Сегодняшний закат был особенно прекрасен. Малиново-оранжевые разводы на небе оставляли на сердце приятное тепло. Окно было открыто, и летний ветерок трепал мои отросшие светлые волосы так, словно был живым.

Я услышал едва ощутимую усмешку. Так, будто кто-то большой и добрый стоял у меня за спиной и улыбался моей смешной мысли. Я скосил взгляд назад, но, разумеется, ничего необычного там не было. Всё та же бревенчатая стена, та же жёлто-серая подушка.

И всё же ощущение того, что на меня кто-то смотрит, никак не проходило.

— Кто здесь? — прошептал я.

Усмешка прозвучала вновь. Теперь я не сомневался, что мне не послышалось. Здесь кто-то был. Но он, кто бы он ни был, не казался враждебным.

Подумав так, я спросил:

— Чему ты смеёшься?

И услышал ответ. Не ушами, а… словно всем своим существом. Словно моя душа вибрировала от мелодии, посылаемой им, и я понимал смысл сказанного, вряд ли при помощи привычного языка.

— Тебе.

— Мне?

— Ты… другой.

— Это комплимент? — губы едва шевелились, я отвык говорить. Со мной уже давно не беседовали. Чаще всего, на меня просто не обращали внимания. Поэтому я был рад тому, кто смог мне ответить, наконец, не проигнорировав.

Он вновь усмехнулся. Ветер словно от его дыхания, поднял прядь моих волос.

— Пожалуй, да.

— Тогда спасибо, — я улыбнулся. — Мне никогда не делали комплиментов.

— Во-о-от. Я именно об этом… от тебя до сих пор, несмотря ни на что, исходит свет.

Я слабо понимал, о чём он. В моём понимании он был куда более другим, чем я. И это меня несказанно радовало.

Вдруг перед моими глазами всё потемнело, и я оказался стоящим посреди бескрайнего серо-чёрного пространства. Я поднял руки и удивился тому, как легко они двигались.

— Это сон? — спросил я.

— Ближе всего к нему, — прозвучало более отчётливо, чем раньше, откуда-то сзади.

Я обернулся. И увидел его.

Передо мной стоял парень лет шестнадцати. У него были длинные белоснежные, чуть вьющиеся волосы ниже поясницы, очень светлая кожа и яркие малиновые глаза. Одет он был в непонятную белую хламиду, чем-то отдалённо напоминавшую рясу жреца. Я их видел, иногда они даже ко мне заходили. Несмотря на то что они вроде как должны быть добры и милосердны к таким, как я, в их взгляде я не ловил тепла, лишь бесконечное чувство превосходства.

Но этот парень смотрел иначе. В его взгляде не было доброты или чего-то подобного, но по нему ощущалось, словно он считал меня равным себе. Для меня, не избалованного подобным, он, этим взглядом, сразу подкупил меня.

Я уставился в его примечательные глаза, что порой едва заметно вспыхивали сиреневым.

— Ва-а-ау, — протянул я. — Ты не человек.

Он рассмеялся. При этом в уголках его глаз появились морщинки, он стал совсем как живой. Впрочем, нет, он и был живым, в этом сомневаться хотелось даже меньше, чем в том, живой ли я.

— Не могу назвать тебя проницательным, — с улыбкой ответил он.

— Мне без разницы, кто ты. Призрак, демон или сам бог. Если ты сможешь со мной болтать, я буду рад твоему обществу. Как ты уже заметил, мне нечем заняться, — развёл я руками в стороны и вновь уставился на них. Как же необычно свободно двигаться. — Кроме того, мне здесь нравится. Где бы мы ни были, у меня здесь здоровое тело.

— Тогда договорились. У меня тоже сейчас много свободного времени. Я буду тебя навещать, — прищурился он, словно был котом, поймавшим мышь.

Вот так у меня и появился единственный настоящий друг. Правда, я не знал ни его имени, ни тем, кем он был, ни даже был ли он на самом деле, или мой разум столь отчаился, что сам его себе создал. Мне было всё равно, потому что с ним моя жизнь стала ярче.

Мы болтали днями напролёт, он мне рассказывал столько интересного! Несколько раз он даже показывал мне странные символы и заставлял их учить, объясняя, что они нужны для тренировки разума. Мне ещё больше захотелось увидеть всё то, про что он говорил, воочию. Но про какие бы чудеса мира он ни рассказывал, я всегда ощущал стоящую за его словами печаль. Словно он был в такой же ситуации, как я, и не мог сам пойти посмотреть и пощупать то чудо, про которое говорил.

А потом он сделал мне подарок.

— Знаешь, сегодня ведь твой пятнадцатый день рождения.

— С чего ты взял? — удивился я. Даже сам я понятия не имел, когда мой день рождения.

— Просто знаю, — улыбнулся он. — По этому случаю у меня есть для тебя подарок. Ты бы и сам смог, но… видимо, у судьбы на тебя были иные планы. Но я их слегка подправлю.

Я непонимающе моргнул, смотря на него. Мы находились в сером пространстве, в котором всегда с ним и болтали.

— Чтобы ты смог его принять, тебе нужно заснуть. Поэтому спи, — он поднял руку и толкнул меня ладонью в лоб. Моё ненастоящее тело стало заваливаться назад, а затем сознание растворилось. Я заснул во сне, причём от одних лишь его слов.

Да кто же он такой?

Открыл глаза я, как обычно, в своей кровати. Всё те же унылые, потрёпанные временем, деревянные стены. За те годы, что я тут жил, никто так и не удосужился хоть чуть-чуть привести их в нормальный вид. Что уж говорить о хлипких ставнях окна, поэтому-то оно почти всегда и было открыто. Хорошо, что зима у нас тёплая. Хотя даже если бы заболел, целительные заклинания мамы меня бы вмиг поставили на ноги. Ох, какая неправильная для меня фраза. Но, в общем, умереть от простуды, мне не светило.

Я сладко зевнул и потянулся. После чего замер.

Что это я только что сделал? Я попробовал шевельнуть рукой. Она нехотя, но послушалась меня! Двигаться всё ещё было тяжело. Но, пожалуй, больше из-за того, что мои мышцы совсем ослабли, а не из-за боли в суставах и того, что я не мог этого сделать, сколько бы усилий ни прикладывал.

Я осторожно сел, свесив ноги с кровати. Голова закружилась. Перед глазами стояли разноцветные круги. Подождав, пока перестанет, я осторожно, опираясь на прикроватную тумбу, попробовал встать. Ноги подкосились, и я рухнул на пол, больно ударившись коленями.

— Ну, даёшь… — прозвучал в голове голос друга. — Спятил, сразу вставать?

Но как же я мог иначе, мне ведь не терпелось начать ходить! Сейчас ничего боле меня не волновало.

Я сжал зубы и пытался сделать свой первый за много лет шаг, раз за разом падая то в кровать, то на пол. Дома в самый разгар дня я был один, и никто не должен был слышать шума. Я продолжал попытки.

И, наконец, у меня вышло. Опираясь на стену, я сделал один шаг, второй, после чего я всё же осел на пол, счастливо пыхтя.

— Дурак, — прокомментировал друг.

А у меня на глазах выступили слёзы.

— Это твой подарок? Спасибо тебе! Не знаю, как тебя отблагодарить, — наверное, я не смогу это сделать за всю жизнь, что бы ни делал.

Но ответом было:

— Нет.

Я опешил от такого поворота.

Он вздумал пошутить? Я столько лет не мог толком шевелиться, а тут он передал мне подарок, и вот я уже почти хожу!

Тогда что со мной случилось, если это не он?

— Я тебя не понимаю… — пробормотал я.

— Это лишь следствие моего подарка, — усмехнулся он. — Посмотри за окно.

Я сидел не так далеко от него, и спустя несколько минут смог из него свеситься. Свет проливался с неба на зелёную траву, украсившую всю лужайку вокруг дома. Жёлтые и белые цветы росли под самыми окнами. Над ними порхала чёрно-синяя бабочка.

— Краси-и-иво, — протянул я.

После чего посмотрел вдаль. Там виднелись крыши деревенских домов, а за ними горы. На одной из них стоял красивый замок, его было плохо видно, и всё же теперь я его видел. Это было так приятно, ведь в предыдущий раз я смотрел на него лет семь назад.

Я вцепился в оконную раму, желая видеть это как можно дольше. Ветер стал дуть сильнее и дерево, стоящее рядом с домом, зашуршало листвой. Я навалился животом на край окна, высунул руку наружу и попытался почувствовать его.