– Фонарем светил, мисс! – кричал Бритлс, приставив руку ко рту.

Горничная и кухарка побежали наверх.

– Что там у вас такое, Джайлс? – раздался с лестницы нежный молодой голос.

– Не пугайтесь, мисс, я тут! Со мной не случилось ничего дурного, с ним не было особенной возни… Я быстро его одолел!

– Тише, тише, – сказала девушка, – не кричите так! Вы пугаете тетушку не хуже разбойников. Скажите, Джайлс, опасно ранен этот несчастный?

– Смертельно, мисс, – ответил Джайлс. – Да не угодно ли вам взглянуть на него?

– Я еще успею это сделать, – покачала головой девушка. – А пока прикажите, Джайлс, отнести его в верхнюю комнату. Бритлс же пусть немедленно скачет за доктором Лосберном. Будьте с раненым поласковее, Джайлс, не обижайте его. Сделайте это для меня!

Старый слуга посмотрел на свою хозяйку с такой любовью и нежностью, как будто она была его собственной дочерью, и заботливо помог нести наверх бесчувственного Оливера.

Глава XXVI

Оливер находит новых друзей

В просторной, хорошо убранной столовой за завтраком сидели две женщины. Одна – пожилая, с серебристыми седыми волосами и с добрым открытым лицом, а другая – еще совсем молоденькая девушка. Это были миссис Мэйли, хозяйка того дома, куда забрались ночью воры, и ее воспитанница Роза.

С первого взгляда было видно, что старушка и молодая девушка крепко любили друг друга. Они и правда жили, что называется, душа в душу. Добрая миссис Мэйли не была Розе родственницей, но пожалела бедную сиротку, взяла ее к себе, когда та была еще совсем маленькой девочкой, и вырастила ее как родную дочь. Девочка же в свою очередь привязалась к миссис Мэйли как к матери, звала ее тетушкой и, когда выросла, окружила самой нежной заботой.

Итак, они сидели за завтраком, а Джайлс подавал кушанья на стол и прислуживал им.

– Отчего же Бритлс так долго не возвращается? – сказала пожилая леди, беспокойно посмотрев на часы. – Уж больше часа прошло, как он уехал за Лосберном…

Тут во дворе застучали колеса, и у крыльца остановился небольшой экипаж. Из него выскочил толстый джентльмен небольшого роста и вбежал в столовую так быстро, что чуть не сшиб с ног Джайлса.

– Удивительное приключение! – закричал он. – Я не слыхивал ничего подобного в жизни! Ах, дорогая миссис Мэйли, возможно ли это? Боже мой! Ночью!..

Доктор тяжело опустился на стул и наконец поздоровался с хозяйкой дома и ее воспитанницей.

– Как вы себя чувствуете? – поинтересовался он. – Боже мой, какого страха вы натерпелись! Подумать только! Почему вы не послали за мной? Мой слуга прибежал бы сию минуту, я тоже, и еще кто-нибудь!..

Добряк доктор был так смущен тем, что разбойники явились совершенно невзначай да еще ночью, что можно было подумать, будто они всегда нападают днем, да еще заранее предупреждают о своем появлении.

– Доктор, – сказала Роза, – там, наверху, у нас лежит раненый, и нам с тетушкой хотелось бы, чтобы вы посмотрели его.

– Я сейчас же пойду к нему, – отозвался доктор. – Это, кажется, ваших рук дело, Джайлс? Мне так сказал Бритлс.

Джайлс, убиравший чашки со стола, гордо заявил, что эта честь действительно принадлежит ему.

– Честь? – воскликнула Роза с негодованием. – Ах, Джайлс, как вы можете так говорить? Неужели же вы и вправду считаете честью для себя подстрелить человека? Пусть даже он пробрался к нам в дом со злым умыслом, но и в этом случае можно ли платить ему злом за зло и еще радоваться этому? Кто нам дал право судить его? Кто знает, что заставило этого несчастного пойти по дурному пути, сколько нужды и отчаяния он пережил, прежде чем сделаться таким! А что сделали мы, «хорошие» люди, для того, чтобы отвлечь его от этого пути? Был ли рядом с ним человек, который помог бы в нужде, поддержал в минуту отчаяния? И вот когда он дошел до последней крайности, когда его измученный мозг был уже не в состоянии понимать, какое зло он собирается сделать, мы восстаем против него, называем его злодеем и беремся карать его! Подумайте об этом, Джайлс!

Джайлс покраснел как рак и низко опустил свою седую голову. А ведь его хозяйки еще не знают о том, что он вместо страшного разбойника подстрелил бедного беспомощного ребенка, да еще хвастался этим! Джайлсу стало так стыдно, что он готов был провалиться сквозь землю.

– Ну, ведите меня к больному, – сказал доктор. – Я еще заверну к вам после осмотра, миссис Мэйли… А вот и окошечко, через которое он пролез! Гм! Как это ему удалось протиснуться в него? Видно, разбойник не из жирных!..

Доктор был весельчаком и всегда пребывал в самом хорошем расположении духа.

Наверху он пробыл очень долго. Из его экипажа слуги достали и отнесли наверх большой плоский чемоданчик с инструментами, а потом принялись бегать вверх и вниз по лестнице. Миссис Мэйли и Роза заключили из этого, что раненый разбойник болен очень серьезно. Наконец доктор вернулся, с самым таинственным видом запер дверь и обратился к хозяйке дома:

– Удивительная вещь, миссис Мэйли! Удивительная!

– Надеюсь, что он вне опасности? – спросила старушка.

– Гм! Не было бы ничего удивительного, если бы он и был в опасности. Но теперь, я думаю, все уже позади, миссис Мэйли. Вы видели этого грабителя?

– Нет, – покачала головой пожилая леди.

– И ничего о нем не слышали?

– Нет.

– Прошу извинить меня, миссис, – вмешался Джайлс, – я как раз хотел вам доложить про него, как вошел мистер Лосберн…

– Роза хотела видеть раненого, – сказала миссис Мэйли, – но я ее отговорила.

– Уверяю вас, он совсем не страшный, – улыбнулся доктор. – Не согласитесь ли вы взглянуть на него теперь, при мне?

– Если вы находите, что это нужно, я согласна, – пожала плечами миссис Мэйли.

– Да, я думаю, что это необходимо, – сказал доктор. – И вы, наверное, пожалеете, что не видели его раньше. Он совершенно тих и спокоен, поверьте мне. Вам нечего бояться.

Он взял обеих женщин за руки и повел их наверх.

– Теперь, – сказал он, потихоньку поворачивая ключ в замке, – вы скáжете мне, что думаете о разбойнике. Позвольте… позвольте, я войду первым.

Он переступил порог, следом за ним вошли и женщины. Доктор распахнул полог над кроватью…

Каково же было удивление миссис Мэйли и Розы, когда вместо злодея со свирепым лицом они увидели бледного ребенка с измученным страдальческим личиком, спавшего глубоким сном!

Одна рука его была перевязана и уложена в лубки, а другую он положил под голову. Лицо мальчика было наполовину скрыто свесившимися на лоб длинными волосами.

Роза всплеснула руками и вскрикнула от жалости и изумления. Она тихонько подошла к ребенку, склонилась над ним и осторожно отвела рукой волосы со его лица. Две крупные слезы выкатились у девушки из глаз и упали мальчику на лоб. Ребенок шевельнулся, повернул голову, и его лицо озарилось тихой, счастливой улыбкой.

– Что же это значит? – прошептала миссис Мэйли. – Не может быть, чтобы этот ребенок принадлежал к шайке воров!

– Как знать, милая миссис Мэйли! – ответил доктор. – Может быть у него обманчивый вид.

– Но он так молод, – сказала Роза.

– Дорогая моя мисс, – печально вздохнул доктор, – преступление, подобно смерти, не разбирает возраста. Оно всюду ищет себе жертв, и часто совсем молодые люди и даже дети бывают порочны!

– Но неужели вы и в самом деле думаете, что этот ребенок мог по доброй воле пристать к шайке воров?

– Кто знает!.. Кто знает! – сказал доктор, качая головой.

– Даже если он и был виновен, – сказала Роза с жаром, – неужели можно винить его в этом? Взгляните на него! Посмотрите, как он мал, подумайте о том, что он, может быть, никогда не знал своей матери, не знал родного дома! Никто не учил его различать хорошее и дурное, никто не жалел и не ласкал его! Может быть, плохое обращение, побои и голод заставили его сойтись с дурными людьми, а те заставили его воровать… Можем ли мы судить его за это? Тетя, милая тетя, подумайте об этом и не позволяйте посадить этого ребенка в тюрьму! Ведь этим вы не исправите его, а только вконец сгубите! Тетя, благодаря вашей доброте и заботам я никогда не чувствовала, что я сирота… А если бы не вы, ведь и я была бы такой же покинутой и беззащитной, как этот несчастный мальчик. И кто знает, что было бы со мной?.. Если вы меня любите, тетя, сжальтесь над ним, пока еще не поздно!