Я глубоко вдыхаю.

Внезапно что-то привлекает моё внимание. Со стороны парковки раздаётся шум — мужчина спорит с кем-то, жестикулируя. Кажется, водитель не может выехать из-за мешающей машины.

Я на секунду задерживаюсь, но тут слышу резкий скрип. Обречённо поворачиваю голову и вижу её.

Ту самую девушку.

Она несётся прямо на меня, как фурия, будто не замечая ничего вокруг. Её глаза горят, лицо напряжено, дыхание сбито, волосы растрёпаны, а одежда выглядит так, будто в ней провели долгую, беспокойную ночь: мятые складки, сползший рукав, торопливо застёгнутая пуговица.

— Ты! Да, ты! Подожди! — выкрикивает она, и её голос звенит так, словно вот-вот сорвётся.

Кажется, слова уже готовы сорваться с её губ, с бешеной скоростью, срываясь в погоне за временем. Будто если она не скажет их прямо сейчас, в эту самую секунду — мир вокруг рухнет.

Я замираю.

Сердце пропускает удар.

— Вы Марина?

Голос девушки застаёт меня врасплох. Я резко вскидываю глаза и встречаюсь взглядом с той самой брюнеткой. Теперь, днём, я лучше её разглядываю: у неё усталое лицо, волосы чуть растрёпаны, а одежда выглядит так, будто она неудачно провела ночь.

— Да, — отвечаю, недовольно прищуриваясь.

Она выпрямляется, откидывая с лица тёмную прядь.

— Меня зовут Светлана. Нам нужно поговорить.

Я закатываю глаза.

— О, отлично. Дайте угадаю, это касается Игоря, — я скрещиваю руки на груди. — Сейчас вы скажете, что мне лучше уйти с дороги, и что ему с вами будет лучше?

Светлана моргает, ошарашенно смотрит на меня, а потом вдруг усмехается.

— А вот и нет! — она качает головой, будто не веря в мою упрямость. — Но раз вы так подумали… значит, вы действительно его не знаете.

Я чувствую, как раздражение накрывает меня с новой силой.

— Послушайте, я же не совсем дура.

Она вдруг улыбается, но в этой улыбке нет веселья.

— Возможно, всё-таки дура, раз готова так легко потерять такого мужчину, как Игорь.

Я фыркаю.

— Ах, ну да. Конечно. Верного и преданного. Который по ходит по шлюхам, — я делаю паузу и небрежно махаю рукой.

Светлана раздражённо качает головой, словно теряя терпение.

— Он не изменял вам, Марина.

Я усмехаюсь.

— Он заплатил вам, чтобы вы мне это сказали?

Света глубоко вдыхает, будто сдерживает себя.

— Ладно… — Она вскидывает бровь, вдруг перескакивая по формам обращения, будто мы давние подруги. — Игорь для тебя готовился… и это должен был быть сюрприз. Он…

Я поднимаю руку, прерывая её.

— Хватит. Это уже какие-то сказки.

— Ты такая упрямая! — восклицает она, и теперь в её голосе слышится не только раздражение, но и что-то ещё… разочарование?

— Боже… — Она зажмуривается на секунду, будто собираясь с силами. — Я работаю в сервисном салоне. Помогала вашему жениху выбрать машину.

Я замолкаю.

— Машину?

Светлана выдыхает.

— Да. Он хотел сделать вам сюрприз на свадьбу. Именно об этом он говорил с Андреем.

Мой мозг отчаянно ищет несостыковки. Я вспоминаю все до мельчайших подробностей.

— Они обсуждали формы и простите, девственность девушки, которую собиралась снять, — машинально произношу я вслух.

Светлана кивает:

— Он не хотел, чтобы вы узнали. Все эти термины это «жаргоны» — про комплектацию машины, а не то, что вы подумали.

Я моргаю. Вспоминаю, как она терлась об Игоря, а он вроде как и не был против. В памяти всплывает, как у Андрея топорщились брюки, а эта девка охотно залезла к нему на колени. Я морщусь от отвращения.

— О Боже… — Я тру виски. — Что за бред.

— Именно, — с нажимом произносит Светлана.

Я пытаюсь найти контраргумент, но ничего больше не приходит в голову.

-Вы же сами вешались к ним на шею, я видела своими глазами. Скажете, что это не так?

Светлана фыркает, но отводит глаза, чуть краснея, и скрещивает руки на груди. В следующий миг она обижено топнула ногой, как капризный ребенок.

— Знаете, я вообще не должна сейчас стоять и оправдываться перед вами после того, что сделал ваш жених.

Я напрягаюсь.

— О чем вы?

Она выдыхает через нос, будто вспоминая что-то неприятное.

— Представьте себе: я работаю, никого не трогаю, показываю машины… Да, возможно, немного переборщила с тактильностью, но это же не повод для такой подставы!

— Какой?

Светлана раздражённо качает головой, краснея то ли от стыда, то ли от гнева.

— Вечером мне написал друг вашего жениха, он красив, богат, всё как надо. Пригласил меня на ужин в ресторан, сказал, могу заказывать самые дорогие блюда. Я, естественно, согласилась. Прихожу в ресторан, он оказывается и столик уже забронировал. Я сижу, заказываю вино и закуски, жду. Проходит пятнадцать минут. Полчаса. Час. Мужчина так и не пришел.

Я подавляю смешок, но Светлана продолжает, её голос наполнен обиженной досадой:

— В итоге выясняется, что этот загадочный кавалер даже не знал, что приглашал меня. Потому что приглашал не он, а ваш хитроумный жених. Он ещё и оставил мне гениальную записку: „Научитесь держать руки при себе. Надеюсь, вам понравился ужин“.

Я уже начинаю смеяться вслух, а она возмущённо фыркает.

— Я сидела там, как идиотка, официанты уже смотрели на меня с жалостью! - пищит она. - Мне даже нечем было заплатить, это ведь так дорого! - девушка морщится от отвращения. - Ещё и этот мерзкий мужик за соседним столиком, лысый и с пузом! Мне пришлось согласиться на его ухаживания, чтобы он оплатил мой заказ. Привез меня в дорогой отель, начал сюсюкаться и обещать жаркую ночь. Подумать только, он принял меня за проститутку!

- Действительно, с чего это вдруг? - со смешком выдаю я, намекая на ее слишком откровенную одежду. Но Светлана словно и не услышала, пропуская мимо ушей мою колкость.

- Я потом еще полчаса убегала от него пешком через трущобы. Выскочила из машины и просто побежала куда глаза глядят, как только выпала возможность. Прошу вас, вернитесь к Игорю, а то боюсь, чтобы он ещё чего не придумал!

Я вдруг улыбаюсь.

— Всего доброго, Светлана.

Разворачиваюсь и ухожу, ощущая странную лёгкость.

— Вы же мне не поверили? — раздаётся за спиной.

Я останавливаюсь, на секунду задерживаю взгляд в воздухе, потом снова улыбаюсь.

— Нет, — оборачиваюсь я. — Но не переживайте, я вас ни в чём не виню.

И, не дожидаясь ответа, ухожу.

Я вставляю ключ в замок, поворачиваю, толкаю дверь и замираю.

Чемоданы почти пустые. Некоторые вещи всё ещё в них, но большая часть снова разложена по своим местам. На вешалке висит моё пальто, в прихожей стоят мои туфли. Будто ничего и не было.

Из кухни доносится знакомый ритмичный стук ножа о доску и тихое шипение масла на сковороде. Я молча стягиваю шарф, сбрасываю пальто и осторожно иду на звук.

Когда захожу в кухню, картина передо мной кажется настолько привычной, что мозг отказывается её воспринимать.

Игорь стоит у плиты в домашней футболке и джинсах, небрежно закинув полотенце на плечо. Одной рукой он перемешивает что-то на сковородке, другой режет зелень.

— Вернулась? — бросает он через плечо, даже не глядя на меня. Или наоборот — слишком хорошо зная, что я здесь.

Я чувствую, как внутри всё сжимается от смеси гнева и растерянности.

— А ты даже не уезжал, — замечаю я колко.

Игорь чуть усмехается, аккуратно выкладывает еду из сковороды на тарелку и убирает её в сторону.

— Ужин почти готов. Твоё любимое тоже, — говорит он, а потом бросает сковороду в мойку, включает воду и начинает смывать масло с рук.

Я молча наблюдаю, как он берёт полотенце с плеча, вытирает пальцы и спокойно поворачивается ко мне.

— Ты даже вещи разложил, — продолжаю я, всё ещё не понимая, зачем он делает вид, будто ничего не произошло.

— Ну, так удобнее, — он пожимает плечами, будто объясняет что-то очевидное.