Как-то не так я себе представляла встречу с его наследием. И всё же руки немного тряслись, когда я, присев за стол, потянула короб на себя. Противный скрежет наполнил комнату, но я, скривившись, всё же дотащила его до себя. Не хотелось ещё раз допустить ошибку и едва не развалить по полу всё содержимое. Моя криворукость ещё никого до добра не доводила, и второй раз на те же самые грабли наступать не хотелось. Дай боже, чтобы с первого раза прошло нормально и не потребовалось вмешательство сотрудников банка.
Собравшись с духом, всё же откинула крышку и едва не подавилась собственным вдохом. Там лежали не деньги, как я думала, а куча карт памяти и тонкие тетради по двенадцать листом. Мне не потребовалось даже два и два складывать, чтобы понять, что мне подарили всю картотеку компромата разом. Вот почему это чудо хранилось в банке. Такое в простой сейф не запихнуть. И по той же причине Сивый велел забрать всё перед отлётом. Это моя страховка на непредвиденный случай. Так что я думать не стала, быстро сгребла всё в объёмную сумку и захлопнула уже пустую ячейку, которую и вернула на законное место.
Распрощавшись с работниками банка, села в заказанное такси и понадеялась на то, что это будет последним пунктом моего безумного дня. Вот не чаяла даже, что одно-единственное действие могло так высушить. Буквально испить до дна и низвергнуть в пучину отчаяния. Сивый знал обо всём заранее? Или просто был слишком расчётливым и понимающим, чтобы не сделать такой ход наперёд. И у кого-то спросить не вышло бы. Единственный, кто мог ответить уже, в сырой земле покоился, унеся все тайны с собою в ад!
Да, пусть меня небеса покарают за подобные мысли, вот только я никогда не считала его праведником, да и сама не жила по этим законам. Так что думать не приходилось, в каком месте уготована встреча. Только помирать пока не собиралась. Пусть всё остаётся так, как и должно быть. А я уж протяну и найду иной выход из сложившейся ситуации. Зевнув, посмотрела в голубую даль, которую ещё можно было рассмотреть за многоэтажками огромного мегаполиса. Правильно ли я поступала? Прощалась с родиной, чтобы сбежать от самой себя? Наверное, нет…
Возможно, будь я один на один с этим миром, мне было бы плевать на то, как сложится моя дальнейшая жизнь, но за сестру я переживала и не хотела причинять ей ещё больше страданий. А чтобы избежать проблем, следовало выдернуть её из этого окружения и увезти куда-нибудь подальше, где не будет всех этих проблем и недосказанности. Хорошо там, где нас не было. Только попав в шкуру человека потом не жалуйся на то, что уровень игры поднялся до критической сложности. Тут пока сам не прочувствуешь, ничего разобрать нельзя.
Такси остановилось около больницы, я распрощалась с водителем и пошла протоптанной дорожкой. Правда, пришлось заглянуть в туалет и избавиться от маскировки. Сейчас, даже если кто-то за мной следил, они потеряли объект из виду. А шляпу можно нечаянно забыть в полати матери, и никаких опознавательных примет не останется. Привычный замученный взгляд смотрел на меня из зеркальной глади. Тяжело вздохнув, подумала о том, что первым делом в Америке надо будет отоспаться, минимум двое суток, в противном случае у меня крыша уедет окончательно и бесповоротно. Такой расклад меня устраивал.
Только перед реализацией столь радужного и счастливого плана, следовало расставить все точки над знаками и превратить многоточия в финальные аккорды. Посидев напротив матери, всё же набралась решимости поговорить откровенно с Тетерем. Он один мог раскрыть полноценную картину событий этого непростого времени. Мотнув головой, отогнала от себя печальные мысли и быстрым шагом направилась к кабинету заведующего отделением. Мне тропинка была знакома и не боялась свернуть не туда. А вот будь за мной хвост, они бы живенько спалились перед персоналом больницы, тут чужих не любили точно так же, как у нас в канторе.
Кивнув дежурной медсестре, быстро свернула за угол и направилась вниз по лестнице, чтобы оказаться прямо перед курилкой персонала, убранной подальше от любопытных глаз больных и посторонних. Заглянув внутрь, услышала стандартный набор приветствий и сообщение о том, что начальство изъявило желание свалить побухать в компании кого-то высокого и спонсирующего больничку. Так что пришлось шантажом и обещаниями явиться уже без приглашения, всё же выудила из Тетеря адрес и скинула сообщение о том, что мне надо всего пять минут с ним наедине, чтобы обсудить важные вопросы.
Тот воспринял мою просьбу со всей серьёзностью, на которую вообще был способен. Нечасто я просила кого-нибудь о подобных разговорах, и о том знали все. А коли сама ищу, ещё и с шантажом, то дело не терпело отлагательств. Так что стоило мне подъехать к назначенному адресу, как тот практически мгновенно нарисовался в дверях ресторана, галантно помогая выйти из машины и зазывая внутрь, на что я утвердительно отказалась, ибо времени не так много, а закончить следовало целую кучу навалившихся в одночасье дел и занятий. Итак, не продохнуть!
— Ты чего, как ёрш надутая? — мужчина осмотрел меня с головы до пят и не стал затаскивать в ресторан, сообразив, что дело и в самом деле тяжёлое.
— Сколько матери осталось? — начала я с того самого вопроса, которого безумно боялась. — Только честно. Без всяких ваших врачебных шуточек.
— Сколько у тебя денег хватит, столько и осталось, — закурив, Тетерь облокотился о низенькую лавочку, умостив на ней задницу. — Я тебе уже не раз и не два говорил, она не жилец. Пока платишь, кое-какая иллюзия её существования поддерживается, как только перестанешь, так и та рассеяться. Если что-то задумала, делай. Так будет лучше для вас троих. Мелкой психику только портишь. Давно надо было… Говорил я Сивому. Да он не дал… А теперь и сам…
— А если завтра меня уже не будет в стране? — тихо спросила я у того, и едва не пожалела о том, что вообще открыла при нём свой рот.
— Тогда этого разговора между нами не было, и я тебя вообще не видел, — пожал плечами врач. — Сивый всё же вытряс с тебя обещание свалить из этого абьюза рабочего масштаба. Правильно сделала, не хрен тебе тут париться. Ты с нами загнёшься, а тебе мужик нужен и семья. Дети, чтобы полный дом и счастье. Давай Лиса, бывай тогда. На похороны деньги возьму из твоей зарплаты. Сестре не говори, лучше потом, как окрепнет морально. На психолога не скупись, ей это прорабатывать нужно. У неё и так с головой беда.
— Ты говоришь это так, словно заранее знал, что я к тебе сегодня приду, — потерянно протянула я и постаралась дышать полной грудью, проталкивая воздух в лёгкие. — Знаешь, такие разговоры с потолка не ведутся.
— Я ждал тебя раньше, но ты долго решалась, — признался мужчина. — Но самое главное, что ты решила выбраться из этого болота. А это правильно. Тебе самой ещё считай, нет ни фига. А сестре уж и подавно жизнь надо с чистого листа начинать. Хотел бы чем-нибудь помочь, да ничем собственно. Староват я стал для таких разборок. Видать, по молодости, и шило в жопе помогало. Но ты девка у нас умная, разберёшься, с какого боку к кобыле подъехать. Давай, шуруй, тебе ещё делами надо заниматься, а не лясы со мной точить. Если считала, что отговаривать стану, то хреновую ты себе жилетку для соплей выбрала. Бывай, жизнь доведёт, свидимся, а пока, ни пуха ни пера тебе.
— К чёрту! — вымолвила я, наблюдая за тем, как его спина скрылась за дверью ресторана.
Я, может быть, и хотела бы его возненавидеть, разрыдаться и обвинить во всех грехах, но не могла. Они переживали за меня, так же как я переживала за них. И теперь, когда Сивого больше с нами не было… Всё пошло под откос, вся жизнь буквально рухнула, и я не представляла, каким образом отмотать время назад и заменить его бег на более устойчивое тиканье. Ещё раз посмотрев на ресторан, решила, что это правильная точка в моих отношениях с этими людьми. На сантименты из них никто не способен, а если распущу сопли, себе же хуже сделаю. Потому следовало в первую очередь думать о том, что будет впереди, а не о том, что осталось позади. Там лишь дымка поломанных воспоминаний и загубленных судеб.
