Не то чтобы без него нельзя было справиться — можно было. Но первородный предпочитал всегда держать всё под контролем, лично отдавая распоряжения. К счастью, за прошедшие века он подготовил достаточное количество отрядов, способных справиться с большинством проблем. Однако на их реагирование всё равно требовалось время — как на организацию доставки, так и на само принятие решений. Ведь сведения не всегда поступали вовремя.

Бывало и хуже — коррупция в самой Гильдии Стражей, от которой невозможно было избавиться полностью, могла привести к противоречивой информации. Это, в свою очередь, ещё больше осложняло процесс реагирования.

Так что неудивительно, что Эйгор большую часть времени ходил с хмурым лицом. Хотя при этом он пользовался невероятной популярностью среди подчинённых, особенно среди женщин. Всё же, несмотря на то, что Эйгор был учёным и руководителем масштабного проекта, он оставался первородным — а значит, просто не мог не привлекать внимания.

Хорошо, что помимо людей, Эйгор уже давно обзавёлся собственными птенцами — существами, преданными только ему и готовыми выполнять любые его распоряжения. Впрочем, даже они не могли полностью оградить его от непрошеных гостей. Всё же даже им было не по силам остановить другого первородного, особенно, если тот имел разрешение на вход.

Речь, разумеется, шла о Крисе.

Никакие двери не могли удержать Криса. Он был слишком обаятельным существом, чтобы такие мелочи могли его остановить.

— В общем, я теперь точно знаю: это, действительно, Демиан, — с порога заявил Крис, как всегда, бесцеремонно, даже не поприветствовав Эйгора. Он сразу завалился на диван в рабочем кабинете — тот самый, что стоял здесь специально для таких гостей — и, уставившись в потолок, продолжил: — Представляешь, он совсем не изменился.

— Мы, вообще-то, и не должны меняться, — спокойно ответил Эйгор.

— Да нет, про внешность всё понятно, — отмахнулся Крис. — Тут наше бессмертие и долголетие играют нам на руку. Я говорю о том, что у меня ощущение, будто он за все эти пять веков вообще ничего толком не делал. И только сейчас внезапно решил проявить активность. Ведёт себя так, будто видел меня буквально вчера. А не так, как будто мы не пересекались последние пятьсот лет.

— Всё-таки, сам понимаешь, он исчез. Мы же долгое время думали, что он окончательно умер. Хотя исчезновение его останков и оставило довольно серьёзную загадку относительно его последних минут, — заметил Эйгор, осторожно подбирая слова. — Демиан всегда был себе на уме. Вполне возможно, он просто ведёт свою игру. Вот тебе и такое поведение.

— Думаешь, за это время наш Демиан научился тонкому искусству манипулирования? — скептически нахмурился Крис. — Да ещё так, чтобы обмануть меня? Что-то я в этом сильно сомневаюсь. Сам понимаешь, я ловил и не таких хитрецов и лжецов, а тут… чтобы другой первородный?

— Вот именно, — перебил его Эйгор. — Другой первородный. Ты сам понимаешь, что с нами обычные методы не работают. Тем более просчитать нас гораздо сложнее, чем человека или любое другое мистическое существо. Это тоже нужно учитывать.

— Да знаю я, — буркнул Крис, скрестив руки на груди и не отрывая взгляда от потолка, будто там было что-то интересное. Хотя потолок в кабинете был самый обычный — офисный, серый, гладкий.

В этом плане Эйгор предпочитал минимализм. Хотя, учитывая, как часто Крис пялился в потолок… пожалуй, стоило бы украсить его чем-нибудь.

— И всё-таки это, действительно, Демиан. Он вернулся спустя столько времени и вновь заявил о себе. Теперь тебе придётся учитывать ещё одного первородного в своих раскладах. Я правильно понимаю, это влияет на твою картину мира? — с хитринкой в глазах посмотрел на Эйгора Крис.

— И что ты хочешь, чтобы я на это ответил? — поправил очки на переносице тот, кто, по сути, управлял всей Гильдией Стражей.

— Да, собственно, ничего, — легкомысленно пожал плечами Крис. — Моё дело — просто удовлетворить любопытство и убедиться, что Вивьен не ошиблась. И что это действительно наш брат Демиан. Сам он, насколько я понимаю, не слишком торопится куда-то влезать. Его вполне устраивает то положение, в котором он находится сейчас. Правда, зная Демиана… если он уже начал проявлять активность, рано или поздно он пойдёт гораздо дальше. Даже удивительно, как он всё это время сдерживался и не проявлял себя. Но, думаю, когда-нибудь и эту загадку я раскрою. Поддастся она моим усилиям.

— Лучше бы ты его, конечно, не трогал, — вздохнул Эйгор. — Сам должен понимать: Демиан, в отличие от всех нас, был самым боеспособным первородным. Не зря же его враги отца прозвали его клинком. Он решал проблемы не словами, а силой — с помощью своих умений, своей выучки. Думается мне, за это время он нисколько её не растерял. Тем более теперь у нас на каждом шагу Разломы. Можно, по сути, без помех тренироваться с множеством противников и оттачивать своё мастерство. Даже не хочу представлять, насколько сильным он стал, если всё это время активно зачищал Разломы, пусть и скрывая свою личность. Уже одного этого достаточно, чтобы понять — Демиана лучше не трогать. И позволить ему делать всё, что он пожелает. Пока это не выходит за определённые рамки.

— Вот именно, рамки, — повторил за ним Крис. — Никто не знает, когда он эти рамки нарушит. Всё-таки Демиан никогда не был сторонником авторитетов. Особенно с нашей стороны. Всё-таки… он был старше.

— И всё ещё остаётся таковым, — напомнил ему Эйгор, — особенно с учётом того, что он теперь вернулся. Единственное, чего, действительно, хотелось бы — это знать его планы на ближайшее время. Чтобы понимать все риски его возможного вмешательства… и того, что он вообще собирается делать дальше. Как-никак, ещё один первородный может серьёзно изменить расклад сил, — задумчиво произнёс он.

— Ну ты у нас, братец, башковитый, — с усмешкой отозвался Крис. — Так что уж сам решишь, что делать с этой информацией. Главное, своё маленькое дело я выполнил — убедился, что это действительно наш брат, и заодно порешал пару собственных вопросов. Так что я-то точно не в накладе от этой вылазки. А уж как ты распорядишься этой информацией — твоё дело.

— А в каком роду он проявился?

— Верно мыслишь, братец. Демиан решил возглавить целый род. Теперь он — Демиан Динас.

— Динас?.. — удивлённо переспросил Эйгор. Название вроде бы казалось знакомым, но он никак не мог вспомнить, где его слышал.

— Да, раньше это был совсем захудалый род. Но, видимо, Демиан подчинил его своей воле — и с этого момента он начал процветать и наращивать влияние. Но, сам понимаешь, слишком глубоко я в эту тему не копал, чтобы не привлечь его внимания. А то ещё получил бы от него… так, что потом меня было бы не собрать, — Крис весело рассмеялся: — Такой судьбы я себе не желаю. Всё-таки столько девушек меня ещё ждёт и не дождётся. Не хотелось бы их разочаровывать тем, что я попросту повздорил со старшим братом с чересчур тяжёлой рукой.

— Не паясничай, Крис. Тебе это не идёт, — с лёгкой, вымученной улыбкой сказал Эйгор.

Он никогда не понимал шуток своего брата. Впрочем, в целом Эйгор не особо понимал, что такое шутки. Его разум был слишком погружён в расчёты, данные и научную работу, чтобы выделять ресурсы на юмор.

Юмор казался ему слишком сложным для восприятия. А его собственные шутки… были такими, что над ними никто никогда не смеялся. Поэтому Эйгор и не шутил вовсе.

После последнего рейда в Разлом начались, по сути, довольно обычные будни, если так можно сказать в отношении того, чем я занимался как глава целого рода. Рода, который, по сути, только ещё вставал на ноги и обрастал нужными связями и влиянием. У меня было целое море дел, и нельзя сказать, что все из них были особенно приятными.

Всё сводилось к тому, что если раньше род Динас не был особо известен в окружении — в силу того, что долгое время оставался захиревшим и от него мало что осталось, — то теперь всё стало далеко не столь однозначным. Наши позиции сильно изменились с момента, как мне достался многоуровневый Разлом. Да и в целом, за последнее время я и мои бойцы закрыли немало Разломов, что позволяло нам не только расти в рейтинге среди других родов, но и одновременно увеличивать ранги охотников моего рода. Это делало нас куда более грозной силой.