"Научу его играть в футбол, — сказал он тогда, гладя мой ещё плоский живот. — И в шахматы. И на гитаре. Он будет самым талантливым ребёнком в мире".

Я тогда смеялась над его энтузиазмом, но внутри таяла от нежности. Никогда не видела Игоря таким мягким, таким… отцовским.

Поворачиваю ключ в замке и захожу в квартиру. Едва успеваю сделать шаг, как мне навстречу выходит Игорь. Он улыбается, идёт ко мне, чтобы поприветствовать поцелуем, но вдруг хмурится, заметив пакеты в моих руках.

— Ты опять таскаешь тяжёлое? — ворчит он, забирая покупки, даже не дожидаясь моего ответа. — Ты могла позвонить, сказать, что возвращаешься, и я бы тебя встретил.

Я закатываю глаза, но всё равно улыбаюсь, с удовольствием принимая приветственный поцелуй.

— Они лёгкие, честное слово. Просто кое-что к ужину купила.

— Тебе вообще носить ничего нельзя, — продолжает он, недовольно качая головой и направляясь на кухню с пакетами в руках.

За эти месяцы Игорь стал ещё более заботливым. Иногда даже чересчур. Готовит сам, убирает, не даёт мне поднимать ничего тяжелее чашки чая. На работе коллеги шутят, что мне повезло с мужем. И это правда.

После той истории с недоразумением наши отношения стали даже крепче. Словно пройдя через испытание, мы поняли, насколько дороги друг другу. Игорь стал более открытым, я — более доверчивой. Мы научились говорить о своих страхах и сомнениях, не накапливая их внутри.

Помню, как через месяц после свадьбы я увидела его переписку с незнакомым номером и сердце екнуло. Но вместо того чтобы мучиться подозрениями, я просто спросила. Оказалось, это был организатор сюрприза на наш первый месячный юбилей брака.

"Если у тебя есть вопросы — спрашивай, — сказал тогда Игорь. — Обещаю всегда отвечать честно".

И он держит слово.

Я иду следом на кухню, машинально глажу живот ладонью, чувствуя, как ребенок внутри шевелится. В последние недели малыш стал очень активным, особенно по вечерам.

— Как прошёл день на работе? — спрашиваю, наблюдая, как Игорь расставляет продукты на столе.

— Обычно. Совещание с клиентами, презентация нового проекта. А вот Андрей новость рассказал — они с Ольгой помолвились.

Я улыбаюсь. Ольга — это его новая девушка, с которой он встречается уже полгода. Серьёзная, умная, работает врачом. Полная противоположность тому типу женщин, с которыми Андрей встречался раньше.

— Это замечательно! Когда свадьба?

— Через три месяца планируют. Хотят всё организовать по-человечески.

Игорь ставит пакеты на стол и замечает мой жест. Подходит ко мне, осторожно кладёт руку на живот и нежно улыбается.

— Ну что, как сегодня наш малыш?

— Пинается, — смеюсь я. — Думаю, у нас точно растёт футболист.

— Или боксёр, — замечает Игорь, склонившись ближе. — Ещё не поздно записать его в секцию.

— Ну-ну, — фыркаю я. — Давай хотя бы дождёмся его появления.

Он целует меня в висок, затем на секунду задерживается и мягко касается губами моего живота. Этот жест всегда растопляет моё сердце.

— Привет, сынок, — шепчет он животу. — Хорошо тебе там внутри, да? Не обижаешь маму?

Я провожу рукой по его волосам, и в груди разливается такое тепло, что хочется плакать от счастья.

— Я уже не могу дождаться, — говорит он тихо, поднимая голову.

— Осталось совсем немного. Два месяца.

— Знаешь, о чём я думаю? — Игорь выпрямляется, обнимает меня за талию. — Я думаю о том, как мне повезло с тобой.

— А ещё я думаю, что наш сын будет расти в семье, где родители по-настоящему любят друг друга, — продолжаео Игорь. — И это самое главное.

Тёплая волна счастья накрывает меня с головой. Я тянусь к нему, обхватываю за шею и целую, чувствуя, как он крепче прижимает меня к себе.

— Люблю тебя, — шепчет он, касаясь моих губ, а я тут же ловлю его поцелуй, углубляя его.

— И я тебя люблю, — отвечаю я.

Мы стоим посреди кухни, обнявшись, и я понимаю, что это и есть счастье. Не громкое, не яркое — тихое, домашнее, надёжное. То, ради чего стоит жить.

За окном садится солнце, окрашивая нашу кухню в золотистый свет. Где-то в городе кипит жизнь, происходят драмы, рушатся и строятся судьбы. А здесь, в нашем маленьком мире, царит покой.

Счастье. Вот оно — настоящее, тёплое, домашнее. И мне больше ничего не нужно.