Из всего вышесказанного видно, что то определение процесса, которое мы дали выше, вполне правильно.
Возбуждение деятельности суда по защите интересов. Исковая деятельность. Возбуждается процесс подачею искового прошения. В последнем истец указывает суду на существование своего притязания к ответчику, просить проверить законность последнего и присудить ответчика к удовлетворению этого притязания.
С фактором подачи искового прошения связываются юридические последствия, которые состоят в том, что суд возбуждает судебное производство, рассматривает дело, и если найдет притязание истца согласным с законами, правильным, то постановляет благоприятное для него решение.
Предъявление иска служит, таким образом, побудительной причиной для деятельности суда, точно так же, как например, появление пьяного на улице может служить побудительной причиной для деятельности полиции. Это объясняется тем, что каждый орган государственной власти, в том числе и суд, может возбуждать свою деятельность лишь при условиях, указанных в законе, причем, если эти условия имеются налицо, то орган власти не может не возбудить своей деятельности. Так полицейский, на глазах которого совершается какое-либо преступление, не может бездействовать, а обязан принять соответствующие меры с целью предупредить преступление или задержать преступника. Точно так же суд не может не приступать к рассмотрению дела, если лицом правоспособным (способным обладать правами) подано исковое прошение, в котором оно просит о защите такого интереса, который подлежит защите со стороны закона. Таким образом, если исковое прошение предъявлено лицом, способным обладать правами, и интерес, о нарушении которого он в нем заявляет, подлежит защите со стороны закона, то суд в силу лежащей на нем по закону публично-правовой обязанности не может не возбудить процесс. Этим и объясняются юридические последствия предъявления иска.
Материально-правовая и публично-правовая теории иска объясняют эти последствия тем, что истец обладает правом на иск. Некоторые представители материально-правовой теории отождествляют право на иск с субъективным гражданским правом, так как последнее, по их мнению, состоит в силе, способности противостоять нарушению. Другие представители этой теории видят в праве на иск какое-то особое право, сопутствующее субъективному праву. Эта теория не согласуется с действительностью, так как из нее вытекает, что только тот, кто обладает субъективным гражданским правом, обладает правом на иск. Другими словами, что иск может быть предъявлен только теми, кто обладает субъективным гражданским правом. Но суд в момент предъявления иска не может знать о том, существует у истца или нет – субъективное гражданское право: это вопрос, подлежащий рассмотрению суда в течение всего процесса.
Указанная теория ошибочна также в следующем: в момент предъявления иска суд должен быть уверен не в том, что субъективное право действительно существует у просителя, а в том, что отношение, о котором он заявляет, подлежит защите со стороны закона.
Когда было подмечено, что суд в момент предъявления иска имеет в виду не действительно существующее субъективное гражданское право, а лишь утверждение истца о его существовании, то явился вопрос: почему заявление истца о существовании субъективного гражданского права вызывает судебную деятельность? На этот вопрос был дан такой ответ: каждое лицо правоспособное иметь право на деятельность суда, т. е. может иметь притязание к суду. По этой теории суд является подчиненным частному лицу. Эта теория не может считаться правильной, так как она предполагает двоих субъектов, взаимно подчиненных друг другу.
Утверждение истца о существовании притязания к ответчику возбуждает судебное производство вследствие того, что на суде лежит обязанность публичного характера перед государством возбуждать при условиях, указанных в законе, судебное производство для того, чтобы проверить правильность искового притязания и дать ему судебную защиту, если оно окажется согласованным с законом. Таким образом, воля суда, проявляющаяся в судебной деятельности, т. е. в процессе, имеет двоякое направление: главным образом она направляется на рассмотрение правильности притязаний истца. Эту деятельность суда можно назвать внутренней, умственной деятельностью, так как она состоит в том, что суд, имея в виду содержание заявлений сторон и содержание доказательств, подводит их под содержание определений закона материального права и делает отсюда вывод о правильности или неправильности притязаний истца. Но для того, чтобы такая деятельность была возможна, необходимо, чтобы она была облечена в соответствующую внешнюю форму, в которой она проявилась бы вовне. Кроме того, необходимо еще, чтобы сторонами были совершены различные действия, направленные на ведение спора и на подтверждение его доказательствами, а судом, – чтобы были приняты меры, обеспечивающие сторонам возможность совершения этих действий. Все это составляет внешнюю сторону процесса.
Роль суда в процессе. Исковая деятельность сторон. В процессе проявляются все воли его субъектов: суда, истца и ответчика.
При этом деятельность сторон в процессе объединяется в деятельность суда, так как воля сторон направлена на возбуждение его деятельности. В каком направлении должна быть возбуждаема воля суда, это подлежит обсуждению его самого, как органа государства, действующего на основании закона. Суд, таким образом, руководит деятельностью сторон. Это является тем более естественным, что каждый из тяжущихся преследует в процессе свои цели, стремясь оградить свои частноправовые интересы, цель же публично-правовая, ради которой учреждается процесс (выяснить правильность требований истца), – есть цель, поставленная законом для деятельности суда.
Деятельность каждой из сторон процесса можно назвать исковою деятельностью. В ней проявляется воля стороны, направленная на доставление материала на основании которого суд постановляет решение о праве. Но для того, чтобы эта деятельность была возможна, необходимо, как, мы видели, чтобы она была облечена во внешнюю форму. Отсюда видно, что исковая деятельность состоит не только в подтверждении материально-правовых притязаний, но в совершении процессуальных действий. При этом воля стороны направлена разом на то и другое, так, как заявления по существу дела не могут быть отделены от деятельности процессуальной.
Т.М. Яблочков
УЧЕБНИК РУССКОГО ГРАЖДАНСКОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА
(Ярославль, 1912)
(Извлечения)
<…> Каждый субъект права может прибегать к посредству суда: 1) для удостоверения бесспорно принадлежащего ему права 2) для восстановления уже нарушенного права.
Для удовлетворения первой потребности установлено так называемое «судопроизводство охранительное», которое возбуждается подачей прошения просителем и разрешается определением суда. Лицо, например, приобрело имущество по давности или наследству; пока суд не удостоверит его права на это имущество, это лицо будет лишено возможности распорядиться им, так как оно будет числиться за прежним собственником. Для удовлетворения второй потребности установлено так называемое «исковое производство», которое возбуждается иском истца и разрешается решением суда. Лицо терпит помеху в свободном осуществлении своего права и просит суд принудить ответчика к какому-либо действию или бездействию; суд в своем решении приказывает ответчику исполнить его требование.
<…> Если есть повод к основательному опасению будущего правонарушения, вследствие неясности юридических отношений, суд может, по просьбе заинтересованного лица, установить взаимные права и обязанности между сторонами и тем охранить права истца и предотвратить дальнейшие судебные споры между ними. Такие прошения называются «исками о признании». Разрешаются они решениями, в которых суд ничего не приказывает, он только подтверждает, удостоверяет право; они поэтому не подлежат исполнению.
Нельзя, впрочем, в последнем усматривать признак различия между решениями по исковым притязаниям и решениями по искам о признании. Юридическая природа этих исков – одна. В иске о присуждении как и в иске о признании проситель просит государственную власть в лице суда об одном и том же: охранить его субъективное право через судебное решение. Задача суда – решить вопрос о праве; конечно, его решение не остается мертвой буквой: оно может быть приведено в исполнение manu militari; но «совершение действий по осуществлению права есть следствие, но не содержание деятельности суда. «Не меч, весы правосудия даны в руки судьи» (Bulow). Качественно, воля суда не отличается от воли законодателя: суд лишь конкретизирует в своем решении (lex specialis) то, что закон выражает в абстрактной норме (lex jeneralis). Поэтому, не волю суда исполняет ответчик, а волю объективного права. Отсюда следует, что не приказ, содержащийся в судебном решении, составляет неотъемлемую сущность решения, а суждение суда как компетентного органа власти о праве. Иначе говоря, процессуальная цель всех исков – одна и та же: судья должен дать решение о праве. Вот почему истцу не может быть отказано в иске только потому, что, по мнению суда, нет законных способов к понуждению ответчика исполнять решение (например, требование отчета, воспрещение известного действия ответчику, требование мужа к жене о совместном жительстве и т. п.) «Ибо никому закон не преграждает отыскивать судом свое право, и вопрос об осуществлении какого-либо права может родиться лишь по впоследствии решения, коим спорное право будет признано принадлежащим истцу» (К. Р. 1874/307).
