Он притянул Коннора к своей груди и успел прошептать:

- Пожалуйста, не отказывайся от меня, - перед тем, как прижаться губами к губам Коннора.

***

Коннор попытался вложить свой ответ в поцелуй, когда Зейн прижал их друг к другу. Он понятия не имел, что беспокоило Зейна, но его отчаянная мольба перед тем, как поцеловать Коннора, чуть не уничтожила его. Коннор подозревал, что никакие его обещания не заставят Зейна поверить, что он никуда не денется, поэтому он попытался успокоить его другими способами. Сколько людей давали подобные обещания Зейну раньше?

Занятия любовью с Зейном были такими же интенсивными, как и всегда, когда он снова и снова оживлял тело Коннора своими обжигающими прикосновениями и умелым ртом. Но только когда Зейн скользнул в него и переплел их руки, Коннор почувствовал, что напряжение покидает его. Как будто он, наконец, был там, где хотел быть всю ночь.

- Скажи это. Пожалуйста, - потребовал Зейн, входя так глубоко, как только мог.

- Я люблю тебя, Зейн. Очень сильно, - прошептал Коннор, обвивая рукой шею Зейна и притягивая к себе для поцелуя.

- Еще раз, - умолял Зейн, почти полностью выходя из него, прежде чем снова глубоко войти.

- Люблю тебя, - сказал Коннор, когда его тело начало трещать по швам. Снова и снова он повторял эти слова, пока Зейн входил в него. Губы Зейна зависли прямо над его губами, так близко, что каждый раз, когда Коннор говорил, Зейн, казалось, впитывал его слова. И когда Коннор уже не мог говорить, Зейн скользнул языком в рот Коннора и занялся с ним любовью, так же, как делал с его телом. Они кончили почти одновременно, и волна жара, затопившая внутренности Коннора, заставила его хватать ртом воздух, а ноги обхватили Зейна, удерживая его внутри. Его сперма разлилась между их потными телами, но он не мог найти в себе сил пошевелиться. И, к счастью, ему не пришлось этого делать, потому что Зейн осторожно вышел из него и слизал каждую каплю. Он успел сказать Зейну, что любит его, еще раз, прежде чем губы Зейна сомкнулись на его губах, и когда горький вкус собственной спермы коснулся языка, Коннор вздохнул и погрузился в темноту сна.

***

- Расслабься, это свадьба, а не похороны.

Слова Деклана никак не успокоили Зейна, он взял бокал шампанского, который предложил ему Деклан.

- Никогда там не был, - пробормотал Зейн, делая глоток игристой жидкости.

Определенно, напиток был вкусным. Что не должно его удивлять, учитывая, насколько богатым был Дом Барретти. И если судить по дому, в котором они стояли, то Дом Барретти принадлежал к элитной лиге, до которой мало кому удавалось добраться. Но один взгляд на женихов, танцующих в объятиях друг друга на танцполе, заставил Зейна предположить, что Дом в мгновение ока бросит все ради своего новоиспеченного мужа.

- Как думаешь, о чем они там разговаривают? - Спросил Зейн, глядя мимо эффектной пары на танцполе туда, где Коннор увлеченно беседовал с Реном, Джаггером и беременной женщиной, которую представили как жену Вина Барретти, Мию.

- Мия совершила ошибку, позволив нам выбрать вторые имена для детей, поскольку мы крестные отцы. Джаггер хочет что-то крутое и жесткое, в то время как Рен считает, что нам следует выбрать итальянские имена, чтобы поддержать семейную традицию.

Зейн усмехнулся, потому что по выражению раздражения на лице Мии, когда Джаггер и Рен принялись за дело, он понял, что будущая мать уже пересматривает свое решение.

- Я рад, что ты пришел, Зейн, - сказал Деклан.

Он чуть было не отказался. Он был застигнут врасплох приглашением, поступившим от самого Дома, когда Зейн позвонил, чтобы узнать последние новости о Лайонеле, который оставался в одиночестве в своей квартире в центре города. Было бы логично, если бы приглашение было адресовано только Коннору, поскольку он дружил с Реном, но Дом решил пригласить их обоих по отдельности. Была приглашена даже миссис Финни, которая, как только церемония закончилась, устроилась поудобнее в мягком кресле и присматривала за маленькой дочерью одной из присутствовавших молодых пар.

Только когда он упомянул о приглашении Деклану, после того, как столкнулся с ним в здании суда, Зейн вспомнил всех людей, пришедших в больницу в ту ночь, когда на Коннора напали. Среди моря лиц он узнал только Дома, но Деклан рассказал ему обо всех остальных, кто там был. Некоторые из них заходили в палату к Коннору, чтобы проведать его, но Зейн был настолько вне себя от страха и потрясения, что не обратил особого внимания на то, кто есть кто.

- Коннор, правда, с нетерпением ждал этого, - пробормотал Зейн.

- Он выглядит действительно хорошо, - заметил Деклан. - Как его рука?

- Почти на сто процентов здорова. Он рад, что сняли шину, и ему осталось пройти всего несколько сеансов физиотерапии.

- А в остальном? - Спросил Деклан.

Коннор был откровенен с Джаггером о попытках забыть события той ночи, поэтому неудивительно, что Деклан знал о них.

- Иногда ночные кошмары. Он все еще ходит к доктору Барнсу, так что, похоже, это помогает.

- Он вернулся в бар?

Зейн покачал головой. Это была самая трудная часть выздоровления Коннора. Но не только потому, что у него не было дохода, но и потому, что он чувствовал, что подводит Мэгс. Мэгс снова и снова заверяла его, что работа найдется, когда он будет готов вернуться, но те немногие попытки, что Коннор предпринял за последние несколько недель, чтобы хотя бы устроиться в бар, провалились.

- Я мог бы спросить Дома, не нужна ли им какая-нибудь помощь в офисе, - предложил Деклан.

- Он слишком боится, что у него начнется очередной приступ во время работы.

Именно по этой причине он так долго оставался у Мэгс.

Признание в том, что Коннор всегда хотел стать учителем, не удивило Зейна, поскольку Коннор прекрасно ладил с людьми, но известие о том, что его травма помешала ему осуществить свою мечту, сильно обеспокоило Зейна. Коннор рассказал ему о том, что произошло с детьми на его первой работе, и по тому, как Коннор рассказывал об этом испытании, он мог сказать, что для него это было сокрушительным осознанием.

- Люди бы поняли... - сказал Деклан.

- Он боится, что причинит кому-нибудь боль.

- Черт, - пробормотал Деклан.

- Он ищет место, где мог бы работать из дома. Административную работу.

Деклан покачал головой в знак молчаливого несогласия - та же реакция, что была и у Зейна. Коннору нужно было быть среди людей - он был слишком энергичным, чтобы оставаться без них. Словно почувствовав, что он думает о нем, Коннор оторвался от спора, продолжавшегося между Джаггером и Реном. Даже с другого конца комнаты Зейн почувствовал улыбку Коннора.

- Ты был прав, Деклан.

- В чем?

- В том, что я нуждаюсь в нем, а не просто хочу его, - сказал Зейн, не сводя взгляда с Коннора.

- Ты сказал ему это? - Спросил Деклан.

Зейн на мгновение замолчал, наблюдая, как Коннор отделяется от группы и направляется в его сторону.

- Все еще пытаюсь разобраться в этой части, - наконец, сказал он, прежде чем передать Деклану шампанское и пересечь танцпол, чтобы встретить своего мужчину в центре.

Глава 11

- Спокойной ночи, Рэй, - сказал Зейн, быстро кивнул телохранителю и закрыл дверь. Запирая ее, он протянул руку и начал развязывать галстук. Быстрый взгляд на гостиную показал, что она пуста.

- Коннор?

- Я здесь.

Зейн бросил сумку на приставной столик и направился на кухню. У него был тяжелый рабочий день, в попытках разобраться со всеми уликами против Роланда Деминга, и, хотя он пока не нашел ни одной лазейки, доводы прокурора были слабыми. Что означало определенный успех для него, но разочарование для семьи Мисси Деминг и мрачное будущее для любовницы, которую Деминг возвел в ранг жены.

- Я подумал, что мы могли бы заказать что-нибудь на ужин...

Зейн остановился, увидев Коннора, сидящего за кухонным столом.

Но не вид Коннора лишил его возможности двигаться. А две дюжины белых роз в темно-зеленой вазе в центре стола и белая поздравительная открытка с его именем, написанным четкими, аккуратными буквами, заставили его отступить на шаг.