Князь Мстислав, будучи очень отважным, в своем новом уделе, как говорится, не любил сидеть сложа руки. Одной стороной владения его находились в соседстве с камскими болгарами, что ему было очень не по душе. Несмотря на то что болгарам было дано хорошее устрашение, они тем не менее как люди богатые и сильные, не могли не грозить удельному да еще пограничному княжеству.
В то время среди удельных князей было очень распространено совершение походов на иноплеменных сообща соединенными дружинами двух-трех соседних удельных княжеств. С целью если не окончательного покорения болгарских племен, то ослабления их могущества, Мстислав, соединившись с князьями Рязанским и Муромским, отправился в поход на Камских болгар. Встреча войск, предводимых Мстиславом, с войсками Камских болгар произошла у устья р. Оки, где несколько позже был основан Нижний Новгород. Произошла упорная битва, которую болгары не выдержали и только немногие из них спаслись бегством. Мстислав ударился преследовать их, так что болгары, бежав вглубь своих земель, оставляли без защиты и села, и города свои. Благодаря этому походу Мстислав набрал множество пленных и отправил их в Городец, для увеличения его населения. Окончив столь счастливо свой поход, Мстислав воротился в Городец и уже спокойно жил до последних лет XII века.
В Городце и до сих пор осталось название верхней слободы – «Полонка». Слово это историческое, так как произошло от слова – полонить, т. е. пленить. Полон – значит плен. Пленных же, всех взятых во время походов, тогдашние князья селили на верхней, по течению Волги, площади, нынешней слободы – Полянки.
В конце XII столетия после Мстислава город был отдан в управление посадским, назначаемым великим князем Владимирским Всеволодом Юрьевичем.
Все это время в течение первых лет обитель и внешне, и внутренне процветала, ибо тогда князья заботились о своих обителях паче глаза своего и не могли не одарить обитель, после удачных походов. При посадниках Городцу, с великой честью, пришлось выдержать чуть не врасплох захватившее его нападение болгар, которые не могли забыть свое поражение, нанесенное им князем Мстиславом и, когда его уже не было, из чувства мести решились отплатить той же монетой.
Это было в 1183 году. Собравшись большой силой, Камские болгары вторглись в приволжскую область, направляя свой путь на Городец. Тем стремительнее было их движение, что они рассчитывали поскорей освободить из плена своих братьев и друзей, жен и детей, полоненных Мстиславом в 1172 году. Но, к счастью жителей Городца, план их не удался. Под защитой несокрушимой твердыни – вала, Городец мужественно выдержал отчаянный натиск неприятельских сил. Отчаянная борьба продолжалась долгое время, но все-таки, в конце концов, болгары не выдержали и удалились вспять, изливая свою варварскую досаду и месть на беззащитные поселения, встречавшиеся на их пути, устроенные первыми князьями Городецкого княжества.
По поводу этого вторжения русская летопись того времени, говорит: «болгары премного пакости сотвориша, около Городца».
Бесчеловечное торжество истребительного опустошения окрестностей Радилова болгарам не пришлось долго праздновать. Обычай тех веков требовал своего мщения, и оно вскоре последовало. Не прошло и трех лет, как княживший в то время во Владимире великий князь снарядил поход на болгар, пригласив к участию и городчан. Конечно, последние с радостью согласились, имея в виду отомстить за истребление их сел и в 1186 году напали на язычников. Поход этот был очень удачен для русских дружин, так как поражаемые всюду болгары частью были пленены, частью поражены и частью спаслись бегством, укрывшись в своих непроходимых лесах. Городчане, по старому обычаю, и в этот раз получили на свою долю немало пленных.
Последние, попадая в Городец, учились русскому языку, свыкались с русскими обычаями, нравами и жизнью и благодаря неукоснительному наблюдению Городецкой обители, принимали христианство. Благодаря этому они постепенно делались совершенно русскими, ни в чем не отступая от них, и содействовали дальнейшему развитию и благосостоянию этого удельного княжества.
Почти 30 лет прошло после этого последнего решительного удара, нанесенного болгарам, в полном спокойствии и мире. Поставленные от великого князя Владимирского посадники мудро заботились о соединении разноплеменных людей, вошедших в состав жителей Городца, в один целый русский народ, в одно русское поселение. И их труды в этом направлении, как уже сказано, не остались безуспешными, так как, подчиняясь благотворному влиянию своих управителей, все пленные не только в скором времени оставляли свои обычаи, но даже и привязывались к своей новой родине, а, получив святое крещение, делались как бы естественными патриотами своего княжества.
Но, несмотря на то, что Городец в первые времена своего существования достиг наивысшего благополучия, он все-таки, волею исторических судеб, потерял свое официальное значение и уже не мог более вернуть утраченное им былое могущество. Случилось это позднее.
Мы теперь коснемся времени, когда и Городец, и обитель имели очень важное значение, в особенности благодаря князю Георгию, соименнику основателю Городца Радилова и, в свою очередь, основателю столицы Поволжья – славного Нижнего Новгорода.
Князь Георгий (Юрий) Всеволодович родился в 1189 году в стольном граде Владимире на Клязьме. Он был сын великого князя Владимирского Всеволода III Георгиевича (Юрьевича) по прозванию Большое (великое) гнездо, в свою очередь, доводившегося дедом св. благоверному Великому князю Александру Невскому и братом знаменитому князю Андрею Боголюбскому. Основатель Городца, Георгий Владимирович Долгорукий, приходился дедом князю Георгию Всеволодовичу.
Замечательно, что и князя Георгия Всеволодовича постигла такая же участь, как и его деда, но не от племянника, а от собственного брата и зятя и не в Киеве, а во Владимире. Печальной участи изгнания с ним вместе подвергся и великий муж епископ Симон. Их прибытие на почву Городца дало новый и сильный толчок объединению всех иноземцев, живущих в Радилове, в одно целое. Между прочим, об этом крупном для Городца событии имеется с давних пор следующее предание, почерпнуто из древних рукописей[3].
«Мимо Дятловых гор, где ныне находится Нижний-Новгород, однажды проплывала ладья необычайная. Неслась она вниз по быстрым волнам Оки и взялась в древнем городе Владимире. Сплывали в ней два вольных изгнанника, а плыли до широкого раздолья Волги. То были два задушевных друга – первосвятитель Владимирский Симон и будущий основатель Нижнего Новгорода князь Георгий II Всеволодович.
С княжеской дружиной, семейством и другими родственниками пробирались они до нашего Городца. Это было в 1216 году, после славной битвы Липецкой, когда, побежденный братом своим Константином, Георгий лишился великокняжеского престола Владимирского и последним своим убежищем избрал Городец».
В Никоновской летописи эта битва, повлекшая за собой удаление князя Георгия, описывается следующим образом:
«Бысть же сия битва, месяца Апреля в 22 день, в четверток вторыя недели по Пасце… Заутра же (то есть во вторник третьей недели по Пасхе) посла к ним (князю Мстиславу и Владимиру) великий князь Юрий (Георгий) Всеволодович с поклоном, глаголя сице: днесь аз сам иду из города, точию дайте мне живот. И тако изыде из града с двема браты (Иоанном и Святославом) и поклонися князем и рече князю Мстиславу и Владимиру вам с кланяю и челом бью, дайте ми живот и накормите мя хлебом, брат мой князь Константин Всеволодович вашей воли, не предайте меня на смерть… и князи управиши и смириша их: старейшему брату князю Константину Всеволодовичу даша великое княжение Владимирское и Ростовское, а брату его, князю Юрию Всеволодовичу – Радилов Городец. И так собравши ему ладьи и ту на оные внити владыко Симон. Князь же Юрий Всеволодович вшед в церковь Пречистыя Богородицы, ударя челом у отчея гроба, плачася, глаголаше: и суди Боже брату моему Ярославу: до сего мя доведе. И вниде в суды с епископом Симоном и со княгинею и здетьми своими и людьми, и с малою дружиною своею, и пришед вниде в Радилов Градец».
