— Позволь, я продиагностирую тебя.

Разумеется, он не спрашивал у меня разрешения. Он просто поднял руку, чтобы сотворить надо мной какую-то непонятную магию.

Я скривился. Мне был противен этот человек, его манеры и больше всего роскошная ряса жреца, которая словно делала его более высоким над всеми окружающими его людьми.

— О… — его глаза расширились в удивлении, а рука так и зависла в воздухе, не сотворив заклинания. — Так ты против?

— Даже если так, это что-то меняет? — недовольно спросил я.

Жрец странно посмотрел на меня.

— Ты… почему же ты против?

— А почему я не должен быть против? Я вас вижу впервые в жизни. А вы уже руки протягиваете, чтобы покопаться в моём теле.

Жрец задумчиво подставил палец к подбородку и несколько секунд молчал.

— Понял, — он потянулся к ручке двери. — Тогда позову твоего отца.

Я вздрогнул от того, как он назвал старосту.

— Не надо.

Я представил, что устроит Гред, когда жрец сообщит ему, что я отказался от проверки. Моё трепыхание с самого начало было бессмысленным.

— Просто делайте, что хотели.

Жрец пристально посмотрел на меня и медленно улыбнулся.

— Как скажешь, Хару.

Оттого, что единственным, кто называл меня по имени, а не по прилипшему в деревни прозвищу или вовсе безлико, был этот противный жрец, стало тошно.

По его рукам пробежали золотые вспышки, он простёр их над моим телом, и его выгнуло дугой: от кончиков пальцев рук до самой макушки и пяток меня пронзило жгучей болью.

— А-а-а! — заорал я, кромсая ногтями бельё и матрац. Я кричал ещё какое-то время, пока не охрип и не потерял сознание.

Всё тело болело и ныло, будто меня хорошенько поколотили. Было зябко, и какие-то непонятные вспышки жара прокатывались по телу раз в десяток секунд, напрягая мышцы, после чего они расслаблялись и я не мог даже шевельнуться. Пахло непривычно — чем-то землистым.

Открыв глаза, я не увидел привычной обстановки. Вокруг было темно, и я ничего не мог разглядеть. С помощью магии я быстро прощупал всё доступное небольшое пространство. Оно было квадратным, с ровными стенами и потолком, полностью замкнутым, была лишь узкая щель под дверью. Пришли мысли, что меня решили убить таким замысловатым способом. Здесь почти не было притока воздуха. Если оставить меня здесь на неделю, вероятно, я просто задохнусь.

Только вот зачем так заморачиваться? От жажды я бы умер даже раньше, но вода тут как раз была. С помощью ветра я обнаружил довольно большой чан, наполненный жидкостью.

Я попробовал подняться с жёсткой кровати, на которой лежал, и обнаружил, что руки привязаны к её каркасу. Хм… Тогда они всё же хотят, чтобы я умер от жажды?

И вообще что это за странное помещение? Я попробовал ударить лезвием ветра по стенам и понял, что они настолько прочные, что как бы ни пытался, я не смогу их пробить. Но самым отвратительным было то, что тело всё ещё страдало от непонятной магии, которую надо мной сотворил жрец.

Разрезав верёвки на запястьях лезвиями ветра, я начал впитывать окружающую меня энергию из воздуха, наполняя ей своё тело, постепенно я ощутил чужеродные потоки в моём теле и стал осторожно выводить их. У меня ушло около половины дня на то, чтобы избавиться от чужеродного вмешательства и сделать тело немного подвижным.

В конце концов, я добрался до чана и насладился колодезной водой. Судя по её прекрасному вкусу, она была чиста.

Я мало знал о мире, не всегда понимал действия людей и не был умным, чтобы делать какие-то логические заключения, но… мне стоило напрячь мозги и понять, что здесь творилось.

Зачем помещать меня в эту каменную комнату? Откуда она вообще взялась в нашей захудалой деревушке, где камень использовали лишь для выкладки печей? И как мне отсюда выбраться.

Подумав, я решил, что лучшим было бы напасть на того, кто придёт сюда. Правда, в этом плане зияла огромная дыра. Что, если их ритуал и заключался в том, чтобы сгубить меня здесь? Тогда за мной придут лишь тогда, когда я умру. Это было бы печально. Поэтому мне надо было начинать действовать уже сейчас.

Я пытался ощутить воздух за моей камерой, но это было слишком сложно. Словно окружающий меня камень мешал этому. Тогда я подполз к самой двери и положил пальцы вплотную к щели, так, чтобы они касались внешнего потока воздуха. Мало-помалу я стал ощущать ману вне помещения и подтягивал её к себе. Через несколько часов я настолько наловчился, что в помещении стали гулять ветра. Мои волосы почти не опускались на плечи, плавая в воздушных потоках.

Не дождётесь. Выберусь отсюда. Я уже решил посмотреть на этот мир. За меня и моего друга.

И вот, когда я поверил, что у меня всё получится, за дверью послышались шаги.

Я был почти готов к посетителю. Только вот тело двигалось гораздо хуже, чем я мог бы себе позволить. Я даже не успевал его дотащить обратно до кровати, чтобы хотя бы на миг притвориться немощным и выиграть тем самым нужное для атаки время.

Немного отползти в сторону от двери, так, чтобы меня не было видно, когда она откроется, единственное, что я успевал.

Дверь открылась, и в углах помещения загорелся тусклый свет, внутрь вошла девушка в белой рясе. В руках у неё был поднос с едой: кашей, водой и хлебом. В моём положении, роскошный обед.

Когда я почувствовал приток воздуха извне, магическая энергия в моём теле резко увеличилась. Я всё также старался её впитывать, поэтому когда вокруг оказались не тонкие ручейки, а горные реки, я на автомате поглотил их. Это привело к тому, что в моём распоряжении оказалась прорва магии, я боялся, что могу взорваться от такого наполнения, поэтому подсознательно вывел излишки наружу. Тело стало таким лёгким как никогда. Объятое потоками воздуха оно стало двигаться, как я того хотел.

Увидев пустующую кровать, девушка собиралась закричать, но я, подойдя сзади, зажал ей рот. Мне не хотелось ей навредить, ведь она не сделала мне ничего плохого, но и позволить ей позвать на помощь я не мог.

Я был в затруднительном положении, потому что не знал, как можно её вырубить не убив. Потом мой взгляд остановился на верёвках, которыми ранее меня привязывали к кровати. Некоторые из них всё ещё можно было использовать.

— Ну, прости уж… Не похоже, что у меня имеются другие варианты, — извинился я перед ней.

Через несколько минут связанная верёвками и обрывками простыни девушка с заткнутым ртом смотрела на меня расширенными глазами, в которыми плескался ужас. Я даже ощупал своё тело, вдруг рога и хвост выросли. Но нет, вроде всё было, как прежде. Даже конечности были такими же худыми с почти прозрачной кожей, через которую виднелись голубые сосуды. Из-за так сказать образа жизни, я был ниже своих сверстников, казался младше своих лет, да и вообще должен был выглядеть хилым и безобидным. Так что я слегка не понимал ужаса, с которым смотрела на меня девушка. Может, ей каких легенд понарассказывали?

Я осмотрел её рясу. Увидев мой взгляд, девушка задрожала. Я вздохнул. Не идиот ли я, если, чтобы не напугать эту глупышку, отказываюсь от столь прекрасного маскировочного одеяния?

— Хм… — протянул я вслух. — Идиот, — кивнул я сам себе, решив подождать следующего жреца, очень надеясь на то, что он-то окажется парнем и не будет шарахаться от того, что его разденут. Впрочем, на чувства парня по этому поводу мне было плевать.

Но нового жреца не было очень долго. Тогда я решил поболтать с пленницей.

— Заорёшь, и я тебя всё-таки раздену, — пригрозил я. — И так из-за тебя рискую, так что будь уж добра, расскажи мне что-нибудь полезное. После того как она закивала, всем своим видом показывая, что рада сотрудничеству, я вытащил тряпку из её рта.

— Где я? — спросил я.

— В храме, — поспешно ответила она.

Ага, я такой страшный в её глазах, что это даже хорошо. Вон как бодро отвечает. Храмом было место недалеко от деревни, на горе. Так неужели этот камень вокруг…