Поворачиваюсь в его руках, смотрю в такие ставшие родными глаза, в которых вижу свое отражение и тону в них. Тянемся друг другу на встречу и жадно целуемся. Не знаю сколько проходит времени, но громкий стук в дверь нас прерывает на самом интересном месте, потому как я себя обнаруживаю на рабочем столе Дана со спущенными трусиками и разведенными ногами, в шаге от соединения с любимым.

— Чёрт! — Дан тяжело дышит, его каменный член подрагивает, на конце выступила капля смазки, — Что? — буквально кричит.

— Даниил Андреевич, там к вам какая-то девица пожаловала, вас требует. — говорит домработница.

— Какая девица, черт возьми?

— Охрана передает, что вы ее знаете.

— Пусть ждет! Я занят! Скоро освобожусь. — рявкает, и одним толчком входит на всю длину. — Блядь! Как же я по тебе соскучился, малышка. — резкие, глубокие толчки, выбивают из меня стоны, Дан действует осторожно, и бережно, стараясь не повредить мою руку.

Кончаем практически одновременно, снова жадно целуясь. Немного остываем, приводим себя в порядок, поправляем одежду.

— Люблю тебя, девочка. Послал бы всех на хер! Но нужно выяснить кто там пожаловал. Возможно, мы узнаем ответы на некоторые вопросы. Ты готова, любимая?

— Готова. Но думаю, ты пока иди один, я спущусь чуть позже. Не стоит твоей гостье знать, что я здесь. Вдруг она пришла позлорадствовать обо мне? Дадим ей этот шанс — это же наверняка твоя бывшая пассия? Услыхала о моей смерти и прибежала тебя утешать? Пусть насладится своим триумфом.

— Я понял, а ты выйдешь позже и разобьешь ее мечты в прах.

— Догадливый какой. Только сделай скорбное лицо! Ты же оплакиваешь мою смерть.

— Как скажешь, милая.

Выходим из кабинета вместе, Даниил спускается вниз, а я пока стою наверху у лестницы и прислушиваюсь. Он распоряжается впустить девицу, что пришла в дом. В холле мелькнули рыжие волосы, и их хозяйка кинулась к стоящему у дивана хозяину дома.

— Дан! Любимый, я так соскучилась по тебе!

— Что ты здесь делаешь? Ты не забыла, что мы расстались? — строго спрашивает Дан. — Зачем ты пришла? Мне сейчас совершенно не до тебя. У меня невеста погибла, ты пришла надо мной посмеяться?

— Ну зачем ты так? — тонкие руки обвили талию мужчины, — Я услышала об этом утром, и сразу же поспешила к тебе, утешить.

— Зачем? — Дан отрывает от себя руки девицы и отступает, садится в кресло и сверля взглядом стоящую напротив женщину.

— Я любила тебя всегда, ты заставил меня страдать! И я беременна от тебя! Уже пять месяцев. Но ты меня выгнал, так и не поверив мне. Может хоть сейчас ты возьмешь на себя ответственность за нашего сына?

— Так ты заявилась, чтобы потребовать денег? — Дан уставился на едва виднеющийся живот бывшей любовницы. Именно той, что была на тех фотографиях, что пришли мне. — Тогда я требую сделать тест ДНК.

— Ты мне не веришь? — взвизгнула девица.

— Таня, я бизнесмен и просто так отдавать свои деньги не собираюсь. Или тебе напомнить причину нашего расставанья? Ты мне изменяла с моим конкурентом. Почему ты не пошла к нему? Может это его ребенок?

— Ну, пупсик! — падает перед ним на колени и тянется к пряжке ремня, — Я хочу сделать тебе приятно. Как ты любишь. — шепчет девица, стягивая с себя платье, под которым ничего нет.

— Ты уверена, что мне нужно именно это?

— О да! Я что зря старалась, чтобы все это придумать и реализовать?

— О чем ты? — насторожился Дан.

— Да так, ни о чем. — стушевалась она, поняв, что разболтала лишнее. — Я только лишь хотела тебя вернуть.

Кажется пора теперь и мне вступить в игру, я медленно начала спускаться по лестнице.

— Разгром квартиры твоих рук дело?

— Это месть, за то, что какая-то дрянь увела тебя у меня! — вскакивает голая девка. Крупные груди с коричневыми сосками подскакивают, следом. И я понимаю, что девица не в себе. У нее крыша точно поехала. А вот ее ребенка мне жалко, он-то ни в чем не виноват.

Останавливаюсь на последней ступеньке, видя, как в глазах девицы горит огонек сумасшествия, меня она пока не замечает, стоит перед моим мужчиной и трясет своими сиськами.

— Авария? — еще суровее спрашивает Дан.

Замечаю, что он едва сдерживается в шаге от преступления. Сжимает кулаки, чтобы не схватить ее за шейку и не свернуть.

— Да! Я хотела избавится от этой суки! Ты совершенно стал другим, а я хотела тебя вернуть! Думала трахнешь ее разок и все. И снова между нами будет как раньше.

— Как ты это провернула? — чуть ли не рычит Дан.

А девке все равно она словно не слышит исходящей от него угрозы и упивается собой и своей больной фантазией. Тут — то ее взгляд выхватывает меня, стоящую на последней ступеньке.

— Как ты тут оказалась? Ты же сдохла! Или ты пришла мне отомстить? Как там на том свете?

— Не знаю, когда там окажусь приду к тебе и сообщу. — позади появляется охрана, пропускающая в дом бригаду скорой. — Я хочу знать, как ты все придумала. У тебя были сообщники, кто они?

— Тебе их не найти! Мои братья не бросят меня и не предадут, как и я их. Ведь мы очень с ними близки! Тебе никогда не узнать этого! Они меня любят вдвоем, тебя когда-нибудь трахали сразу двое? — девка размахивает руками, — Это такой кайф! Когда тебя растягивают сразу два члена, твоих братьев.

— Мерзость! Меня тошнит от тебя. Ты больна.

— Пакуйте! — слышу голос Дана.

— Что? — в глазах ее на миг проносится озарение, — Я не поеду с ними! Я здорова, абсолютно! — бросается бежать, отталкивая меня, но ее ловит охрана, а я попадаю в объятия любимого.

На орущую девку натягивают смирительную рубашку и связывают за спиной, кто-то из санитаров открывает чемоданчик и готовит укол, вкалывает ей в плечо и спустя пару минут она успокаивается и опадает в их руках. Ее уводят, в холле звенит тишина после представления. Прячу лицо на груди мужчины и не хочу открывать глаз. Такое впечатление, что я искупалось в куче с навозом и вокруг смердит. Хочется отмыться от мерзости поступков больной идиотки.

— Как ты мог быть с ней?

— Ничего не говорило о ее болезни, пока мы с ней встречались.

— Видимо ваш разрыв послужил катализатором ее состояния.

Приглушенный свет в спальне, тонкий аромат горящих свечей, стройное девичье тело на смятых простынях и мужчина, сверху натирающий ароматным маслом спину возлюбленной.

Чувствую себя кошкой, разморённой на солнышке и готова замурлыкать от удовольствия. После того дня, когда в дом явилась бывшая сумасшедшая Дана, прошел месяц. Сегодня мне сняли гипс, и назначили реабилитацию — массаж и физиопроцедуры. Естественно, массаж вызвался делать мой любимый мужчина. Его руки скользили по спине, а член скользил во мне, выбивая громкие стоны из горла. И такой способ мне нравился намного больше, чем предложенный моими коллегами.

На днях мой больничный закончится, и я с радостью жду дня, когда смогу вернуться к любимой работе, а пока мы с женихом посвящаем все свободное время друг другу. Гуляем, смотрим фильмы, слушаем музыку и занимаемся любовью. Узнаем друг друга каждый день, я вернула своё имя и наследство, тем, кто убил моих родителей жестоко отомстила сама жизнь. Все они уже покоятся на кладбище.

Теперь я могу прийти на место, где захоронены мои близкие и побыть вместе с ними, принести цветы и поговорить. Рассказать о своей жизни, поделиться мыслями и переживаниями. И мне кажется, что они меня слышат, они рядом и радуются за меня.

Даниил всегда рядом, помогает разобраться в бизнесе, но учитывая скорое материнство я все же собираюсь передать ему права на управление бизнесом. Того, кто заказал моих родных мы застали уже в реанимации — онкология никого не щадит, даже если у тебя миллиарды на счетах, ты все равно не купишь здоровье и вечную жизнь.

Этот человек сделал одну правильную вещь — повинился в своих грехах и попросил прощения, но я не Господь Бог, чтобы прощать…

Выйдя из больницы, я выдохнула, отпуская сидящую во мне боль. Теперь, когда все закончилось, бывшая моего жениха призналась во всех попытках меня убить и поймали ее братьев, я могла не боятся свободно ходить по земле и не оглядываться. Инна — горничная, как оказалась тоже была замешана в попытках меня напугать и в угрозах. Таня ей заплатила большие деньги за попадание в дом. Теперь все они ждут своего наказания.