаю, как подобное могло прийти мне в голову. Тем не менее, я здесь. И всё абсолютно неожиданно получилось для меня самой. Я просто проснулась и поняла, что хочу этого.

Не знаю, что повлияло на моё решение. Может быть, разговор с мамой. А может какие-то скрытые внутренние механизмы, названия которым мне пока трудно дать.

Когда двери лифта открываются, я выхожу в коридор и, цокая каблуками, иду вперёд. Сотрудники офиса, куда я приехала, оборачиваются на меня в немом шоке. На ресепшене сидит новенькая, но даже она ничего не говорит, когда я прохожу мимо и направляюсь в кабинет руководителя сего места.

Два стука для приличия, после чего я жму на ручку и толкаю дверь вперёд.

Артур Ахметов стоит возле окна и с кем-то говорит по телефону, когда я захожу в его кабинет. На нем белая рубашка, пиджак, одна рука в кармане брюк. Запах его духов пропитал здесь каждый миллиметр, и я по-прежнему боюсь его вдыхать, поэтому задерживаю дыхание и устремляю прямой и смелый взгляд на мужчину, которого моё сердце выбрало, видимо, чтобы меня помучить.

Ар медленно поворачивается ко мне. Я вижу, как его глаза темнеют, когда он осознает, что я не мираж, а вполне настоящая Агата Багримова, приехавшая к нему в офис.

— Я перезвоню, — коротко заявляет своему собеседнику и сбрасывает вызов.

Теперь всё его внимание фокусируется на мне.

— Аги? Вот этого я, признаться, никак не ожидал.

— Я сегодня сама для себя неожиданная, — вздергиваю подбородок, не сводя взгляд с Артура.

Уголки его губ чуть подрагивают.

— Чем обязан твоему визиту?

Он отходит от окна и направляется в мою сторону, но останавливается буквально в паре метров на вполне безопасном расстоянии. Хотя, как мне кажется, он, я и безопасность — несовместимые понятия.

— Я хочу на тебя работать. Вернуться к своей деятельности.

— Вот как? — он вскидывает брови.

— Да. Именно так. Из журнала я решила уволиться. И раз уж ты заварил кашу с контрактом, то сам и уладишь вопрос, чтобы репутация этого места не пострадала.

Ахметов сощуривает взгляд.

— Ты уволилась, как я понимаю, из-за того, что я вмешался. И вот ты отказываешься от работы, чтобы продемонстрировать своё упрямство и нежелание принимать мою помощь, но при этом приходишь ко мне и просишь снова взять тебя в офис? В чём смысл?

— В том, что мне нравилось здесь работать. Я хочу добиться успеха в этой деятельности и доказать самой себе, что даже ты не можешь этому помешать.