* * *

Так Нэнси узнала все, что было нужно. Она поблагодарила доброго полисмена и, продолжая всхлипывать, вышла на улицу. Но едва девушка завернула за угол, как ее слезы высохли. Она скорчила гримасу в сторону полицейского участка и бегом кинулась к Феджину.

Выслушав рассказ Нэнси, все воры страшно заволновались, как бы Оливер их не выдал. После недолгого совещания они решили во что бы то ни стало разыскать Оливера и вернуть к себе, а до этого времени перепрятать наворованные вещи в другое место и перебраться на другую квартиру.

Глава XVI

Жизнь Оливера у мистера Браунлоу

Оливер понемногу поправился, но еще недостаточно окреп, поэтому мистер Браунлоу не решался пока заговорить с мальчиком о его прошлой жизни. Его вообще старались ничем не тревожить, даже убрали со стены портрет, на который он все смотрел в комнате миссис Бэдуин.

– Зачем со стены сняли картину? – спросил Оливер, заметив ее исчезновение.

– Ее убрали на время, чтобы она тебя не тревожила, – ответила ему миссис Бэдуин. – Когда ты совсем выздоровеешь, мы опять повесим ее на прежнее место.

Как хороши были дни выздоровления Оливера! Окружающие так тепло относились к мальчику, вокруг было так тихо и спокойно! После прежнего шума и постоянной брани ему казалось, что он попал в рай. Добрый старик заказал Оливеру новую одежду, купил шапку и сапоги, а его старые обноски отдали старьевщику.

Как-то вечером мальчика позвали к мистеру Браунлоу. Комната была вся в полках, сплошь установленных книгами. Оливер с любопытством смотрел на них.

– Много книг, не правда ли, мальчик? – спросил его мистер Браунлоу.

– Да, сэр, очень много. Я еще никогда не видел столько книг!

– Со временем ты все их прочитаешь, если будешь хорошо учиться. А теперь мне надо с тобой поговорить, – продолжал старик. – Слушай меня хорошенько и постарайся понять то, что я хочу тебе сказать…

– О, сэр, только не говорите, что вы хотите отослать меня! – воскликнул Оливер. – Ради Бога, не заставляйте меня снова скитаться по улицам! Позвольте мне остаться здесь и служить вам. Не отсылайте в то ужасное место, где я жил. Пожалейте меня, сэр!

– Полно, полно, дитя мое! – смутился мистер Браунлоу. – Не бойся, я не брошу тебя, если ты сам этого не захочешь.

– Никогда, сэр! Я никогда вас не оставлю! – пылко ответил Оливер.

– Я тебе верю, – улыбнулся его благодетель. – Меня нередко обманывали, но тебе я все-таки верю. Я много пережил за свою долгую жизнь, похоронил всех, к кому был привязан душой, но по-прежнему мое сердце открыто для людей. Я говорю тебе это для того, чтобы, может быть, зная, что в моей жизни было много горя от тех, кого я любил, ты не захочешь огорчить меня… А теперь расскажи мне все про себя. Ты говоришь, что ты сирота… Расскажи мне: откуда ты, кто тебя воспитал? Говори только правду и будь уверен: что бы ты ни рассказал мне, я не откажусь от тебя и буду заботиться о тебе, пока жив.

Оливер несколько минут от волнения не мог произнести ни слова. А когда он собрался с духом и хотел начать свой рассказ, вошел слуга и доложил, что пришел мистер Гримуиг.

– Проси, – сказал мистер Браунлоу.

– Прикажете мне уйти, сэр? – спросил Оливер.

– Нет, зачем же? Останься. Мистер Гримуиг мой старинный приятель, и я рассказывал ему про тебя.

Дверь отворилась, и в комнату вошел старый чудной господин. Он был одет в старомодный синий сюртук, полосатый жилет и нанковые^[4] панталоны. На голове у него красовалась белая шляпа с широкими полями. Лицо у него было очень смешное и постоянно менялось: то он щурился, то хмурился, то вытягивал губы, то подмигивал глазом. Голову он всегда держал как-то набок и на всех смотрел искоса, точно птица. Он хромал на одну ногу и потому всегда ходил, опираясь на толстую палку.

Он держал в руке апельсиновую корку и, едва появившись в комнате, сердито закричал:

– Посмотрите-ка сюда! Видите? И почему это я не могу войти ни в один дом без того, чтобы мне не попалась на лестнице эта гадость?! Я стал хромым из-за апельсиновой корки и, видно, от нее же и умру! Если не так, то я готов съесть собственную голову!

Это была давняя присказка мистера Гримуига: когда ему хотелось уверить в чем-либо окружающих, он всегда обещал съесть свою голову.

– Это еще что такое? – спросил странный посетитель, увидев Оливера и отступая назад.

– Это Оливер Твист, о котором я вам говорил, – усмехнулся мистер Браунлоу.

– Уж не хотите ли вы сказать, что это тот самый молодец, у которого была горячка? – поднял брови мистер Гримуиг. – Погодите-ка! Я готов съесть собственную голову, если это не он разбросал по лестнице апельсинные корки!

– Нет, он этого не делал, – ответил, смеясь, мистер Браунлоу, – у него не было апельсина. Ну, кладите же свою шляпу, перестаньте ворчать и познакомьтесь с моим молодым другом.

Мистер Гримуиг постоянно сердился, спорил и стучал палкой об пол, но в душе он был очень добрым и простодушным человеком.

– Это тот мальчик, о котором вы мне говорили? – повторил он, усаживаясь в кресло и уставившись на Оливера.

– Он самый, – ответил мистер Браунлоу. – Оливер, сходи-ка вниз да скажи, чтобы подавали чай.

Он нарочно выслал мальчика, чтобы поговорить о нем с мистером Гримуигом.

– Не правда ли, хороший мальчик? – спросил он, когда Оливер вышел.

– Почем я знаю! – ответил неохотно Гримуиг.

– Отчего вы так говорите?

– Да почем мне знать? По мне, все мальчики похожи друг на дружку. Откуда он? Кто? Что вы про него знаете? У него была горячка, но ведь и у плутов может случиться горячка.

По правде сказать, Оливер Гримуигу понравился, но чудной старик любил спорить и не соглашаться.

Оливер быстро вернулся, и мистер Браунлоу усадил его за стол рядом с собой.

– Ну, и когда же ваш мальчик нам все про себя расскажет? – ворчливо спросил мистер Гримуиг хозяина дома.

– Завтра утром, – ответил мистер Браунлоу. – Оливер, приходи ко мне в комнату завтра утром, когда я буду один. Часов в десять.

– Хорошо, сэр, – поклонился Оливер и вдруг весь покраснел и смутился.

Гримуиг пристально смотрел на него и наклонился к своему приятелю.

– Знаете ли, что я вам скажу? – вполголоса сказал он. – Он не явится к вам завтра: я заметил, что он колеблется. Мальчик обманывает вас, мой друг!

– Я уверен в том, что это неправда, – с жаром ответил Браунлоу.

– Если я ошибаюсь, то я готов… – и Гримуиг застучал палкой по полу.

– Я готов поручиться жизнью, что этот мальчик правдив! – мистер Браунлоу в сердцах даже ударил кулаком по столу.

– А я готов заложить свою голову и утверждаю, что он лжив, – ответил Гримуиг, тоже ударяя кулаком по столу.

– Увидим, – сказал Браунлоу, стараясь сдержать свою досаду.

– Увидим! – ехидно улыбнулся Гримуиг. – Увидим!

В комнату вошла миссис Бэдуин с книгами в руках. Их мистер Браунлоу купил утром у того самого книготорговца, который выручил Оливера из полиции, и приказал их прислать к себе на дом.

– Пускай посыльный подождет, – сказал мистер Браунлоу.

– Он уже ушел, сэр, – развела руками экономка.

– Тогда нужно вернуть его: за книги еще не заплачено, а он человек небогатый…

Оливер и служанка выскочили на улицу. Мальчик побежал по улице в одну сторону, девушка – в другую. Старая экономка осталась у подъезда, громко окликая посыльного из книжной лавки. Но он был уже далеко, и все вернулись в комнату ни с чем.

– Какая досада! – огорчился Браунлоу. – Мне непременно нужно послать ему деньги сегодня же, да, кстати, и вернуть кое-какие книги.

– Так отправьте их с Оливером, – сказал Гримуиг насмешливо, – он исправно выполнит ваше поручение.

– Да, сэр, позвольте мне отнести книги, – поклонился Оливер, – я мигом сбегаю.

Браунлоу подумал, что мальчику еще рано выходить на улицу после болезни, но Гримуиг смотрел так насмешливо и подозрительно. Браунлоу решил доказать своему приятелю, что он неправ и что Оливеру можно довериться.