● производство по проверке вступивших в законную силу судебных постановлений (надзорное), наоборот, разделено на два вида (кассационное – в президиумах областных и других соответствующих им судах и в судебных коллегиях Верховного Суда РФ; надзорное – в Президиуме Верховного Суда РФ);
● производство по пересмотру вступивших в законную силу судебных постановлений по вновь открывшимся обстоятельствам дополнено иными основаниями, которые разделены на «вновь открывшиеся» и «новые обстоятельства».
Эти изменения не только не устранили прежние проблемы, но и породили новые[14].
Для нового апелляционного производства главная проблема возникла в связи с заимствованием из прежнего апелляционного производства положение о том, что суд апелляционной инстанции в случае отмены решения не вправе направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, а обязан сам вынести новое решение по существу спора (кроме, естественно, случаев прекращения производства по делу и оставления заявления, жалобы без рассмотрения).
Это положение было вполне приемлемым как для районных судов при рассмотрении апелляционных жалоб на решения мировых судей, так и для самих участников судебных заседаний (сторон, свидетелей, экспертов и др.), поскольку не создавало им особых сложностей для явки в суд; к тому же, эти дела, как известно, до создания мировых судей районные суды с участием названных лиц и так рассматривали по существу.
Но такое же производство совершенно немыслимо (как с правовых, так и с организационных позиций) для судов уровня субъектов Российской Федерации (краевых, областных и др.), которые ранее рассматривали жалобы на решения районных судов в кассационном порядке. Именно поэтому они и были наделены полномочием (при отмене решения) направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в случаях, когда допущенные судом первой инстанции нарушения не могли быть исправлены судом кассационной инстанции (требовалось исследование большого объема доказательств, истребование новых доказательств, назначение экспертизы и т. п.).
Эта проблема особенно остро проявляется в случаях выявления в суде апелляционной инстанции существенных нарушений норм процессуального права, допущенных судом первой инстанции, которые являются безусловными основаниями для отмены решения: рассмотрение дела в отсутствие лица, участвующего в деле и не извещенного надлежащим образом о времени и мере судебного заседания; принятие судом решения о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, и др. (ч. 4 ст. 330 ГПК РФ).
При наличии таких оснований суд апелляционной инстанции теперь рассматривает дело по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных для апелляционного производства (ограничения в представлении новых доказательств и др.); о «переходе и рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции» выносится определение (ч. 5 той же статьи).
Разве областные и другие соответствующие им суды в состоянии рассматривать в таком порядке дела, поступившие к ним с апелляционными жалобами? Сколько времени потребуется для этого областному суду, если районный суд, например, рассмотрел дело в отсутствие ответчика, не извещенного о времени и месте судебного заседания? Ему необходимо будет проводить подготовку дела к судебному заседанию, возможно решать вопросы о принятии встречного иска, назначении экспертизы, истребовании документов, вызова свидетелей и т. д.
А сколько сил и средств потратят лица, участвующие в деле, для явки в заседания таких судов, особенно с учетом размеров территорий субъектов Российской Федерации?
Совершенно очевидно, что указанные суды рассматривать дела с соблюдением всех правил нового апелляционного производства не в состоянии.
Кроме того, указанный порядок нарушает право на рассмотрение дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом (ст. 47 Конституции РФ) лиц: участвующих в деле, – в случаях рассмотрения дела в их отсутствии без извещения надлежащим образом о времени и месте судебного заседания; не привлеченных к участию в деле, – в случаях принятия решения об их правах и обязанностях. Они лишаются права на участие в рассмотрении их дела в суде первой инстанции.
Такое положение необходимо исправлять. Кстати, принятый в 2015 г. КАС РФ предусмотрел направление судом апелляционной инстанции административного дела на рассмотрение в суд первой инстанции в случаях выявления указанных нарушений, а также в случае рассмотрения дела судом в незаконном составе (п. 3 ст. 309). Это еще одно свидетельство отсутствия концептуального подхода законодателя к регулированию процессуальных правоотношений.
«Новое» кассационное производство явилось лишь переименованием прежнего надзорного производства в президиумах областных и других соответствующих им судов, а также в судебных коллегиях Верховного Суда РФ.
Весь прежний порядок надзорного производства в этих судебных инстанциях, со всеми его недостатками сохранился. Для того чтобы его изменить и в действительности создать кассационное производство, как в арбитражных судах, требовались изменения не процессуального законодательства, а устройства судебной системы, на что законодатель тогда не отважился.
«Новое» надзорное производство осталось только в Президиуме Верховного Суда РФ.
Были изменены основания для отмены судебных постановлений в порядке надзора – по аналогии с основаниями, установленными тогда в ст. 304 АПК РФ для Высшего Арбитражного Суда РФ. Эти основания сформулированы очень неопределенно, что позволяет Президиуму Верховного Суда РФ трактовать их произвольно со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Изменены также положения бывшей ст. 389 ГПК РФ, о которой уже говорилось. Теперь пересмотр судебных постановлений в порядке надзора Президиумом Верховного Суда РФ по представлениям Председателя Верховного Суда РФ и его заместителей регулирует новая ст. 391.11 ГПК РФ. Эти представления вносятся уже не в целях обеспечения единства судебной практики, как было изначально, а в целях устранения «фундаментальных нарушений норм материального или норм процессуального права, которые…» Такая новелла искажает смысл и цель, с которыми в ГПК РФ была изначально включена ст. 389, и становится бессмысленной, поскольку даже «фундаментальное» нарушение норм права, а оно может быть самым очевидным (например, рассмотрение дела в отсутствие ответчика, не извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания), далеко не всегда имеет значение для судебной практики и должно устраняться в обычном порядке. В связи с этим ст. 391.11 следует из ГПК РФ исключить.
Дальнейшее развитие гражданского процессуального законодательства было во многом странным.
Как уже указывалось, в ГПК РФ и АПК РФ было выявлено множество принципиальных и неоправданных различий в регулировании одинаковых правоотношений, что требовало выработки единого концептуального подхода к развитию гражданского и арбитражного процессов (конечно, с учетом их особенностей).
Эта необходимость возросла после ликвидации в 2014 г. Высшего Арбитражного Суда РФ и объединения судов общей юрисдикции и арбитражных судов в единую систему, возглавляемую новым Верховным Судом РФ.
В связи с этим была выдвинута идея принятия единого для судов общей юрисдикции и арбитражных судов Гражданского процессуального кодекса РФ.
Концепция этого Кодекса была одобрена решением Комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Государственной Думы от 8 декабря 2014 г. № 124 (1).
Однако в 2015 г. был принят и с 15 сентября того же года введен в действие Кодекс административного судопроизводства (КАС РФ), который ничего нового в этом производстве фактически не создал: из ГПК РФ был исключен и перенесен в «новый» Кодекс подраздел «Производство по делам, возникающим из публичных правоотношений», а также все другие связанные с ним положения (общие положения, большинство правил производства в первой и последующих судебных инстанциях и др.), которые судами длительное время успешно применялись, обеспечивая защиту прав граждан.
