– Что случилось, Нэнси, милая?

– О чем вы говорите? – так же тихо спросила девушка.

– О причине всего этого. Если он так жесток с тобой, то почему же ты не…

– Ну?

– Ладно, сейчас не будем говорить об этом. Я хочу сказать, что во мне ты имеешь друга, Нэнс, верного друга. У меня есть средства под рукой, надежные и безопасные. Если ты хочешь отомстить тем, кто обращается с тобой как с собакой – приходи ко мне. Этот негодяй у тебя на один день, а меня ты давно знаешь, Нэнс.

– Да, я вас хорошо знаю. Спокойной ночи, – отозвалась девушка и заперла за ним дверь.

Феджин направился к себе домой, погруженный в глубокие размышления. У него медленно и постепенно зарождалось подозрение, что Нэнси, измученная грубостью взломщика, решила завести себе нового дружка. Перемены в настроении, частые отлучки из дому, некоторое равнодушие к интересам шайки, которой она когда-то была так предана – все это делало его догадку правдоподобной. А поскольку предмет этой новой любви не был одним из его подручных, то он мог оказаться ценным приобретением, и его следовало привлечь без промедления.

Нельзя было терять из виду и другой цели. Сайк су слишком многое было известно, а его пренебрежение к Феджину вызывали в старом еврее ярость, с которой все труднее было справляться. «Стоит подговорить ее, – думал Феджин, – и, возможно, что она согласится отравить Сайкса… Она ведь не стала удивляться моим словам, она поняла. Такой расклад мне только на руку. Исчезнет опасный негодяй, его место займет другой, а мое влияние на девушку только возрастет».

– Я этого добьюсь, – прошептал Феджин. – Я все обдумал. Средства под рукой и будут пущены в ход. Я еще до тебя доберусь, Сайкс!

Он бросил мрачный взгляд назад на дом Сайкса, и пошел своей дорогой, теребя и туго закручивая костлявыми пальцами складки рваного плаща, словно руки его сокрушали ненавистного врага.

Глава XLV

Феджин дает Ноэ Клейполу секретное поручение

На следующее утро старик встал рано и с нетерпением ждал прихода своего нового сообщника. Ноэ видимо, не торопился вставать, потому что явился с большим опозданием и тут же с жадностью набросился на завтрак. Феджин сел напротив, пристально глядя на Ноэ. Тот поперхнулся:

– Что случилось? Не просите меня ни о чем, пока я не покончу с едой. Вот что у вас здесь плохо: никогда не хватает времени спокойно поесть… Кстати, где Шарлотт?

– Ушла, – ответил Феджин. – Я ее отослал утром с другой молодой женщиной, потому что хотел остаться с вами наедине.

– О! – прочавкал Ноэ. – Жаль, что вы не приказали ей сначала приготовить гренки с маслом. Ну ладно, говорите.

– Вчера вы хорошо поработали, мой милый, – сказал Феджин. – Превосходно. В первый же день шесть шиллингов девять с половиной пенсов. Вы сколотите себе состояние на облапошивании птенцов.

– Не забудьте прибавить к этому три пинтовые кружки и кувшин для молока, – сказал Ноэ, отрезая новый кус хлеба.

– Да, да, мой милый, конечно. Но сейчас, мой милый, мне нужно, чтобы вы исполнили для меня одну работу, требующую величайшего старания и осмотрительности.

– Послушайте, не вздумайте толкать меня на опасное дело. Это мне вовсе не подходит!

– Никакой опасности, малейшей! Нужно только проследить за одной женщиной.

– С этим делом я могу справиться: в школе я был ловким доносчиком!

– Прекрасно. Я хочу знать, куда она ходит, с кем встречается…

– Сколько вы мне заплатите? – Ноэ отставил чашку, жадно всматриваясь в лицо хозяина.

– Фунт, если вы хорошо это обделаете, мой милый. Целый фунт!

– А кто она?

– Одна из наших. Она нашла себе каких-то новых друзей, мой милый, а я должен знать, кто они.

– Понимаю… – сказал Ноэ. – И где она? Где мне ее подстерегать? Куда я должен идти?

– Я вам ее покажу, когда придет время. Будьте наготове, а остальное предоставьте мне.

Этот вечер и два следующих шпион просидел в сапогах, готовый выйти по приказу Феджина. Но прошло шесть долгих, томительных вечеров, а Феджин все говорил, что время еще не настало. На седьмой день он явился раньше обычного, с трудом скрывая свой восторг. Было воскресенье.

– Сегодня она уйдет из дому. Целый день она провела одна, а человек, которого она боится, вернется не раньше чем на рассвете. Идем. Поторапливайтесь!

Крадучись они вышли из дому и, быстро пройдя по лабиринту улиц, остановились перед трактиром, в котором Ноэ признал «Трех калек».

Дверь была заперта, но Феджин негромко свистнул, и она бесшумно распахнулась.

Феджин и молодой еврей, впустивший их, указали Ноэ на потайное оконце и знаком предложили ему посмотреть на девушку в соседней комнате.

– Это та самая?

Феджин кивнул.

– Вы ее хорошо видите? – прошептал Феджин.

– Узнаю из тысячи!

Девушка поднялась из-за стола. Феджин успел оттащил Ноэ в угол комнаты, за занавеску. Затаив дыхание, они подождали, пока девушка прошла через трактирный зал и вышла на улицу.

Ноэ переглянулся с Феджином и выбежал из трактира.

При свете фонарей он увидел удаляющуюся фигуру девушки. Придерживаясь все время другой стороны улицы, он догнал ее и зашагал следом. Раза три она тревожно оглядывалась, а один раз приостановилась, пропуская двух мужчин, шедших за нею. Казалось, она набиралась храбрости, так как шагала девушка все более твердо и уверенно. Ноэ шел, не спуская с нее глаз.

Глава XLVI

Свидание состоялось

Церковные часы пробили три четверти двенадцатого, когда на Лондонском мосту появились две фигуры.

Одна, торопливо шедшая впереди, была женщина, которая нетерпеливо озиралась, словно отыскивала кого-то. Другая – мужчина, пробиравшийся в густой тени. Так они перешли по мосту из Мидлсекса на Саррийскую сторону, и тут женщина внезапно повернула назад. Ноэ едва успел забиться в одну из ниш над быками моста. Затаив дыхание, он выждал, пока девушка не прошла по противоположному тротуару. Подождав немного, он потихоньку вышел и снова последовал за ней. Почти на середине моста она остановилась. Остановился и мужчина.

Ночь была очень темная, погода стояла плохая, и в этот час и в таком месте людей было мало, а немногие прохожие быстро проходили мимо.

Над рекой навис туман, сгущая красные отблески огней, горевших на маленьких судах, пришвартованных к различным пристаням. По обоим берегам реки поднимались старые, закопченные склады. Во мраке виднелись башня старой церкви Спасителя и шпиль церкви Сент Магнуса.

Наконец, тяжелый колокол собора св. Павла пробил полночь. Не прошло и двух минут после боя часов, как из кареты, остановившейся неподалеку от моста, вышли молодая леди и седой джентльмен. Отпустив экипаж, они направились прямо к мосту. Увидев их, девушка встрепенулась и поспешила им навстречу.

– Не здесь! – торопливо сказала Нэнси. – Здесь я боюсь разговаривать с вами. Пойдемте… подальше от дороги… вот сюда, вниз по ступеням.

Лестница, на которую указала Нэнси, являлась частью моста и состояла из трех пролетов. В конце второго уходящая вниз каменная стена заканчивается орнаментальным пилястром, обращенным к Темзе. Здесь нижние ступени шире, так что Ноэ, спрятавшийся там, не был виден со стороны. Затаив дыхание, он стал внимательно слушать.

– Давайте поговорим здесь, – раздался голос пожилого джентльмена. – Вы, я вижу, очень взволнованы?

– Весь день меня преследовали ужасные мысли о смерти, о каких-то саванах, запятнанных кровью, и такой страх, что я горела, как в огне.

– У вас богатое воображение, – успокаивая ее, сказал джентльмен.

– Нет, это не воображение, – прерывающимся голосом возразила девушка. – Я действительно что-то чувствую…

– Вас не было здесь в прошлое воскресенье вечером, – снова заговорил пожилой джентльмен.

– Я не могла прийти, – ответила Нэнси, – меня удержали силой.